Он говорит: да. И когда вошёл он в дом, то Иисус, предупредив его, сказал: как тебе кажется, Симон? цари земные с кого берут пошлины или подати? с сынов ли своих, или с посторонних?
— Платит, — ответил он. Петр вошел в дом и ещё не успел ничего сказать, как Иисус спросил: — Симон, как тебе кажется, с кого земные цари взимают пошлины или налог, со своих сыновей или с посторонних?
Петр сказал: — Да, заплатит. А когда он вошел в дом, Иисус Сам первым обратился к нему с вопросом: — Как ты думаешь, Симон: с кого собирают подати и пошлины земные цари? Со своих сыновей или с чужих?
Современный перевод РБО
«Да», — ответил он. Когда Петр вошел в дом, Иисус заговорил первым. «Симон, как ты думаешь? — спросил Он. — С кого земные цари взимают подати и сборы? Со своих сыновей или с чужих?»
«Да», — ответил Петр. Когда он вошел в дом, Иисус встретил его вопросом: «Симон! Как ты думаешь, с кого земные цари взимают налог или подать? Со своих сыновей или с чужих[4] людей? »
Пётр говорит: «Да». И когда он вошёл в дом, то Иисус, опередив его, спросил: «Как тебе кажется, Симон, земные цари с кого берут пошлины или налоги? Со своих сыновей или с посторонних?»
Пётр ответил: «Платит!» — и вошёл в дом. Прежде чем Пётр успел что-либо сказать, Иисус спросил его: «Как ты думаешь, Симон, с кого владыки этого мира берут пошлины и налоги? Со своего народа или с чужого?»
Петр ответил: "Платит!" и вошёл в дом. Прежде чем Петр успел что-либо сказать, Иисус спросил его: "Как ты думаешь, Симон, с кого владыки мира сего берут пошлины и налоги? Со своих детей или с других людей?"
Он говорит: вносит. И когда он вошел в дом, то Иисус предупредил его, сказав: как тебе кажется, Симон? Цари земные с кого берут пошлину или подать? С сынов ли своих, или с чужих?
— Платит, — ответил он. Когда Петр вошел в дом и еще не успел ничего сказать, Иисус спросил: — Симон, как тебе кажется, с кого земные цари собирают пошлины и налоги, со своих сыновей или с чужих людей?
«Конечно», — ответил Пётр. Он вошёл в дом, но не успел ещё ничего сказать, как Иисус спросил его: «Шимон, с кого по-твоему берут пошлину и налог земные цари? Со своих сыновей или с чужих людей?»
"Конечно платит", — ответил Петр. Когда он вошёл в дом, первым заговорил Иисус: "Симон, как ты думаешь, с кого земные цари собирают пошлины и налоги? Со своих сыновей или с остальных людей?"
Петр ответил: «Да», — и заходит в дом. Иисус встречает его вопросом: «Как думаешь, Симон, с кого берут налог и пошлину земные владыки: со своих или с тех, кто не свой?».
А тот отвечает: конечно. И когда он пришёл домой, Иисус, упредив слова его, спросил: как ты думаешь, Симон, с кого цари земные взимают пошлины и подати: с сыновей своих или же с подданных?
Петръ говоритъ: дастъ. И когда онъ вошелъ въ домъ; предупредилъ его Іисусъ, говоря: какъ тебѣ кажется, Симонъ? Цари земные съ кого берутъ дани или подати? съ сыновъ ли своихъ, или съ чужихъ? Петръ говоритъ Ему: съ чужихъ.
Он ответил: «Вносит!» И когда вошел он в дом, Иисус первым спросил: «Как ты думаешь, Симон? С кого берут дань или подать цари земли: с детей своих, или с чужих?»
рече. еи. и егда въниде въ домъ. вари и Иисусъ глаголя. чьто ти ся мьнить. Симоне. царе земьнии. отъ кыихъ приемлютъ дани или кинсъ. отъ сыновъ ли своихъ. или отъ туждихъ
Глаго́лѧ: є҆́й. И҆ є҆гда̀ вни́де въ до́мъ, предварѝ є҆го̀ і҆и҃съ, гл҃ѧ: что́ ти мни́тсѧ, сі́мѡне; ца́рїе зе́мстїи ѿ кі́ихъ прїе́млютъ да̑ни и҆лѝ кинсо́нъ; ѿ свои́хъ ли сынѡ́въ, и҆лѝ ѿ чꙋжи́хъ;
Глаго́ля: ей. И егда́ вни́де в дом, предвари́ его́ Иису́с, глаго́ля: что ти мни́тся, Си́моне? Ца́рие зе́мстии от ки́их прие́млют да́ни или́ кинсо́н? {Цари земные с кого берут пошлины или подати?}От свои́х ли сыно́в, или́ от чужи́х?