1 Тогда отвѣчалъ мнѣ посланный ко мнѣ Ангелъ, которому имя Уріилъ,
2 и сказалъ: «сердце твое слишкомъ далеко зашло въ этомъ вѣкѣ, что ты помышляешь постигнуть путь Всевышняго».
3 Я отвѣчалъ: «та́къ, господинъ мой». Онъ же сказалъ мнѣ: «три пути посланъ я показать тебѣ и три подобія предложить тебѣ.
4 Если ты одно изъ нихъ объяснишь мнѣ, то и я покажу тебѣ путь, который желаешь ты видѣть, и научу тебя, откуда произошло сердце лукавое».
5 Тогда я сказалъ: «говори, господинъ мой». Онъ же сказалъ мнѣ: «иди и взвѣсь тяжесть огня, или измѣрь мнѣ дуновеніе вѣтра, или возврати мнѣ день, который уже прошелъ».
6 «Какой человѣкъ», отвѣчалъ я, «можетъ сдѣлать то́, чего ты требуешь отъ меня?»
7 А онъ сказалъ мнѣ: «еслибы я спросилъ тебя, сколько обиталищъ въ сердцѣ морскомъ, или сколько источниковъ въ самомъ основаніи бездны, или сколько жилъ надъ твердью, или какіе предѣлы у рая, —
8 ты, можетъ быть, сказалъ бы мнѣ: въ бездну я не сходилъ и въ адъ также, и на небо никогда не восходилъ.
9 Теперь же я спросилъ тебя только объ огнѣ, вѣтрѣ и днѣ, который ты пережилъ, и о томъ, безъ чего ты быть не можешь, — и на это ты не отвѣчалъ мнѣ».
10 И сказалъ мнѣ: «ты и того, что́ — твое и съ тобою отъ юности, не можешь познать;
11 ка́къ же сосудъ твой могъ бы вмѣстить въ себѣ путь Всевышняго и въ этомъ уже замѣтно растлѣнномъ вѣкѣ понять растлѣніе, которое очевидно въ глазахъ моихъ?»
12 На это сказалъ я: «лучше было бы намъ вовсе не быть, нежели жить въ нечестіяхъ и страдать, не зная почему».
13 Онъ же въ отвѣтъ сказалъ мнѣ: «вотъ, я отправился въ полевый лѣсъ и засталъ дерева держащими совѣтъ.
14 Они говорили: придите, и пойдемъ и объявимъ войну морю, чтобъ оно отступило передъ нами, и мы тамъ возрастимъ для себя другіе лѣса.
15 Подобнымъ образомъ и волны морскія имѣли совѣщаніе: придите, говорили онѣ, поднимемся и завоюемъ лѣса полевые, чтобъ и тамъ пріобрѣсть для себя другое мѣсто.
16 Но замыслъ лѣса оказался тщетнымъ, ибо пришелъ огонь и сжегъ его.
17 Подобнымъ образомъ кончился и замыслъ волнъ морскихъ, ибо сталъ песокъ и воспрепятствовалъ имъ.
18 Еслибы ты былъ судьею ихъ, кого бы ты сталъ оправдывать или кого обвинять?»
19 «Подлинно», отвѣчалъ я, «замыслы ихъ были суетные, ибо земля дана лѣсу, дано мѣсто и морю, чтобы носить свои волны».
20 Онъ же въ отвѣтъ сказалъ мнѣ: «справедливо разсудилъ ты; почему же ты не судилъ такимъ же образомъ себя самого?
21 Ибо ка́къ земля дана лѣсу, а море — волнамъ его, та́къ обитающіе на землѣ могутъ разумѣть только то́, что́ на землѣ; а обитающіе на небесахъ могутъ разумѣть, что́ на высотѣ небесъ».
22 И отвѣчалъ я и сказалъ: «молю Тебя, Господи, да дастся мнѣ смыслъ разумѣнія.
23 Не хотѣлъ я вопрошать Тебя о высшемъ, а о томъ, что ежедневно бываетъ у насъ: почему Израиль преданъ на поруганіе язычникамъ? почему народъ, который Ты возлюбилъ, отданъ нечестивымъ племенамъ, и законъ отцовъ нашихъ доведенъ до ничтожества, и писанныхъ постановленій нигдѣ нѣтъ?
24 Переходимъ изъ вѣка сего, какъ саранча, жизнь наша проходитъ въ страхѣ и ужасѣ, и мы сдѣлались недостойными милосердія.
25 Но что́ сдѣлаетъ Онъ съ именемъ Своимъ, которое наречено на насъ? вотъ, о чемъ я вопрошалъ».
26 Онъ же отвѣчалъ мнѣ: «чѣмъ больше будешь испытывать, тѣмъ больше будешь удивляться, потомучто быстро спѣшитъ вѣкъ сей къ своему исходу
27 и не можетъ вмѣстить того, что́ обѣщано праведнымъ въ будущія времена, потомучто вѣкъ сей исполненъ неправдою и немощами.
28 А о томъ, о чемъ ты спрашивалъ меня, скажу тебѣ: посѣяно зло, а еще не пришло время искорененія его.
29 Посему, доколѣ посѣянное не исторгнется, и мѣсто, на которомъ насѣяно зло, не упразднится, — не придетъ мѣсто, на которомъ всѣяно добро.
30 Ибо зерно злаго сѣмени посѣяно въ сердцѣ Адама изначала, и сколько нечестія народило оно доселѣ и будетъ рождать до тѣхъ поръ, пока не настанетъ молотьба!
31 Разсуди съ собою, сколько зерно злаго сѣмени народило плодовъ нечестія!
32 Когда будутъ пожаты безчисленные колосья его, какое огромное понадобится для сего гумно!»
33 «Какъ же и когда это будетъ?» спросилъ я его; «почему наши лѣта малы и несчастны?»
34 «Не спѣши подниматься», отвѣчалъ онъ, «выше Всевышняго, ибо напрасно спѣшишь быть выше Его: слишкомъ далеко заходишь.
35 Не о томъ же ли вопрошали души праведныхъ въ затворахъ своихъ, говоря: доколѣ такимъ образомъ будемъ мы надѣяться? И когда плодъ нашего возмездія?
36 На это отвѣчалъ мнѣ Іереміилъ Архангелъ: когда исполнится число сѣменъ въ васъ, ибо Всевышній на вѣсахъ взвѣсилъ вѣкъ сей
37 и мѣрою измѣрилъ времена и числомъ исчислилъ часы — и не подвинетъ и не ускоритъ до тѣхъ поръ, доколѣ не исполнится опредѣленная мѣра».
38 Я же въ отвѣтъ на это сказалъ ему: «о, Владыко Господи! а мы всѣ преисполнены нечестіемъ.
39 И, можетъ быть, изъ-за насъ не наполняются житницы праведныхъ и ради грѣховъ живущихъ на землѣ».
40 На это онъ отвѣчалъ мнѣ: «пойди, спроси беременную женщину: могутъ ли, по исполненіи девятимѣсячнаго срока, ложесна ея удержать въ себѣ плодъ?»
41 Я сказалъ: «не могутъ». Тогда онъ сказалъ мнѣ: «подобны ложеснамъ и обиталища душъ въ преисподней.
42 Ка́къ рождающая спѣшитъ родить, чтобъ освободиться отъ болѣзней рожденія, та́къ и эти спѣшатъ отдать ввѣренное имъ.
43 Сначала будетъ показано тебѣ то́, что́ ты желаешь видѣть».
44 «Если я обрѣлъ благодать предъ очами твоими», отвѣчалъ я, «и если это возможно и я способенъ къ тому,
45 покажи мнѣ: имѣющее придти болѣе ли того, что́ прошло, или сбывшееся болѣе того, что́ будетъ?
46 Что́ прошло, я это знаю, а что́ придетъ, не вѣдаю».
47 Онъ сказалъ мнѣ: «стань на правую сторону, и я объясню тебѣ значеніе подобіемъ».
48 И я сталъ — и увидѣлъ: вотъ, горящая печь проходитъ предо мною, и когда пламя прошло, я увидѣлъ: остался дымъ.
49 Послѣ сего прошло предо мною облако, наполненное водою, и пролился изъ него сильный дождь; но какъ скоро стремительность дождя остановилась, остались капли.
50 Тогда онъ сказалъ мнѣ: «размышляй себѣ: ка́къ дождь болѣе капель, а огонь больше дыма, та́къ мѣра прошедшаго превысила, а остались капли и дымъ».
51 Тогда я умолялъ его и сказалъ: «думаешь ли ты, что я доживу до этихъ дней? И что́ будетъ въ эти дни?»
52 На это отвѣчалъ онъ и сказалъ: «о знаменіяхъ, о которыхъ ты спрашиваешь меня, я отчасти могу сказать тебѣ, а о жизни твоей я не посланъ говорить съ тобою, да и не знаю.