1 Велики и непостижимы суды Твои, посему ненаученныя ду́ши впали въ заблужденіе.
2 Ибо беззаконные, которые задумали угнетать святой народъ, узники тьмы и плѣнники долгой ночи, затворившись въ домахъ, скрывались отъ вѣчнаго Промысла.
3 Думая укрыться въ тайныхъ грѣхахъ, они, подъ темнымъ покровомъ забвенія, разсѣялись, сильно устрашаемые и смущаемые призраками,
4 ибо и самое потаенное мѣсто, заключавшее ихъ, не спасало ихъ отъ страха, но страшные звуки вокругъ нихъ приводили ихъ въ смущеніе, и являлись свирѣпыя чудовища со страшными лицами.
5 И ни какая сила огня не могла озарить, ни яркій блескъ звѣздъ не въ состояніи былъ освѣтить этой мрачной ночи.
6 Являлись имъ только сами собою горящіе костры, полные ужаса, и они, страшась невидимаго — призрака, представляли себѣ видимое еще худшимъ.
7 Пали обольщенія волшебнаго искусства, и хвастовство мудростью подверглось посмѣянію,
8 ибо, обѣщавшіеся отогнать отъ страдавшей души́ ужасы и страхи, сами страдали позорною боязливостью.
9 И хотя ни какія устрашенія не тревожили ихъ, но, преслѣдуемые броженіями ядовитыхъ звѣрей и свистами пресмыкающихся, они исчезали отъ страха, боясь взлянуть даже на воздухъ, отъ котораго никуда нельзя убѣжать,
10 ибо осуждаемое собственнымъ свидѣтельствомъ нечестіе боязливо и, преслѣдуемое совѣстью, всегда придумываетъ ужасы.
11 Страхъ есть не что иное, какъ лишеніе помощи отъ разсудка.
12 Чѣмъ меньше надежды внутри, тѣмъ больше представляется неизвѣстность причины, производящей мученіе.
13 И они въ эту истинно невыносимую и изъ глубинъ нестерпимаго ада исшедшую ночь, располагаясь заснуть обыкновеннымъ сномъ,
14 то были тревожимы страшными призраками, то разслабляемы душевнымъ уныніемъ, ибо находилъ на нихъ внезапный и неожиданный страхъ.
15 Итакъ, гдѣ кто тогда былъ застигнутъ, дѣлался плѣнникомъ и заключаемъ былъ въ эту темницу безъ оковъ.
16 Былъ ли то́ земледѣлецъ или пастухъ, или занимающійся работами въ пустынѣ, всякій, бывъ застигнутъ, подвергался этой неизбѣжной судьбѣ,
17 ибо всѣ были связаны одними неразрѣшимыми узами тьмы. Свищущій ли вѣтеръ, или среди густыхъ вѣтвей сладкозвучный голосъ птицъ, или сила быстро текущей воды, или сильный трескъ низвергающихся камней,
18 или незримое бѣганіе скачущихъ животныхъ, или голосъ ревущихъ свирѣпѣйшихъ звѣрей, или отдающееся изъ горныхъ углубленій эхо: все это, ужасая ихъ, повергало въ разслабленіе.
19 Ибо весь міръ былъ освѣщаемъ яснымъ свѣтомъ и занимался безпрепятственно дѣлами;
20 а надъ ними одними была распростерта тяжелая ночь, образъ тьмы, имѣвшей нѣкогда объять ихъ; но сами для себя они были тягостнѣе тьмы.