1 А теперь надо мной смеются те, кто младше меня годами, чьих отцов я не согласился бы поместить с псами в моих стадах.
2 Зачем мне сила их рук? Их время уже прошло.
3 Истощённые бедностью и голодом, они убегают в безводную, мрачную и опустевшую степь.
4 Щиплют зелень около кустов, ягоды можжевельника — их хлеб.
5 Их изгоняют из общества, кричат на них, как на воров,
6 чтобы они жили в рытвинах ручьёв, в ущельях земли и утёсов.
7 Ревут среди кустов, жмутся под тёрном.
8 Отверженные люди, без имени, изгои земли!
9 Теперь я стал для них песней и пищей для их разговоров.
10 Они меня презирают, избегают меня, не сдерживаются, чтобы плеваться передо мной.
11 Так как Он развязал мою тетиву, сокрушил меня, то и они сбросили с себя узду передо мной.
12 Это отродье поднимается справа, сбивает меня с ног, направляет ко мне свои гибельные пути.
13 А мой путь испортили: успели сделать всё для моей гибели, не имея помощника.
14 Они пришли ко мне как сквозь широкий пролом, с шумом бросились на меня.
15 Ужасы устремились на меня. Моё величие развеялось как ветер, и моё счастье унеслось как облако.
16 Теперь моя душа изливается во мне: меня охватили дни скорби.
17 Ночью ноют во мне мои кости и мои жилы не имеют покоя.
18 С большим трудом с меня снимается моя одежда, мне жмут края моего хитона.
19 Он бросил меня в грязь, и я стал как пыль и пепел.
20 Я зову Тебя, но Ты не отвечаешь, стою, а Ты только смотришь на меня.
21 Ты стал ко мне жестоким, враждуешь против меня крепкой рукой.
22 Ты поднял меня, заставил носиться по ветру и уничтожаешь меня.
23 Я знаю, что Ты приведёшь меня к смерти, в дом собрания всех живущих.
24 Верно, Он не протянет Свою руку на дом костей: будут ли они кричать во время своего разрушения?
25 Не плакал ли я о том, кто был в горе? Не скорбела ли моя душа о бедных?
26 Когда я желал добра, пришла беда. Когда ожидал света, пришла тьма.
27 Мои внутренности кипят и не перестают. Дни печали встретили меня.
28 Я хожу почерневшим, но не от солнца. Встаю в собрании и кричу.
29 Я стал братом шакалам и другом страусам.
30 Моя кожа на мне почернела, мои кости обгорели от жары.
31 Моя цитра стала унылой, моя свирель — плачевным голосом.
