Псалом 125: Печальный посев, радостная жатва
125:1 Когда эта новость достигла иудеев в изгнании, они были в восторге и полны энергии. Персидский царь Кир разрешил изгнанникам вернуться в свою землю. Казалось, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. В течение долгих лет изгнания многие из них задавались вопросом, увидят ли они когда-нибудь Иерусалим. А теперь наконец они узнали эту новость. Собирая свои небольшие пожитки, они словно находились в трансе.
125:2 Люди, которые обычно были разговорчивы и бурно выражали свои чувства, шумели, как никогда. Впервые за семьдесят лет новости были действительно радостными. Впервые они были в восторге. Они отправлялись домой. Готовясь к этому путешествию, они смеялись и пели — это было новое переживание для них.
Это было потрясающим свидетельством для не иудеев. Казалось, что происходящее с иудеями невозможно объяснить разумно. Они признавали, что Бог евреев чудесным образом вмешался в их судьбу. Израиль оказался особым объектом любви и заботы Иеговы из всех народов.
125:3 Благодарные изгнанники радостно сообщали язычникам, что считают свое избавление исходящим исключительно от Господа.
Великое сотворил Господь над нами: мы радовались.
125:4 Но в свою землю они возвращались с пустыми руками. Им нужна была рабочая сила, финансы и защита. Вот почему они молятся:
Возврати, Господи, пленников наших, как потоки на полдень. Полдень (евр. Негев) — это южная пустыня. Обычно она была сухой и бесплодной. Но после сильных дождей высохшие русла рек превращались в потоки, и пустыня расцветала. Поэтому возвращающиеся изгнанники молятся о том, чтобы горстка людей превратилась во множество, пока все двенадцать колен не вернутся. Они молятся о том, чтобы Господь дал им средства восстановить страну, возродить ее. Они просят обо всем, что сделало бы их счастливым народом в плодоносящей земле.
125:5−6 Первый год после возвращения будет особо трудным. Они не смогут сразу собрать урожай. Им придется начать все заново, засадить поля и ждать сбора урожая. Это будет непростой период, когда пищу придется экономить.
Конечно же, первый посев будет печальным. Представьте себе земледельца, у которого мало зерна. Он может кормить этим зерном свою семью сейчас, или же посеять большую его часть, надеясь на большой урожай в будущем. Он решает посеять зерно, но, когда он запускает руку в передник и разбрасывает семена по вспаханной земле, слезы текут у него по щекам. Он думает о своей жене и детях, о той жидкой похлебке, которую им придется есть, о том, как тяжело будет жить до урожая. Ему кажется, что он отнимает у них пищу.
Но ободряющие слова обращены к вернувшимся изгнанникам:
Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью. С плачем несущий семена возвратится с радостью, неся снопы свои.
Итак, они идут сеять. Компенсацией за их скорбь при посеве станет радость, с которой они понесут снопы созревших колосьев в свои амбары.
Этот принцип относится, конечно же, и к духовной сфере. Те, кто жертвует многим, распространяя Евангелие, могут страдать от лишений, но что сравнится с радостью человека, который видит спасенные души и будет поклоняться Божьему Агнцу на небесах вовеки и веки?
Это относится и к области благовестия. Кто-то мудро сказал: «Для того, чтобы спасать души, надо сначала их оплакивать». Поэтому мы должны молиться так:
Позволь мне смотреть на толпу глазами моего Спасителя, Пока они не затуманятся от слез. Позволь мне смотреть с состраданием на заблудших овец И любить их Его любовью.
Автор неизвестен