Ос 7:1. Читать правильнее начало фразы «Когда бы не». Мысль здесь та, что в процессе «врачевания» Господом Израиля посредством разнообразных, дисциплинарных мер лишь отчетливее проступали перед глазами Его неправда Ефрема и злодейство Самарии, свидетельствовавшие о глубине духовно-нравственного растления народа.
Ос 7:2. Израиль не понимает в сердце своем, что Господь «не такой же, как они» (Пс 49:16−21), и что скрыть от Него совершаемые людьми злодеяния невозможно. Вот и погрязли они в них, как бы попали в окружение собственных грехов — пред лицем Его.
Ос 7:3. Как отличаются «царь их и князья» от благочестивого правителя, воспетого Давидом (Пс 100)! Эти, как и подданные их, «радуются», греша и обманывая.
Ос 7:4. Как печь, растопленная пекарем, «пылает» Израиль нечистыми страстями. Пекари убавляли огонь в печи лишь на время — пока месили тесто, и оно вскисало. Отсюда образ Израиля, который лишь время от времени, ненадолго, «успокаивался» от разгула прелюбодейства — как плотского, так и духовного.
Ос 7:5−6. В промежутке между 752 и 732 годами до Р. Х. четыре израильских царя пали жертвами дворцовых переворотов (4Цар 15). Атмосферу неослабевавших политических интриг, очевидно, и имел в виду Осия в 7:5−7, где метафорически описывается образ действий заговорщиков.
Возглас «День нашего царя!», вероятно, звучал на празднествах, где в центре внимания оказывался очередной претендент на престол. Он пьянствовал вместе со своими «князьями», которые, разгоряченные… вином, вынашивали в сердцах своих козни и против того, с кем пили теперь. Вероятно, в этом смысле названы они «кощунами» (кощунниками — может быть, в значении «лицемеров»; сравните с Притч 20:1). В стихе 6-продолжение образа «печи и пекаря».
Полагают, что стих может быть перефразирован и «пересказан» так: сердце их пылает (в отношении царя), подобно печи. «Ночью», пока пекарь их спит (или новый царь не проявляет активности), и они держат замыслы свои в секрете, но когда сочтут, что время их наступило (утром), изрыгают из себя пламя (очередного переворота).
Ос 7:7. Судей надо читать как «правителей» (царей): цари их падают. Горький опыт бесконечных дворцовых переворотов не вразумлял, однако, израильтян: никто из них не взывает ко Мне, говорит Господь устами Осии.
Ос 7:8−9. Пророк продолжает метафору, употребленную им в стихе 4, 6−7. Здесь он подразумевает не только бесплодную, но и вредную внешнюю политику, которую упорно проводили израильские цари. Отделенный Богом для исполнения особой миссии в мире, Ефрем не удержался на высоте ее, но смешался с языческими народами. Он уподобился хлебу, который, не будучи вовремя «поворочен» в печи, с одной стороны оказывается непропеченным, а с другой — сожженным.
Как огонь сжигает полусырой неповороченный хлеб, делая его непригодным в пищу, так язычники непрестанным своим воздействием на Израиль делали его непригодным для целей Божиих. Об этом недвусмысленно говорится в стихе 9: чужие пожирали силу его. Седина в этом контексте — образ не только старости, но и смерти. Пророк хочет сказать, что Израиль, не замечая того, приближается в разложении своем к гибельной черте.
Ос 7:10. сравните этот стих с Ос 5:5. Униженный в глазах своих языческих соседей, Израиль все еще не сознает своей нужды в покаянии.
Ос 7:11. Подобно глупым голубям, которые в поисках пищи попадаются в расставленные для них силки, Ефрем без всякого разумения (без сердца употреблено именно в этом значении) бросается в сети то Египтян, то ассирийцев — вместо того, чтобы искать помощи у Господа. Вот как это происходило в истории. При царе Менаиме (примерно в 743−738 годах до Р. Х.) Израиль признал себя вассалом ассирийского царя (4Цар 15:19−20).
Во дни Факея (примерно 734 год) Северное царство присоединилось к коалиции царей, поднявших мятеж против Ассирии, который Тиглатпалассар III жестоко подавил (4Цар 15:29). Царь Осия (ок. 732−722 гг. до Р. Х.) на время признал ассирийского царя как своего сюзерена, но затем перестал ему платить дань и стал искать союза с Египтом (4Цар 17:3−4а). Этот акт мятежа и привел к уничтожению Северного царства (4Цар 17:4б−6) как к неизбежному в сущности результату той бездарной внешней политики, которая проводилась его царями на протяжении 20 лет.
Ос 7:12. Продолжается метафора, начатая в стихе 11. Мысль о «непосредственном вмешательстве» Иеговы во внешнюю политику Израиля. Он, «мудрый птицелов», накроет этих глупых «голубей» Своей сетью. Наказание, которое совершится руками ассирийцев, будет Его наказанием; о том, что оно последует, они слышали не раз (как слышало собрание их) через пророков, которых посылал Господь.
Ос 7:13−14. Обличение народа, отпавшего от Иеговы, Который спасал его. Они ложь говорили на Меня; «ложь» заключалась в самом предпочтении, которое Израиль отдавал языческим соседям перед Своим Господом, тем «свидетельствуя», что не доверяет Его силе спасать. Прискорбное «сомнение» народа и его царей в Нем и было ложью, возводимой ими на Иегову в их помыслах.
При некоторых разночтениях стиха 14 мысль, выраженная в нем, сводится к следующему. Израильтяне одержимы страхом остаться без хлеба и вина — по причине ли неурожая или вражеских нашествий (образ «вопиющих» на ложах своих и собирающихся вместе, чтобы обсудить волнующие их проблемы). Они, однако, упорно забывают, что вернейшее средство обезопасить себя от того, что так страшит их, это сердцем обратиться к Господу.
Ос 7:15. Мысли, высказанные в предыдущих стихах, тут повторяются на иной лад. Господь «спасал» израильтян (стих 13) — вразумлял их и укреплял (стих 15), «а они ложь говорили на Него» (стих 13) — умышляли злое против Него (стих 15): опять имеется в виду отступничество их от Господа — вследствие недоверия, переходившего во враждебное к Нему отношение.
Ос 7:16. Как не может лучник положиться на сломанный лук — стрела, пущенная из него, не попадет в цель, так и Всевышний не может положиться в осуществлении Своих целей на Израиля, который неверен Ему. Под «дерзостью языка» понимается здесь все та же ложь на Иегову «князей их», сомневавшихся в Его всемогуществе. Говорили ли они об этом вслух, или «расписывались в своей лжи», обращаясь за помощью к чужеземцам, результат будет плачевен для них. «Надеющиеся на Египет» станут предметом посмеяния там.
