но, отвергнув скрытные, постыдные дела, не прибегая к хитрости и не искажая слова Божия, а открывая истину, представляем себя совести всякого человека пред Богом.
Мы отвергаем любые нечестные методы, за которые бывает стыдно, мы никого не обманываем и не искажаем слово Божье. Напротив, мы открыто возвещаем истину, и пусть каждый человек судит нас в своей совести перед Богом.
Нет у нас ничего такого, что пришлось бы со стыдом скрывать, мы не прибегаем к хитрости и не извращаем Слова Божьего — мы открываем истину, мы перед Богом позволяем совести всякого человека судить о нас.
Современный перевод РБО
Вовсе нет, ведь мы отвергли дела, обычно скрываемые из-за их постыдности; мы не жульничаем и не занимаемся подделкой Божьей Вести. Напротив, открыто возвещая истину, мы на глазах у Бога выставляем себя на суд совести всех и каждого.
Далекие от постыдных и оттого тайных[2] дел, мы не прибегаем к хитрости и не искажаем слова Божьего: видит Бог, мы открыто провозглашаем истину и тем смело являем себя совести всякого человека.
но отвергаем тайные, постыдные дела, не прибегаем к хитрости и не искажаем Слова Бога, а открываем истину и предоставляем себя совести любого человека перед Богом.
Напротив, мы отвергли все тайные и постыдные дела, не занимаемся плутовством, не извращаем послание Божье. Открыто провозглашая истину, мы показываем людям, кто мы есть на самом деле перед Богом.
Напротив, мы отвергли все тайные и постыдные дела, не занимаемся плутовством, не извращаем послание Божье. Провозглашая истину открыто, мы предаём себя совести человеческой перед Богом.
но мы отвергли то, что скрывается из-за стыда, не поступая с хитростью и не искажая слова Божия, но открыто возвещая истину, мы тем представляем себя совести всякого человека пред Богом.
Мы отвергаем постыдные дела, которые совершаются втайне, не лжем и не искажаем Божье слово. Мы проповедуем истину, и пусть каждый человек судит нас в своей совести перед Богом.
но мы отвергли то, что скрывается из-за стыда, не прибегая к хитрости и не искажая слова Божьего, а провозглашая истину, и тем представляем себя совести всякого человека перед Богом.
Действительно, отказываясь от постыдных коварных методов, мы не прибегаем к обману и не искажаем Божьей вести. Напротив, разъясняя очень чётко, какова истина, мы отдаём себя на суд совести всякого человека перед лицом Бога.
но отвергнувъ скрытность, свойственную дѣламъ постыднымъ, не прибѣгая къ хитрости, и не искажая слова Божія, а открывая истину,
И уж, конечно, стыдливо правду не прячем, не плутуем, Божье Слово не искажаем. Наоборот, перед Богом и совестью как есть открываем на людях всю истину.
но отложмы тайности сраму • Не ходяще во хытрости, ни льстяще слова Божия, но во явленіи истинны • Составляющи сами себе ко всякой совести человеческой предъ Богомъ •
но ѿреко́хомсѧ та́йныхъ сра́ма, не въ лꙋка́вствїи ходѧ́ще, ни льстѧ́ще словесѐ бж҃їѧ, но ꙗ҆вле́нїемъ и҆́стины представлѧ́юще себѐ ко всѧ́цѣй со́вѣсти человѣ́честѣй, пред̾ бг҃омъ.
Но отреко́хомся та́йных сра́ма, не в лука́вствии ходя́ще, ни льстя́ще словесе́ Бо́жия, но явле́нием и́стины представля́юще себе́ ко вся́кой со́вести челове́честей, пред Бо́гом.