1 Когда узналъ Никаноръ, что бывшіе съ Іудою находятся въ странѣ Самарійской, то думалъ совершенно безнаказанно напасть на нихъ въ день покоя.
2 Когда же поневолѣ сопровождавшіе его Іудеи говорили: «не губи ихъ такъ жестоко и безчеловѣчно, воздай честь дню, освященному Всевидящимъ»,
3 тогда этотъ нечестивецъ спросилъ: «неужели есть Владыка на небѣ, повелѣвшій праздновать день субботній?»
4 И когда они отвѣчали: «есть живый Господь, Владыка Небесный, повелѣвшій чтить седьмый день»,
5 то онъ сказалъ: «а я — господинъ на землѣ, повелѣвающій взять оружіе и исполнять царскую службу». Впрочемъ, онъ не успѣлъ совершить своего умысла.
6 Превозносясь съ великою гордостью, Никаноръ думалъ одержать всеобщую побѣду надъ бывшими съ Іудою.
7 Маккавей же не переставалъ надѣяться съ полною увѣренностью, что получитъ заступленіе отъ Господа.
8 Онъ убѣждалъ бывшихъ съ нимъ не страшиться нашествія язычниковъ, но, воспоминая прежде-бывшіе опыты небесной помощи, и нынѣ ожидать себѣ побѣды и помощи отъ Вседержителя.
9 Утѣшая ихъ обѣтованіями закона и пророковъ, припоминая ихъ подвиги, совершенные ими самими, онъ одушевилъ ихъ мужествомъ.
10 Возбуждая духъ ихъ, онъ убѣждалъ ихъ, указывая притомъ на вѣроломство язычниковъ и нарушеніе ими клятвъ.
11 Вооружилъ же онъ каждаго не столько крѣпкими щитами и копьями, сколько убѣдительными добрыми рѣчами, и притомъ всѣхъ обрадовалъ разсказомъ о достойномъ вѣроятія сновидѣніи.
12 Видѣніе же его было такое: онъ видѣлъ Онію — бывшаго первосвященника, мужа честнаго и добраго, почтеннаго видомъ, кроткаго нравомъ, пріятнаго въ рѣчахъ, издѣтства ревностно усвоившаго все, что́ касалось добродѣтели, — видѣлъ, что онъ, простирая руки, молится за весь народъ Іудейскій.
13 Потомъ явился другой мужъ, украшенный сѣдинами и славою, окруженный дивнымъ и необычайнымъ величіемъ.
14 И сказалъ Онія: «это — братолюбецъ, который много молится о народѣ и святомъ городѣ, Іеремія, пророкъ Божій».
15 Тогда Іеремія, простерши правую руку, далъ Іудѣ золотой мечъ и, подавая его, сказалъ:
16 «возьми этотъ святый мечъ, даръ отъ Бога, которымъ ты сокрушишь враговъ».
17 Утѣшенные столь добрыми рѣчами Іуды, которыя могли возбуждать къ мужеству и укрѣплять сердца́ юныхъ. Іудеи рѣшили не располагаться станомъ, а отважно напасть и, съ полнымъ мужествомъ вступивши въ бой, рѣшить дѣло, ибо городъ и святыня и храмъ находились въ опасности.
18 Борьба за женъ и дѣтей, братьевъ и родныхъ, казалась имъ дѣломъ менѣе важнымъ; величайшее и преимущественное опасеніе было за святый храмъ.
19 Для тѣхъ, которые остались въ городѣ, также не мало было безпокойства, ибо они тревожились о сраженіи, имѣющемъ быть въ полѣ.
20 Итакъ, когда всѣ ожидали, что наступаетъ рѣшеніе дѣла, когда враги уже соединялись и войско было поставлено въ строй, слоны размѣщены въ надлежащихъ мѣстахъ и конница расположена по сторонамъ, —
21 Маккавей, видя наступленіе многочисленнаго войска, пестроту приготовленнаго оружія и свирѣпость звѣрей, простеръ руки къ небу и призывалъ Господа, творящаго чудеса и всевидящаго, зная, что не оружіемъ одерживается побѣда, но Самъ Онъ, какъ Ему угодно, даруетъ побѣду достойнымъ.
22 Въ молитвѣ своей онъ та́къ говорилъ: «Ты, Господи, при Езекіи, царѣ Іудейскомъ, послалъ Ангела, — и онъ поразилъ изъ полка Сеннахиримова сто восемьдесятъ пять тысячъ.
23 И нынѣ, Господи небесъ, пошли добраго Ангела предъ нами на страхъ и трепетъ врагамъ.
24 Силою мышцы Твоей да будутъ поражены пришедшіе съ хуленіемъ на святый народъ Твой». Симъ онъ кончилъ.
25 Бывшіе съ Никаноромъ шли со звукомъ трубъ и криками,
26 а находившіеся съ Іудою съ призываніемъ и молитвами вступили въ сраженіе съ непріятелями.
27 Руками сражаясь, а сердцами молясь Богу, они избили не менѣе тридцати пяти тысячъ, весьма обрадованные видимою помощью Божіею.
28 Окончивши дѣло и радостно возвращаясь, они узнали, что Никаноръ палъ въ своемъ всеоружіи.
29 Когда крикъ и шумъ утихли, они восхвалили Господа на отечественномъ языкѣ.
30 Тогда Іуда, первоподвижникъ за согражданъ и тѣломъ и душею, и лучшія лѣта свои сохранившій для одноплеменниковъ, далъ приказаніе, чтобы отсѣкли голову Никанора и руку съ плечомъ и несли въ Іерусалимъ.
31 Пришедъ туда, онъ созвалъ одноплеменниковъ и поставилъ предъ жертвенникомъ священниковъ, призвалъ и тѣхъ, которые находились въ крѣпости,
32 и, показавъ голову сквернаго Никанора и руку злохульника, которую онъ простиралъ на святый домъ Вседержителя и превозносился,
33 приказалъ вырѣзать языкъ у нечестиваго Никанора и, раздробивъ его, разбросать птицамъ, руку же безумца повѣсить противъ храма.
34 Тогда всѣ, обращаясь къ небу, прославляли явившаго помощь Господа и говорили: «благословенъ Сохранившій неоскверненнымъ мѣсто Свое!»
35 Голову же Никанора повѣсилъ онъ на крѣпости въ видимое для всѣхъ и ясное знаменіе помощи Господней.
36 И всѣ общимъ приговоромъ опредѣлили: никогда не оставлять безъ торжества день сей, чтить же празднествомъ тринадцатый день двѣнадцатаго мѣсяца, называемаго на Сирскомъ языкѣ Адаромъ, за день до дня Мардохеева.
37 Та́къ окончилось дѣло съ Никаноромъ; и какъ съ того времени городъ остался во власти Евреевъ, то я и кончу здѣсь мое слово.
38 Если я изложилъ его хорошо и удовлетворительно, то я сего и желалъ; если же — слабо и посредственно, то я сдѣлалъ то́, что́ было по силамъ моимъ.
39 Непріятно пить особо вино и тотчасъ же особо воду, между тѣмъ вино смѣшанное съ водою — сладко и доставляетъ удовольствіе; та́къ и составъ сочиненія пріятно занимаетъ слухъ читателя при соразмѣрности. Здѣсь да будетъ конецъ.