1 Если я говорю языками человѣческими и ангельскими, а любви не имѣю, то я — мѣдь звенящая, или кимвалъ звучащій.
2 Если имѣю даръ пророчества, и знаю всѣ тайны, и имѣю всякое познаніе и всю вѣру, такъ-что могу и горы переставлять, а не имѣю любви, — то я ничто.
3 И если я раздамъ все имѣніе мое и отдамъ тѣло мое на сожженіе, а любви не имѣю, нѣтъ мнѣ въ томъ ни какой пользы.
4 Любовь долготерпитъ, милосердствуетъ, любовь не завидуетъ, любовь не превозносится, не гордится,
5 не безчинствуетъ, не ищетъ своего, не раздражается, не мыслитъ зла,
6 не радуется неправдѣ, а сорадуется истинѣ;
7 все покрываетъ, всему вѣритъ, всего надѣется, все переноситъ.
8 Любовь никогда не перестаетъ, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнутъ, и знаніе упразднится.
9 Ибо мы отчасти знаемъ, и отчасти пророчествуемъ;
10 когда же настанетъ совершенное, тогда то́, что отчасти, прекратится.
11 Когда я былъ младенцемъ, то по-младенчески говорилъ, по-младенчески мыслилъ, по-младенчески разсуждалъ; а какъ сталъ мужемъ, то оставилъ младенческое.
12 Теперь мы видимъ какъ-бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицемъ къ лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда позна́ю, подобно какъ я познанъ.
13 А теперь пребываютъ сіи три: вѣра, надежда, любовь; но любовь изъ нихъ больше.