Библия » Библия говорит сегодня

1 послание Иоанна 4 глава

13. Испытывайте духов. 1Иоанна 4:1-6

Глава 3 закончилась на том, что наша христианская убежденность, в конечном счете, зависит от Святого Духа и дается пребывающим в Боге только благодаря Его неустанному служению. Это придало мыслям Иоанна другой поворот, заставив его в связи с уже сказанным вернуться к теме борьбы со лжеучителями за умы и души прихожан церквей Малой Азии. Причина в том, что многие из стремившихся расколоть церковь пытались снискать поддержку своим лжеучениям, ссылаясь, подобно христианам, на свидетельства Святого Духа. Как быть, когда представители различных богословских течений делают подобные авторитетные заявления?

Ответ Иоанна таков – «испытывайте духов» (ст. 1). Мир никогда не обходился без всевозможных, в том числе самых невероятных религиозных течений и культов, и всегда в нем были лжепророки, которые для доказательства своих теорий ссылались на Божье откровение. Недавняя вспышка активности всевозможных сект и интереса к ним, в особенности в провинции, лишь подчеркивает тот факт, что нынешнее поколение не является исключением из правила. И сейчас, на нашем отрезке истории, есть немало людей, утверждающих, будто они общались непосредственно с Богом и что им было божественное откровение. Есть и такие, кто, по-видимому, верит им. Даже внутри церкви встречаются люди, считающие возможным говорить от лица Бога. Обычно их высказывания начинаются с заявления: «Так сказал Господь», или иногда менее официально: «У меня к вам есть слово от Господа». По миру странствуют люди, выдающие себя за пророков, которые ищут возможности обратиться к большому количеству людей, чаще всего в церквах. Есть и такие, кто, ссылаясь на авторитет Бога и якобы полученные от Него непосредственные указания, дают советы другим людям о том, как и где им жить, включая вопросы работы, брака и т. п. Другие с «Божьей помощью» изгоняют злых духов, исцеляют, демонстрируют чудеса и знамения. Любой думающий христианин (а следуя Библии, все мы должны быть думающими!), сталкиваясь с подобными явлениями, испытает желание разобраться, подлинные они или мнимые. Мы не должны быть наивными и легковерными, веря всем, кто утверждает, что говорит от имени Бога. Напротив, следуя призыву Иоанна, мы должны подвергать испытанию эти необыкновенные явления, подходя к ним доброжелательно, безо всякого цинизма и используя для проверки два основных критерия, рассматриваемые ниже в этом параграфе.

1. Прислушивайтесь к тому, что они говорят (ст. 1-3)

Указание, данное в стихе 1 – испытывать духов – вполне определенное, достаточно решительное, и в нем самом кроется объяснение, как следовать ему. На всех нас производит впечатление все новое, необычное, и нередко возникает искушение приписывать такие явления Божьей силе. Но Иоанн предостерегает нас, чтобы мы не верили всему, что нам говорят, а пытались разобраться, от Бога оно исходит или нет. Потому что много лжепророков появилось в мире, мы должны быть настороже, опасаясь «подделки». Такие «пророчества» или «заявления» нередко бывают воображаемыми, в том смысле, что могут исходить от чрезвычайно восторженных людей, которые сами верят в то, что говорят. Они напоминают тех футбольных болельщиков, которые сообщают всем и каждому о возможных ошеломляющих победах весьма посредственных команд, чьими приверженцами они являются. Дальнейшее развитие событий доказывает, что они, увы, сами себя ввели в заблуждение. Их слова, не соответствуют действительности. Есть и другие, обманутые опытными мошенниками, стремящимися ради выгоды привлечь людей на свою сторону. Лжепророки способны даже подстроить какое-нибудь удивительное явление или чудесное исцеление, якобы «подтверждающее», что они говорят правду. Но тем не менее сколь бы впечатляющим ни было все продемонстрированное ими, на самом деле это вовсе не значит, что они от Бога. Сверхъестественные силы как таковые не несут в себе информации о том, что или кто является их источником. В Египте были «волхвы, чарами своими» способные с успехом подражать некоторым сверхъестественным деяниям Бога, проявленным через Моисея (Исх 7:22; 8:7,10 см. также 8:18-19). Был Симон, который изумлял народ самарийский своими «волхвованиями» (Деян 8:11). Такие чудеса должны обязательно подвергаться испытанию.

Это также верно и относительно пророчеств, которые выдаются за слова, услышанные от Бога. Здесь Иоанн уделяет этому вопросу особое внимание. Надо сказать, что для Божьих людей эта проблема была не нова. Обратившись к Второзаконию, записанному для нас Моисеем, мы обнаружим, что Богу уже приходилось помогать людям разрешать подобные проблемы. «И если скажешь в сердце твоем: «как мы узнаем слово, которое Господь говорил?» Если пророк скажет именем Господа, но слово то не сбудется и не исполнится, то не Господь говорил сие слово, но говорил его пророк по дерзости своей, – не бойся его» (Втор 18:21-22).

Это очень полезный совет для испытания; однако, без сомнения, проблема состоит в том, что он не может быть применен непосредственно в то самое время, когда совершается пророчество. В предыдущей главе уже говорилось о том, что наиважнейшим фактором в оценке любого высказывания является его суть, то, о чем оно сообщает. «Если восстанет среди тебя пророк, или сновидец, и представит тебе знамение или чудо, и сбудется то знамение или чудо, о котором он говорил тебе, и скажет при том: «пойдем вслед богов иных, которых ты не знаешь, и будем служить им»: то не слушай слов пророка сего, или сновидца сего; ибо чрез сие искушает вас Господь, Бог наш, чтобы узнать, любите ли вы Господа, Бога вашего, от всего сердца вашего и от всей души вашей. Господу, Богу вашему, последуйте и Его бойтесь… А пророка того или сновидца должно предать смерти… и так истреби зло из среды себя» (Втор 13:1-5).

Важна суть высказывания. Способствует ли сказанное тому, чтобы Божьи люди служили и повиновались Ему, или уводит их в сторону идолопоклонства? То, что говорит пророк, несравненно важнее того, как он говорит, или любых, даже сверхъестественных чудес, которые он способен продемонстрировать в поддержку своих слов. Испытание состоит не в том, чтобы ответить себе на вопрос, действительно ли здесь имеет место чудо, а в том, чтобы разобраться, подлинное ли оно. И в качестве критерия должна быть применена Божья истина, открытая нам в Священном Писании. Каждый христианин просто обязан поступать так, столкнувшись с подобными явлениями. Иоанн обращается в своем Послании ко всем членам церкви, agapetoi, а не только к тем, кто старше годами или стоит во главе ее. Выполняя его наказ, мы должны исходить из того, что Бог, Который есть неизменная истина, не будет делать ничего, противоречащего сказанному Им Самим прежде. Иоанн в стихе 2 предлагает «испытывать духов», опираясь на Божье Слово, и нам нужно поступать именно так. Каждый проповедник должен чаще повторять, обращаясь к своей общине: «Верьте в то, что я сказал, не потому, что вы доверяете мне, а потому, что так говорит Бог в Своем Слове». Он должен стремиться к тому, чтобы его прихожане стали общиной «благомысленных», чтобы они «приняли слово со всем усердием, ежедневно разбирая Писания, точно ли это так» (Деян 17:11). Какое бы количество сверхъестественных чудес ни предъявлялось в качестве доказательства учения, противоречащего Библии, оно не может быть от Бога и, следовательно, не должно иметь авторитета в глазах христианина.

С тех самых пор, как Дух Святой совершил Свое великое дело, возвестив о Христе и прославив Его (Ин 16:13-14), личность Господа нашего Иисуса стала пробным камнем для выявления истины или заблуждения. Когда Павел писал к церквам в Коринфе, он указал на очень простой способ, с помощью которого можно отличить правду от лжи. «Никто, говорящий Духом Божиим, не произнесет анафемы на Иисуса, и никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым» (1Кор 12:3). Иоанн придерживается того же мнения, хотя особенно подчеркивает значение отрицания, что Иисус «пришел во плоти», поскольку это было главным еретическим утверждением гностиков. Как мы видели, /они готовы были признать тот факт, что Дух Святой особенным образом снизошел на Иисуса, но отрицали Его предсуществование и, следовательно, то, что Он – Бог. Именно такой подход и свидетельствует, что «это дух антихриста» (ст. 3). Таким образом, мы не должны рассчитывать на просвещенность или духовное сотрудничество с теми, кто отрицает как божественность Господа нашего Иисуса Христа, так и Его человечность, с кем бы мы ни имели дело – с учеными богословами или со Свидетелями Иеговы. Если мы положительно воспринимаем библейские истины о Христе, то должны отрицательно относиться к любым заблуждениям на этот счет. Это ни в коем случае не призыв к богословской «охоте на ведьм», это лишь указание на необходимость разобраться в том, каким образом Священное Писание учит проводить границу между истиной и заблуждением, и неукоснительно следовать этому подходу. Дух антихриста по-прежнему пронизывает собой дух нашей эпохи, заставляя не допускать даже на мгновение, что сказанное Христом – истина. Он проявляет себя не только через средства массовой информации, но и в советах тех христианских объединений, которые ставят под сомнение истины, открытые Богом в Священном Писании, и не считают их отрицание ересью. Довольно интересно, что и сегодня борьба ведется вокруг той же самой ключевой проблемы, касающейся личности Христа. «Кто такой Иисус?» – не только главный вопрос евангелизма, он является тем основным мерилом, с помощью которого может быть проверена приверженность к христианской доктрине. И не только проверена, но и по необходимости подвергнута критике.

2. Приглядывайтесь к тому, как они живут (ст. 4-6)

Поскольку мы уже знаем, что вера и поведение всегда неразрывно связаны друг с другом, нас не удивляет, что Иоанн для успешного «испытания духов» предлагает рассматривать не только суть того, что проповедуют лжеучителя, но и последствия, к которым их учение приводит. В каждом из этих трех стихов группы людей, к которым они обращены, обозначены различными местоимениями.

Вы (ст. 4) относится ко всем христианам, они (ст. 5) – к лжепророкам, не христианам, а мы (ст. 6) – к Апостолам и истинным учителям, следующим их учению.

На первый взгляд, кажется, что стих 4 не подтверждается обычным человеческим опытом. Как может Иоанн говорить, что христиане «победили» лжепророков, когда тревога по поводу здоровой обстановки в церквах и даже самого их существования все время возрастает? В наше время это положение усугубляется тем, что те христианские деноминации, которые придерживаются основной доктрины, подвергаются постоянной суровой критике со стороны представителей радикальных богословских течений, отрицающих Христа и q насмешкой относящихся к тем, кто верит, что Библия – это непогрешимое Божье Слово. И тем не менее, Иоанн прав, потому что лжеучителя не победили подлинных христиан в том, что касается их веры. Апостол сам непоколебимо сохранил свои убеждения, так же, как и многие верующие, чью решимость он стремился поддержать своими Посланиями. То же самое можно сказать о происходящем сегодня. Мне нравится, как эту мысль выразил Гордон Кларк: «Мы, дети Иоанна, одержали победу над лжепророками… Мы по-прежнему верим в непорочное зачатие, искупление и воскресение. Мы победили лжепророков. Они не могут победить нас» [ларк, стр. 127.].
Подвергая проверке все истины, с которыми они сталкиваются, христиане сумели сохранить свою правду; их вера не погибла, они не отреклись от своего Спасителя. Он Сам предсказывал, что так и будет, когда говорил о Своих овцах: «За чужим же не идут, но бегут от него, потому что не знают чужого голоса» (Ин 10:5). «Волк» антихристианства может проникнуть в загон овец Христовых, чтобы попытаться уничтожить и разогнать Его стадо, но победить их он не в состоянии. Стих 46 объясняет почему. Тот, кто в вас, больше того, кто в мире. Все Христовы овцы неразрывно связаны со своим Пастырем, Который есть истина. Сами по себе они не выстояли бы, но их поддерживает сила Пастыря, способная справиться с любым врагом, сила, удостоверенная крестом и опустевшей могилой. Более того, поскольку Он – Истина, те, кто выступает против Него, выступают против структуры самой реальности, и поэтому они обречены на поражение. Важно и то, что всякое дитя Божье, пребывающее в Нем, имеет доступ к безграничному источнику Его силы. «Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас» (Рим 8:37).

Напротив, лжеучителя связаны с этим миром (ст. 5) – миром, который «проходит» (2:17). Они – его порождение, и поэтому «мир слушает их». Недаром многие из еретических учений включают в себя построение нового мирового порядка или хотя бы нового правительства и новой системы, обычно во главе с их лидером в качестве мессии. Человеческий мир, бунтующий против Бога, тянется к лжепророкам, их культам и сектам, потому что, в основном, они отвечают его желаниям и склонностям.
Они всегда найдут слушателей. Когда такие «пророки» от политики или религии заявляют, что человек и удовлетворение его желаний превыше всего, неважно, какой ценой и какие нравственные нормы при этом попираются, такая идея весьма успешно овладевает умами людей.
Так уж мы, человеческие существа, устроены. Нам нужна уверенность в том, что все у нас в порядке безо всяких устаревших и ненужных идей о грехе,
Божьей каре или ответственности перед Создателем. Есть определенный соблазн в том, чтобы пересмотреть Евангелие, оставив в нем только этические нормы. Или заменить призыв во всем повиноваться Христу на совет лишь следовать в своих жизненных установках Его примеру.
Или вообще ограничить вмешательство Евангелия в нашу жизнь лишь тем, что оно способно внести в нее некоторое обновление, придать ей другую окраску. Вот какие стремления порождает мир, и у нас появляется желание сделать его более удобным местом, где мы могли бы получать как можно больше удовольствий. Мир не интересуют вечные проблемы, ему нечего сказать по поводу них. В нем отсутствует действующее начало, способное подтолкнуть нас к изменению себя, и всякие рассуждения о загробной жизни для него просто лишены смысла, поскольку могила для него – это конец всему.

Но истинных апостолов узнают по их учению (ст. 6). Источник их знаний – Сам Бог, и слушают их те, кто знает Бога. В таком случае, получается, что сказанное может быть отнесено и к Керинфу и его последователям, утверждающим, что они знают Бога. Так ли это? Иоанн отвергает подобные заявления как ничего не стоящие, поскольку эти люди отказывались признавать Слово Божье в изложении Апостолов, нарушая тем самым Божью волю. Сам Бог избрал для нас единственный путь, который может привести к Нему – это Его откровение. Конечно, поступки тоже играют важную роль с точки зрения веры, однако слово, выраженное в письменных и устных заявлениях Апостолов, – непременный элемент Божьего откровения. Доктрина, лежащая в основе апостольского учения, допускает только такой путь к Богу, и наше отношение к этому вопросу показывает, кто управляет нами – дух истины или дух заблуждения. НМВ использует это выражение «дух истины», возможно, на том основании, что оно уже употребляется в отношении Святого Духа в Евангелии от Иоанна (14:17; 15:26; 16:13), но в стихе 1 его нет, и это вполне объяснимо, поскольку там речь идет о разных «духах».
Было бы бессмысленно говорить об испытании Духа Святого, происходящего от Бога. Иоанн озабочен тем, как помочь людям в церквах отличать псевдопророков от подлинных учителей. Нам не нужно пытаться заглянуть в их сердца, это столь же невозможно, сколь и бесполезно. Нужно просто слушать их, чтобы понять, исповедуют ли они Христа, и затем внимательно приглядеться к тому, как себя ведут их последователи.

В наше время, когда все относительно, мы нуждаемся в постоянном напоминании, что есть вещи всегда истинные, и есть вещи всегда ложные. И
стина – это не то, что договариваются считать истиной. Истина определяется Богом. Современные лжепророки столь же убедительны, как и лжепророки первого века, и их влияние столь же губительно. Они скажут, что Библия является авторитетом, однако добавят, что не наивысшим из авторитетов.
Они скажут, что в принципе верят в воскресение, но не в тот факт, что тело Христа физически воскресло на третий день после смерти.
Дух лжи – это дух коварного обольщения. Мы сможем познать Бога, только если примем учение Апостолов и станем жить в согласии с ним.
Мы не должны соглашаться ни на какую замену.

14. Любит ли нас Бог на самом деле?

Последние три слова стиха 8 представляют собой одно из самых важных утверждений Библии, и, тем не менее, очень многим людям сегодня с трудом верится в то, что это правда. Бог есть любовь. Когда мы думаем о мчащемся в безграничном пространстве «грязном теннисном шарике», в который превратилась наша планета, о собственной жизни – всего лишь одной из множества крошечных капель в безостановочно движущейся вперед волне времени, о своей личной судьбе среди миллионов других, у нас невольно возникает вопрос: в самом деле, есть ли какой-либо смысл говорить о том, что Bof любит нас? И когда мы вглядываемся в окружающий мир, со всем его злом и страданием, мир, который разрушает человеческую жизнь, мы снова спрашиваем себя: где в нем место Богу, Который любит нас? Тем не менее, Иоанн настойчиво утверждает, что именно такова природа Бога. И если мы хотим, чтобы слово «Бог» не было для нас пустым звуком, чтобы его значение открылось нам во всей своей полноте, мы должны понять, что Того, Кто создал все от самого малого до беспредельного, не может не беспокоить жизнь каждого из нас, какой бы ничтожной по сравнению со всем мирозданием она не выглядела. Именно потому, что Бог так велик, Он способен помнить о каждом из нас.

Рассмотренное в предыдущих главах больше всего можно уподобить тому, как если бы мы вошли в огромный, прекрасный дворец и шли по анфиладе его залов, двигаясь туда, где, как мы знаем, стоит трон его Хозяина. И чем ближе мы к нему подходим, тем больше у нас захватывает дух. Мы уже видели, сколько усилий прикладывает наш Царь, чтобы жизненные позиции и поступки христиан коренным образом отличались от тех, которые совершают люди, принадлежащие миру.
Мы восхищались Его любовью и заботой о каждом из нас. Ни одна мелочь не ускользает от Его внимания, Он принимает нас со всеми нашими слабостями, дает нам чувство уверенности, если, конечно, мы позволяем Его любви завладеть нашим сердцем до такой степени, что она начинает через нас изливаться на других. Однако сейчас, когда распахиваются двери тронного зала и перед нами предстает
Тот, Кто создал все это великолепие, – Бог, Который есть любовь, мы испытываем настоящее потрясение. Каждый стих в Послании Иоанна прекрасен, но все остальные служат лишь превосходным обрамлением к тому, где выражена наиболее важная мысль: «Бог есть любовь».

Иоанн упоминает об этом не как об одном из достоинств Бога в ряду других; он говорит о том, что является самой Его сутью. Бог не просто любит, Бог это сама любовь. Нам будет легче понять эту мысль, если мы вспомним, что в Священном Писании Бог предстает перед нами как святая Троица, три лица в Одном. Наш ограниченный разум никогда не будет в состоянии полностью охватить весь смысл этого, но одно мы, по крайней мере, можем понять – что сутью Божественного является действенная любовь, проявляемая во взаимоотношениях самого разного рода. Все три ипостаси, составляющие единого Бога, связаны между собой неразрывными узами любви и находятся в тесном и постоянном взаимодействии, поэтому все, что они делают выражается в любви, являющейся сутью божественной природы. Отец любит Сына; Сын любит Отца; Дух Святой любит Сына, и т. д. Перечисляя все это, мы должны представлять себе не застывшую в вечной неподвижности картину, а живое, действенное единение, полное динамизма. Следовательно, допускать мысль о том, что Бог не любит нас – значит отрицать Его истинную природу, то, что составляет Его суть. Не нужно упрощать представление о щедрой благодати Божьей, сводя ее к чему-то несравненно более мелкому, к «любви» в нашем, земном понимании этого слова, обусловленной теми или иными причинами и зависящей от привлекательности или других достоинств ее объекта, без которых она не может возникнуть. Божественная любовь (agape) совершенно иная. Ее нельзя заслужить; невозможно быть достойным или недостойным ее. Бог любит нас просто потому, что такова Его природа.

Сказанное поможет нам представить себе более отчетливо, что Иоанн имеет в виду, говоря в стихе 7, что любовь от Бога. Бог – ее источник, но одновременно Он и источник света (1:5). Иоанн хочет подчеркнуть, что любовь христиан друг к другу стоит в одном ряду с верой во Христа; и то, и другое является доказательством того, что мы «знаем Бога». Если мы будем исходить из этого, нам легче удастся понять вторую часть стиха 7: всякий любящий рожден от Бога и знает Бога. Очевидно, Иоанн не имеет в виду, что всякое проявление человеческой любви является признаком подлинной духовной'жизни. Пламмер возражает: «Если Бог является источником любви, тогда всякое чувство любви, на которое способен человек, исходит от Бога; и эта часть его нравственной природы имеет Божественное происхождение» [Пламмер, с. 10.]. Когда мы говорим о том, что человек создан по образу и подобию Божьему, мы, очевидно, имеем в виду именно ту его часть, которая обладает способностью любить. Можно согласиться также и с тем, что взаимоотношения любви даже между нехристианами имеют своим источником Божью благодать, распространяющуюся на всех без исключения. Однако все это ни в коем случае нельзя путать с тем, что значит быть рожденным от Бога и знать Его. Нет никаких сомнений, что в стихе 7 Иоанн говорит именно о братской христианской любви. Грамматическая форма слова любовь в исходном греческом тексте такова (перед ним стоит определенный артикль), что с ее помощью подчеркивается особое качество божественной любви, и оно должно быть присуще братскому общению христиан. Это та любовь к братьям по вере, которая, с точки зрения Иоанна, является неопровержимым доказательством нового рождения. Отсутствие ее, так же, как любые возможные проявления притязаний, так часто сопровождающие овладевшее человеком чувство, указывают на то, что он не знает Бога (стих 8). Однако Иоанн отдает себе отчет в том, что слово «любовь» должно быть четко определено и разъяснено, и это заставляет его сконцентрировать свое внимание на двух важнейших доказательствах, позволяющих не только убедиться в том, что Бог на самом деле нас любит, но и, оценивая и корректируя с помощью них свое поведение, самим научиться любить.

1. Божья любовь проявилась на кресте (ст. 9-10)

Оба эти стиха полностью соответствуют замыслу Иоанна, развивающего здесь вторую из важнейших тем своего Послания.
Поскольку Бог есть любовь, то, пытаясь дать определение любви, так же, как и ее возможных проявлений, мы должны опираться на свое понимание Бога, если, конечно, хотим, чтобы наши определения соответствовали действительности. Этот подход также поможет нам уяснить себе ту особенность любви, о которой Иоанн говорил в двух предыдущих стихах. Любовь как доказательство подлинного общения с Богом проявляется в помощи другим, вплоть до самопожертвования. Осознать всю глубину этой любви можно, только узнав Бога, поняв Его суть.

Мы уже говорили о том, что Иисус положил душу Свою за людей и тем самым проявил все совершенство Своей божественной любви (3:16).
Сейчас, вновь возвращаясь к теме креста, Иоанн рассматривает ее с другой точки зрения, а именно – с позиции Бога. В этом проявилась любовь Бога к нам. Глагол (phaneroo) уже использовался в начале этого Послания (1:2) для описания прихода Христа в мир – «жизнь явилась». Здесь же, напротив, смерть Христа рассматривается как доступное пониманию людей проявление Божьей любви к ним.
Давайте сейчас обратим внимание на очень важное предложение в стихе 10 – не мы возлюбили Бога. Любовь Бога не ответная реакция; дело не в том, что, проявляя ее, Он идет навстречу желанию человека быть ближе к Своему Господу. Инициатива целиком и полностью принадлежит Богу. Это Его решение любить тех, кто не любит Его и даже не испытывает потребности в этом; любить врагов, которые восстают против Него; любить мир грешников, погрязших в заблуждении. Давайте признаем раз и навсегда, что, если бы не тот факт, что Бог есть любовь, мы не могли бы рассчитывать на милосердие или прощение, не имели бы ни надежды, ни будущего.
Инициатива в деле спасения людей полностью принадлежит Богу.

Стихи 9 и 10 разворачивают перед нами величественную картину, показывающую, по замыслу Иоанна, то, как Бог на деле проявляет Свою любовь к нам. Бог послал в мир единородного Сына Своего (ст. 9).
Существует мнение, что для более выразительной передачи настроения дополнение лучше было бы поместить на первое место, а уже затем подлежащее и сказуемое. Поэтому, как считает, например, Ленски, более точным здесь был бы перевод: «Своего Сына единородного Бог послал…» [Ленски, с. 501.]. В отрывке, который мы сейчас рассматриваем, слово «Бог» повторяется снова и снова для того, чтобы с особой силой подчеркнуть тот поразительный факт, что судьба людей чрезвычайно волнует Бога.

Прилагательное «единородного» (monogenes) относится к Сыну, Который явился нам. Мы уже сталкивались с применением этого слова в Евангелии от Ин 3:16. Поскольку Христос был единородным Сыном Самого Бога, это слово в данном контексте может иметь оттенок «уникальный, единственный в своем роде». Поразительно уже то, что Богу потребовалось послать Своего Сына, но тот факт, что Он послал единородного Сына, говорит о безмерности Его любви к нам. То же самое слово употреблено в отношении Исаака в Послании к Евреям 11:17, где оно подчеркивает, насколько велика была вера Авраама и его повиновение Богу, когда Бог испытывал его. Авраам готов был принести в жертву сына своего единородного, которого он так долго ждал, только потому, что так приказал Ягве. Здесь речь идет о сыне, который был особенно дорог и горячо любим, потому что он был единственный. У Бога тоже был только один единородный Сын, и Бог послал Его в неспокойный мир, во враждебную обстановку, на смерть, с одной лишь целью – выполнить миссию спасения, искупить наши грехи и примирить с Богом. Это и есть любовь.

И этот драгоценный, любимый единородный Сын был послан как умилостивление за грехи наши. Слово hilasmos мы уже комментировали, рассматривая 2:2. Любовь сумела найти средства, чтобы унять и погасить праведный гнев Бога. Тем самым были созданы условия для того, чтобы могло быть предложено прощение и достигнуто примирение. Дорогой ценой это досталось Тому, Кто любит, но другого пути не было. «Глубина любви Бога проявляется именно в том, что Он, претерпев величайшие муки, причиненные Ему человеческим родом, даровал ему полное и безоговорочное прощение» [Маршалл, с. 215.]. Разделив точку зрения, что если бы Бог был любящим, то не стал бы требовать умилостивления и наказывать за грех, мы бы только затруднили для себя понимание истинного положения дел. Такой подход свел бы на нет величайшую истину, что Бог есть свет, и уничтожил бы сами основы морали. Библия дает совершенно другое, гораздо более замечательное объяснение. Любовь Бога, настолько поразительна по своим качествам – она не прекращается, распространяется на всех без исключения и стала доступна нам только благодаря той ужасной цене, которой она была оплачена. Библия также подчеркивает, что лишь искупленные силой этой любви способны оценить всю ее глубину и меру. Только нам, христианам, «открыто было… во что желают проникнуть Ангелы» (1Пет 1:12).

Его любовь сильнее смерти или ада; Она непостижимое сокровище; Первородные сыны света – ангелы. Напрасно жаждут заглянуть в ее глубины; Им не дано постигнуть это таинство, Почувствовать, сколь глубока она, И высока, и безгранична [О, любовь божественная, как ты прекрасна, Чарлз Уэсли (1707-88) – О Love divine, how sweet thou art, by Charles Wesley (1707-88).].

В заключение давайте еще раз напомним себе, что смерть Христа – совершившийся факт. Он умер за грехи наши. Из-за наших грехов Иисус принял смерть, потому что Своих собственных у Него не было. Он сделал это, чтобы заплатить за нас выкуп, и если бы этого не произошло, наше вполне заслуженное разобщение с Небесным Отцом продолжалось бы до сих пор. Ценою креста наши грехи сняты и прощены, чтобы мы получили жизнь чрез Него (ст. 9).
Христос был послан, чтобы выполнить поручение Своего Отца, конечной целью Которого было дать нам возможность обрести вечную жизнь вместо неминуемой смерти.
Эта цель могла быть достигнута только ценою жизни Иисуса.
Он – личный посредник между нами и Небесным Отцом, защищающий нас перед Ним. Он – источник духовной, вечной жизни.
Мятежники не просто прощены; они стали сыновьями. «Сын пребывает [в доме] вечно» (Ин 8:35).
Это и есть любовь.
Ее первоисточник – Сам Бог; она проявила себя в личности и делах Господа нашего Иисуса Христа; ее целью является счастье неисчислимого множества людей, тех, кто оправдан перед Богом ценою смерти Его Сына.

2. Божья любовь проявляется в любви христиан друг к другу (ст. 11-12)

Стих 11 не слишком нуждается в комментариях; он вызывает горячее желание с благодарностью повиноваться, выполняя то, о чем тут сказано. Повторяя призыв, обращенный к нам в стихе 7, которым открывается этот раздел Послания: «будем любить друг друга», Иоанн предлагает своему читателю чрезвычайно мощный побудительный мотив для его выполнения. Обратите внимание на слово так во фразе если так возлюбил нас Бог. Оно употреблено здесь не случайно. Акцент, который создается благодаря ему, заставляет нас во всех подробностях вспомнить сказанное в предшествующих стихах. Одновременно, используя именно это слово, автор преследует и другую цель, направленную на опровержение в дальнейшем еретического учения Керинфа. Тот, Кто принял страдание, по сути Своей был вечен – единственный в своем роде Сын небесного Отца. Его кровь пролилась ради нашего прощения. И тот, кто был прощен, может доказать, что был достоин этого, лишь полностью изменив всю свою жизнь и, прежде всего, внеся в отношение к другим людям чувство новой, никогда прежде неизведанной любви. Любовь Бога является основанием для нашей любви, она же является и ее источником. Если мы и вправду Его дети, вполне естественно для нас испытывать желание во всем походить на своего Отца. Но в том, как эта мысль выражена у Иоанна, есть отчетливый оттенок долженствования. Это не просто некая составная часть, пусть и очень существенная, которую мы можем внести в свое христианское подвижничество, если у нас возникнет такое желание. Мы в долгу перед нашим любящим Отцом, и этот долг запрещает нам порочить Его имя, не давая Его любви проникнуть в наши взаимоотношения с другими людьми. Если кровь Христа очистила нас, то наша новая жизнь с того момента, как мы соединились с другими, вступив в Божью семью, должна стать чистой, такой же, как у Него. Если мы хотя бы в какой-то степени отдаем себе отчет в том, какая огромная цена была уплачена в качестве нашего искупления, и испытываем ответное чувство благодарности, для нас станет жизненно важным никогда не позволять себе грешить. Какое-то новое чувство внутри будет заставлять нас страстно желать жить по-другому (Рим 5:5). Вот почему христианская церковь должна быть общиной любви, в отличие от любого другого объединения людей. Это правда, и об этом уже было сказано, что церковь существует ради тех, кто еще не вошел в христианское братство, но правда и то, что любовь друг к другу между членами церкви должна быть одним из наиболее мощных «магнитов», привлекающих к ней людей.

Это именно та мысль, к которой Иоанн подводит нас в стихе 12, где сказано совершенно определенно, что если христиане пребывают в Божьей любви, то проявлением этого будет любовь между ними. Это является неотъемлемой частью доказательства истинности Евангелия и любви нашего Господа, частью, которая может открыться миру только благодаря существованию церкви. Бога никто никогда не видел – это утверждение в точности соответствует тому, которое мы находим в прологе Евангелия от Ин 1:18. Однако там речь шла о том, что единственным случаем, когда невидимый Бог проявил себя видимым образом, было воплощение Иисуса. Здесь же говорится о другом видимом проявлении Бога – любви между христианами. И эта мысль сама по себе должна заставить нас остановиться и задуматься над тем, какая огромная ответственность лежит на нас. Если церковь действительно представляет собой Тело Христово на земле, в таком случае ее внутренняя жизнь и взаимоотношения внутри нее должны нести на себе отпечаток Его влияния. В сверхъестественную любовь Бога к грешникам (таким, как мы) люди верят несравненно больше, если имеют возможность наблюдать ее проявления в жизни Его детей. Д-р Френсис Шеффер справедливо говорит о такой любви, что она является «самой лучшей защитой веры» [Френсис Шеффер, Церковь в глазах, мира, (Inter-Varsity Press, 1972) – Francis Schaefler, The Church Before the Walking World (Inter-Varsity Press, 1972).], ибо Сам Господь сказал о ней так: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собой» (Ин 13:35). Любовь – отличительный признак, характерная черта Божьей семьи. Она непременно должна присутствовать в нашем братском общении и восприниматься как отсвет той любви, которую дарит нам Христос. Не в этом ли смысл, по крайней мере, отчасти, того видения Иоанна, которым начинается Откровение? Он видит величественного Господа во всем Его блеске и славе «посреди… светильников» (Отк 1:13), которые впоследствии в нашем представлении всегда будут олицетворением церкви (Отк 1:20), а в данном случае, по всей вероятности, изображают те конкретные церкви, к которым адресовано Послание. Эта впечатляющая картина подкрепляет ту мысль, которая была высказана раньше.

Физически Христос больше не с нами в мире, но если люди хотят ощутить Его присутствие, то должны понимать, что это, скорее всего, может произойти именно в церкви. В любви, которую мы, христиане, питаем друг к другу, любовь Христа находит свое живое воплощение.

И вновь хочется напомнить, что, говоря о любви, не следует подразумевать лишь общие духовные переживания или прекрасные, теплые слова. Речь идет о практических действиях, являющихся современным аналогом того, что делал Иисус в решающий вечер Своей жизни и в отношении чего Он сказал ученикам: «…вы должны умывать ноги друг другу» (Ин 13:14-17). Если мы будем вести себя точно так же, Божья любовь действительно полностью преобразит нашу жизнь. Если мы любим друг друга, то Божья любовь проявляется и возрастает в нас. По мере того как мы пребываем в Боге и Дух Святой совершает Свою работу в нашей душе, любовь, которую мы питаем к своим братьям по вере, разгорается все ярче и мы овладеваем умением проявлять ее на деле. Любовь Бога получает в нас свое завершение, когда мы становимся способны на такую же самоотдачу, какую проявляет Он. Эта любовь посылает нас в мир, как она прежде послала туда единородного Сына Божьего, чтобы «отдавать, не считаясь с издержками». Это та самая любовь, в которой постоянно нуждается наше общество конца двадцатого века, погрязшее в бездушии и холодном цинизме. Она является едва ли ни единственным видимым проявлением невидимого Бога. Огромная ответственность при этом ложится на плечи Божьих людей, ибо только они получили прощение. Лишь церковь несет в себе зримое представление о Боге, и, следовательно, только она одна в нашей умирающей культуре напоминает о Нем. Благодаря церкви люди имеют возможность своими глазами видеть, что такое братское общение христиан и как любовь Бога проявляет себя во взаимоотношениях между Его людьми. В этом и есть цель Божьей любви, и всякий христианин, удовлетворяющийся меньшим, попросту на деле отвергает Евангелие. Если мы осознаем, что Бог действительно любит нас, давайте будем позволять чистому потоку Его любви омывать нашу душу и, преломляясь в ней, изливаться на других, неся им свет и радость. Возлюбленные!, мы должны любить друг друга.

15. Основания для уверенности. 1Иоанна 4:13-21

В те годы, когда радио Великобритании только начинало свою работу, Джордж Бернард Шоу как-то принял участие в передаче, посвященной особенностям английского языка. Он, в частности, упомянул о том, что в английском языке есть лишь два слова, начинающиеся со звука «ш», хотя в их написании отсутствует соответствующее сочетание букв. Одна из слушательниц прислала на радио письмо, в котором утверждала, что это неверно. Такое слово только одно – «sugar» – сахар (русская транскрипция этого слова – «шугэ», прим. перев). В ответ она получила открытку, на которой было написано всего одно предложение: «Мадам, вы уверены?» (английское слово «sure», которое переводится как «уверены», имеет русскую транскрипцию «шуэ»; именно эти два слова по правилам произношения английского языка не должны начинаться со звука «ш» – прим. перев.). Быть уверенным в чем-то – рискованное дело, и в вопросах духовной жизни больше, чем в какой-либо другой области. Тем не менее, Иоанн настойчиво повторяет – Бог хочет, чтобы мы не испытывали никаких сомнений по поводу того, что принадлежим Ему и что наши духовные переживания подлинны, а не являются плодом воображения.

Уверенность, которая должна присутствовать в душе каждого христианина, покоится на убежденности в том, о чем говорилось в последних строках предыдущего раздела и к чему Иоанн возвращается здесь в стихах 13, 15 и 16, а именно, что «мы пребываем в Нем и Он в нас». Эта идея не проста для понимания, поскольку, воспитанные в рамках нашей культуры, мы привыкли судить об окружающей действительности на основании своих ощущений. Мы не можем видеть Бога (ст. 12а), потому что Он – дух (Ин 4:24). Бог не является материальным объектом, Его свойства не могут быть изучены и проанализированы с помощью наших органов чувств; Бог – безграничное, вечное существо. Мы не можем полагаться в этом вопросе на свои ощущения, потому что они заведомо субъективны и легко могут ввести нас в заблуждение. Принцип «если мне кажется, что это так, значит, на самом деле это так и есть» не может служить надежным основанием для понимания духовной реальности. Все обычные методы, к которым мы могли бы прибегнуть, чтобы с уверенностью утверждать что-либо в этой сфере, не дали бы никакого результата. В таком случае, каким образом мы можем быть в чем-то уверены? В нескольких последующих стихах Иоанн предоставляет нам пять доказательств, на которые мы должны опираться, чтобы обрести уверенность.

1. Бог дал нам Духа Святого (ст. 13)

Мы вновь возвращаемся к уже сказанному и повторяем то доказательство, о котором упоминалось в стихе 3:24, правда, с небольшим отличием. Там Иоанн утверждал, что Бог дал нам Духа Святого, в то время как здесь он говорит, что Бог дал нам от Духа Своего. Это различие, безусловно, не должно вводить нас в заблуждение. Ни в коем случае не следует понимать это так, что Иоанн во втором отрывке отказывается от своих прежних слов или что Дух Святой в каком-то смысле может быть разделен на части. Ту же самую ошибку мы допускаем, если думаем, что вот сейчас в нас мало Святого Духа и хорошо бы иметь Его побольше, как будто мы получаем Его «порциями». Дух Святой – единое и неделимое существо; необходимо понять: если Он пребывает в одном христианине, это не означает, что Он не может одновременно пребывать во всех остальных. Поэтому невозможно иметь, скажем, 60% Святого Духа. Более того, вообще невозможно, чтобы кто-то имел Его меньше или больше, чем любой из нас.

Как только произошло наше второе рождение, мы получили Духа Святого – жизнь Бога в нашей душе. Эта мысль в Новом Завете повторяется снова и снова, начиная от описания того, что произошло в день Пятидесятницы, и дальше. В тот день Петр сказал: «… покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, – и получите дар Святого Духа; ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовет Господь Бог наш» (Деян 2:38-39). Следовательно, нет причин удивляться словам Павла: «Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его» (Рим 8:9); эти слова являются логическим продолжением всего сказанного прежде и равным образом соответствуют истине. Христос вознесся на небеса, оставив церкви на земле Свой величайший дар – Духа Святого, источник всех других даров и благодати, без которого мы, Божьи дети, не могли бы жить в этом мире. Таким образом, если мы говорим, что «исполнены Духом» (Еф 5:18), это следует понимать так: Бог, поселившийся в нашей душе, направляет нас в жизни и дает нам силы преобразить нашу жизнь во всех ее аспектах при условии, конечно, что мы отбрасываем все преграды, препятствующие Его живому, динамичному влиянию. Именно благодаря Духу Святому мы обретаем возможность проявлять Божью любовь в своих взаимоотношениях с братьями-христианами, потому что Он прикладывает все усилия к тому, чтобы мы как можно больше уподобились Христу. Поскольку Бог есть любовь, где бы и как бы Святой Дух ни действовал, все результаты этого влияния всегда проявляются в любви.

Бог, живущий в сердцах людей, всегда оставляет неизгладимые следы Своего влияния на их жизнь – праведность, милосердие и любовь. Всякий раз, когда верующий испытывает внутреннее побуждение проявить бескорыстную любовь к другим, в то время как раньше это чувство пугало и потому он подавлял или игнорировал его, это значит, что Дух Святой совершает Свою работу в душе этого человека. Вот откуда приходит подлинное ощущение уверенности в спасении. Однако не нужно забывать, что любое, даже самое хорошее дело может иметь негативные последствия, если у вас неправильный подход к нему. Если кто-то называет себя христианином, но не находит времени для братского общения с другими, или критикует церковь, не видя смысла в ее существовании, или замыкается в своей внутренней приверженности к Богу, не стремясь разделить ее с другими, мы должны задаться вопросом – не заблуждается ли этот человек в отношении того, что любовь Бога действительно живет в его душе? Там, где живет Бог, Дух Святой совершает Свою работу, это неизменно смягчает горечь, облегчает столкновение с суровой действительностью и приумножает любовь.

2. У нас есть свидетельства Апостолов (ст. 14)

Ощущение присутствия Святого Духа в душе, являющееся доказательством того, что мы и вправду дети Божьи, вплотную соприкасается с другим доказательством, а именно, свидетельством Апостолов. Первый уполномочил вторых, но и то, и другое равно необходимо. Господь наш Иисус Христос учил тому же Своих учеников, объединяя оба эти свидетельства: «Когда же придет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне; а также и вы будете свидетельствовать, потому что вы сначала со Мною» (Ин 15:26-27). Совершенно очевидно, что местоимение мы в стихе 14 относится ко всем Апостолам, точно так же, как и в начале этого Послания. Такова была их уникальная привилегия и одновременно обязанность – свидетельствовать о том, что они видели и слышали. В самом деле, все сходятся во мнении, что воскресший Господь специально дал возможность Апостолам увидеть определенные вещи и уполномочил их свидетельствовать об увиденном, это было основным испытанием, выпавшим на долю Апостолов Нового Завета. Существовали и другие «посланцы» (apostoloi), уполномоченные выполнять особые задачи христианства, например, миссию; но те одиннадцать, которые были с самого начала, вместе с присоединившимися позже Матфеем (Деян 1:26), Иаковом, братом Господним (Гал 1:19) и Павлом стоят особняком. Интересно, что, отстаивая подлинность своего собственного апостольства, Павел приводит в качестве доказательства тот факт, что он «видел Иисуса Христа, Господа нашего» (1Кор 9:1). Наша уверенность, следовательно, основывается на свидетельствах Апостолов. Мы не видели Господа нашего Иисуса, а они видели. Своими собственными глазами видели они, как вечное Слово проявило Себя во времени и пространстве, воплотившись в Иисусе. Вот что говорит об этом Петр: «Мы возвестили вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетенным басням последуя, но бывши очевидцами Его величия» (2Пет 1:16).

Вновь обратите внимание на то, как много из того, о чем уже говорилось, удается Иоанну вместить в одно короткое предложение. Решительно, один за другим он вколачивает гвозди в гроб гностицизма. Сын, Который предсуществовал всегда, был послан Отцом в мир. Он пришел, чтобы спасти мир ценой самой настоящей человеческой смерти на кресте. Вот те факты, которые действительно имеют значение. Присутствие в нас Духа Святого и свидетельства Апостолов как доказательства связаны воедино. Тем самым подчеркивается, что не может быть никакого разделения между Духом Святым и Словом. Дух Святой, который внушил авторам Слова то, что они написали, использовал Слово как инструмент, предназначенный для того, чтобы укрепить нас в вере и дать нам жизнь вечную. С другой стороны, реальность работы Духа Святого в нашей душе подтверждается тем, что мы понимаем непреходящую ценность великого откровения Божьего – Священного Писания.

3. Нам доподлинно известно, что Иисус – Сын Божий (ст. 15)

Рассматривая этот стих в сопоставлении со стихом 12, мы вновь обнаруживаем сочетание истины и любви, столь характерное для Иоанна. Ударение здесь делается на внешнем исповедании того, что стало нашим внутренним убеждением. Только верой в Иисуса как Сына Божьего может человек воссоединиться с Богом. Наша связь с Богом, следовательно, зависит от веры в Его воплощение, зафиксированное историей, то есть, в то, что Иисус есть Сын Божий.

Очевидно, что, говоря об «исповедании», Иоанн имеет в виду нечто большее, чем просто интеллектуальное восприятие некоего исторического факта; однако сегодня это является тем минимумом, без которого невозможно обойтись. Вера, обеспечивающая спасение, зависит не только от присутствия в нашей душе обычного человеческого чувства теплоты и расположения ко Христу, какие бы ни существовали по этому поводу представления у некоторых евангелистов. Она зависит от признания той части доктрины, которая имеет отношение к личности Христа, и от этого же фактически зависит все наше понимание Бога. Последующим доказательством того, что мы пребываем в Боге, будет наша жизнь, несущая на себе отпечаток веры во Христа как в Бога, что проявится в соблюдении Его заповедей и возрастании в Нем, преображающем наш характер. Нельзя отбросить ни веру, ни любовь. Они неразделимы. Понимание этого и являлось той целью, ради которой было сформулировано христианское вероучение. Церковь всегда знала, что ее членов необходимо учить и поддерживать для того, чтобы их вера была правильной и чтобы при этом оказался затронут не только ум, но и сердце. Нужно почаще напоминать себе об этом, особенно в наши дни. Сейчас основы веры и христианской доктрины слишком часто отвергаются, поскольку проистекающие из них ограничения и запреты воспринимаются как неприемлемые. Некоторые христиане вообще с недоверием относятся к любой установке веры, поскольку, как они говорят: «Завтра Бог может потребовать от нас верить во что-то другое». Если мы хотим пребывать в Боге, наша вера должна уходить корнями в ту истину, которую Он открыл нам. Только тогда она будет подлинной, а не станет всего лишь плодом праздных размышлений.

Возрадуемся же, если мы можем от чистого сердца, с открытой душой и со всей нашей преданностью присоединиться к святым всех эпох, повторяя вслед за ними: «Верую… во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божьего, Единородного, от Отца рожденного прежде всех веков; Бога от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, единосущного Отцу, от Которого все произошло. Ради нас и ради нашего спасения сшедшего с небес и воплотившегося от Духа Святого и Марии Девы, и вочеловечившегося…» («Символ Веры»). Вот что дает нам основание для уверенности.

4. Благодаря любви Божьей мы «имеем дерзновение» (ст. 16-19)

Богословские знания и догматические убеждения подтверждаются живым опытом, который, со своей стороны, углубляет их. Когда мужчина и женщина вступают в брак, чтобы жить вместе как муж и жена, клятвы, которыми они обмениваются, включают в себя очень важное обещание поддерживать друг друга, что бы ни случилось: «В радости и в горе; в богатстве и в бедности; в болезни и в здоровье». Это проявление их любви друг к другу, которая в дальнейшем станет сильнее по мере того, как ее подлинность будет подвергаться испытаниям на практике. Настоящая любовь, безусловно, заслуживает доверия, но в полной мере она способна проявить себя только в том случае, если опирается на общую веру.

Наши переживания и опыт, связанные с Божьей любовью, во многом подобны тому, о чем только что говорилось. Бог неизменен, и Его любовь также постоянно пребывает с нами, если, конечно, каждый наш день проходит под знаком доверия и повиновения Ему. Вот почему, все время ощущая на себе влияние божественной любви, мы постепенно усваиваем ее уроки, все больше и больше обретая уверенность в том, что Бог действительно любит нас. Мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в нее (ст. 16). Глагол rely, употребленный в первоисточнике и в русском тексте переведенный как «уверовали», в НМВ стоит в настоящем времени и в форме, указывающей на то, что действие еще продолжается (верим). Счастливые супруги спустя несколько лет совместной жизни, в течение которых между ними царило согласие и взаимопонимание, затрагивающее практически все сферы жизни, начинают так чутко чувствовать друг друга, что часто им даже не приходится облекать свои мысли в слова. Подобная тесная духовная связь с Богом возможна только в том случае, если мы уверовали в Него и пребываем в Нем. Если мы согласны с этим, тогда нам нужно сделать следующий шаг – отдать себе отчет в необходимости изучения Божьего Слова. Чем больше мы ощущаем Его любовь, тем полнее и глубже становится наша вера в нее. Испытания, через которые иногда нам приходится пройти, вызваны тем, что Бог, поселившийся в нашей душе, хочет,' чтобы мы уверовали в Него непоколебимо и доверяли Ему всецело. Он знает, что подобные переживания способствуют очищению нашей души, доверие крепнет, привязанность к Нему возрастает, ибо мы желаем быть ближе ко Христу.

Стих 17 развивает ту же тему, которую Иоанн затронул в стихе 12, а именно, что Бог всегда прикладывает усилия к тому, чтобы Его любовь достигла в нас совершенства. Ведь наш любящий небесный Отец Сам «совершенен», может ли Он удовлетвориться чем-то меньшим для Своих детей? «Будучи уверен в том, что начавший в вас доброе дело будет совершать его даже до дня Иисуса Христа» – такими словами Павел приободрял Филиппийцев (Флп 1:6). В стихе 12 Иоанн делает ударение на то, что если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает. Здесь же основным мотивом является перспектива, уходящая в будущее. Работа Бога завершается, когда «любовь до того совершенства достигает в нас, что мы имеем дерзновение в день суда». Мысль, связывающая эти стихи между собой, состоит в том, что чем успешнее мы возрастаем во Христе, тем большего совершенства достигает в нас Божья любовь. И это не несбыточная мечта, потому что мы поступаем в мире сем, как Он. Пусть мы пока на земле, а Он – на небесах; в Своей благодати и любви Бог хочет, чтобы мы еще здесь знали о том наследии, которое нас ожидает и в полной мере будет принадлежать нам в тот день, когда мы увидим Его своими собственными глазами. Мы уже благословлены «во Христе всяким духовным благословением в небесах» (Еф 1:3). Мы уже знаем Христа, «Который сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением» (1Кор 1:30). Христос – жизнь наша (Кол 3:4) уже сейчас, в этом мире. «Сей Самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы – дети Божии. А если дети, то и наследники, наследники Божий, сонаследники же Христу» (Рим 8:16-17). Любовь, которую щедро дает нам Бог, «чтобы нам называться и быть детьми Божиими» (3:1) – это та самая любовь, которую Он питает к Своему единородному Сыну. Вот почему, если все это действительно принадлежит нам благодатью Божьей, мы не должны бояться Суда.

Страх и любовь взаимоисключают друг друга (ст. 18). Если бы нами владел страх, что основная цель Бога наказать нас, вся полнота Его неизменной любви не была бы доступна нашему пониманию. Все мы – чьи-нибудь дети, и часто переносим наш опыт взаимоотношений с родителями на свое общение с Богом, а это нередко порождает определенные проблемы. Если в понятие любви к нам, присущее нашим родителям, не входила необходимость дисциплинирования и определенных ограничений, связанных /с формированием нашего характера, или если они не сумели внушить нам уверенность в том, что ничто на свете не способно поколебать их любовь, это легко могло способствовать развитию у нас отношения к Богу, исполненного страхом и благодарностью. Всякий раз, когда на нас обрушатся какие-нибудь неприятности, мы будем удивляться и негодовать. Может быть, все это в целом и нельзя назвать негативным отношением к Богу, но это не любовь. Как много христиан беспомощно барахтаются в липкой паутине страха! Будучи нередко весьма чувствительными и страдающими от одиночества людьми, они постоянно живут в ожидании некоего бедствия, которое, подобно карающему мечу, вот-вот опустится на их плечи как возмездие за прошлые грехи или за то, что они пока еще не очень успешно возрастают в вере. Результатом обычно становится своеобразный паралич воли. Воображение рисует им разгневанного Бога с розгой в руке, предназначенной для того, чтобы бить их при каждом промахе. Они сумели убедить себя в том, что только такое отношение допустимо и правильно. Ничего удивительного, что дьявол мгновенно оказывается рядом, отягощает смущенную душу дополнительными обвинениями и вкрадчиво нашептывает, что вряд ли можно, рассчитывать на то, что Бог и дальше будет тратить Свое время на столь никчемного, никуда не годного человека. Это еще вопрос, можно ли таких людей вообще считать христианами!

Но Бог, Который есть любовь, хочет, чтобы Его дети «имели дерзновение». Вернемся к стихам 3:1-2 и перечитаем их с новой радостью открытия. Мы можем «иметь дерзновение» благодаря Иисусу, Сыну Божьему. Он пролил Свою кровь за наше спасение, за то, чтобы мы могли называть Бога «Отцом» и знали, что Он принимает нас такими, какие мы есть, ради Своего возлюбленного Сына. Наказание – противоестественное, чуждое понятие в отношении того, кто прощен и любим. Один из современных вариантов Нового Завета прекрасно выражает ту же мысль: «Совершенная любовь Бога исключает страх в любой форме». Если мы пребываем во Христе, то уподобляемся Ему. Можно ли вообразить себе, чтобы Господь наш Иисус испытывал раболепный страх перед Своим Отцом? Конечно, нет. Тогда, не теряя смирения и искренности, мы можем и должны стать такими же смелыми, как Иисус, иметь такое же дерзновение, не боясь, свободно выражать свои мысли. Он возлюбил нас «любовью вечною» (Иер 31:3), которая никогда не обманывает и никогда не проходит. Если нас не покидает страх перед Отцом, перед какими-то Его действиями в отношении нас, это значит, что на самом деле мы не любим Его. Такое возможно, только в том случае если мы не верим, что Он любит нас.

Русский вариант стиха 19 выглядит таким образом: «Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас». Местоимение «Его» отсутствует в первоисточнике, оно добавлено более поздними редакторами Библии, полагавшими, что глагол «любить» нуждается в указании конкретного объекта. Издатели НМВ в данном случае считают более правильным следовать оригиналу, поэтому там слово «Его» отсутствует. Выделяя стих 19 как самостоятельный, составители всех современных вариантов Библии рассматривают его в качестве переходной ступени к двум последующим стихам, где говорится о любви христианина к своим братьям. В самом деле, Иоанн хочет подчеркнуть, что, любя наших братьев, которых видим, мы прежде всего проявляем таким образом любовь к Богу, Которого видеть не можем. Он обращает наше внимание не только на это обстоятельство, но также и на то, что чувство любви и к Богу, и к братьями нашим само по себе возникнуть не может, поскольку оно является ответной реакцией на любовь Бога. Фактически, зарождение любви к кому бы то ни было в нашей душе обусловлено тем, что Бог «прежде возлюбил нас». Это нам необходимо понять. Бог возлюбил нас так сильно, что послал Господа Иисуса на смерть за наши грехи. Таким образом, Христос вместо нас понес наказание и «счет полностью оплачен»; ничего больше платить не надо. И это все было сделано ради нас! Необходимо, чтобы эта мысль целиком овладела каждым из нас, проникла до самой глубины души, и тогда трудно представить себе, чтобы была возможна другая реакция на нее, кроме любви. Из сказанного Иоанном мы узнаем, что чем сильнее наша любовь к Богу и чем больше она проявляется в любви к нашим братьям-христианам, в особенности к тем, кто слаб и немощен, тем менее вероятно, что страх уловит нас в свои сети. Страх – порождение зависимости, рабства; любовь – дитя свободы. «Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин 8:36).

5. Мы любим братьев своих (ст. 20-21)

Мысль, заключенная в этих завершающих стихах, также призванных дать нам основание для уверенности в любви Бога, возвращает нас к стиху 4:7, с которого начинается этот раздел Послания. Если любовь Божья овладевает нашей душой, заполняя ее целиком, то Бог дает нам также желание и возможность воплотить ее в жизнь, сделать так, чтобы Его любовь проявила себя через наши отношения с другими людьми. Еще раз Иоанн напоминает, что именно это является наилучшей проверкой христианской веры. Легче всего заявить о своей христианской приверженности или утверждать: «Я люблю Бога». Но если при этом мы не любим своих братьев и сестер, все наши громкие слова – ложь. Самым лучшим проявлением любви к Богу, Которого мы не можем видеть, будут не слова, а дела любви по отношению к Его детям, которые рядом с нами и которых мы видим.

Не повинны ли сегодня мы, христиане, именно в этом, весьма серьезном грехе? Мы можем сколько угодно рассуждать о любви к Богу и с величайшим энтузиазмом поклоняться Ему, но это ничего не стоит, если мы позволяем себе злословить по поводу того, как ведут себя другие христиане? «Им ничего не стоит подумать о другом человеке плохо, – говорим мы, – они с таким трудом и неохотой несут свое бремя, не столь уж тяжкое, все жалуются, что то у них плохо, и это не так!» Такое отсутствие любви, понимания и сочувствия вопиющим образом противоречит нашим заявлениям и говорит о том, как мы на самом деле относимся к Божьим заповедям. Зачастую именно необходимость отказаться от подобных высказываний и даже мыслей по отношению к другим становится главным камнем преткновения для тех, кто ищет дорогу к Иисусу и чьи попытки примкнуть к христианскому движению по этой причине часто оканчиваются неудачей. Есть много церквей и христианских общин, прихожанам которых не мешало бы принести к стопам Божьим свое раскаяние и сожаление по этому поводу, честно признать свои недостатки и молить Его о том, чтобы Он в Своем милосердии и благодати помог им измениться.

Давайте придерживаться простого и понятного учения Священного Писания. Если мы не любим других христиан, которых хорошо знаем и постоянно видим, встречаясь с ними в тех кругах, где протекает наша жизнь, мы не можем быть любящими и по отношению к Богу. Чувство симпатии к ним, возникающее у нас время от времени, часто носит оттенок сентиментальности и не имеет никакого отношения к реальной жизненной ситуации каждого из этих людей. Не теплые чувства или слова должны служить доказательством истинной любви, а дела, рука помощи, протянутая в трудную минуту. Самое поразительное, что, проявляя практическую заботу и любовь по отношению к другим, мы, таким образом, обретаем новые основания для своей собственной уверенности. Бог накладывает на нас определенные обязательства, о чем говорится в стихе 21. Все самое важное сконцентрировано здесь, в законе любви нашего Господа. Никто не может любить Бога, не соблюдая Его заповедей. Мы созданы по Его образу и подобию, и Он желал бы, чтобы мы были как можно ближе к этому образу, чтобы Его любовь проявлялась в том, как мы любим друг друга. Пламмер цитирует слова Паскаля: «Чтобы любить людей, нужно знать их, но чтобы знать Бога, необходимо любить Его» [Пламмер, с. 109.]. Это, без сомнения, так и есть, но Иоанн настойчиво повторяет нам снова и снова, что любящий Бога должен любить и брата своего.

Нашли ошибку в тексте? Выделите её и нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии Баркли на 1 послание Иоанна, 4 глава

Обратите внимание. Номера стихов – это ссылки, ведущие на раздел со сравнением переводов, параллельными ссылками, текстами с номерами Стронга. Попробуйте, возможно вы будете приятно удивлены.


2007-2020, сделано с любовью для любящих и ищущих Бога. Если у вас есть вопросы или пожелания, то пишите: bible-man@mail.ru.
Рекомендуем хостинг, которым пользуемся сами – Beget. Стабильный. Недорогой.