Значение этого послания
Большинство, если не все великие пробуждения и преобразования в истории Церкви, были связаны с Посланием к Римлянам. В сентябре 386 года уроженец Северной Африки, в течение нескольких лет бывший профессором в итальянском городе Милане, сидел, плача, в саду у своего друга Алипия и рассуждал о греховности своей жизни. В это время он услышал пение ребёнка: «Tolle, lege. Tolle, lege», что на латыни означает: «Возьми, читай. Возьми, читай». Рядом с сидящим лежал свиток с Посланием к Римлянам, и он взял его. Первым, что он увидел, был текст: «Будем вести себя прилично, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти; но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и заботу о плоти не превращайте в похоть» (13:13−14). Позже он описывал происшедшее так: «Я не захотел читать дальше, да и не нужно было: после этого текста сердце мое залили свет и покой; исчез мрак моих сомнений» («Исповедь», книга 8, гл. 12). Этим человеком был Августин Аврелий, который, прочитав этот коротенький отрывок из Послания к Римлянам, уверовал в Иисуса Христа как Господа и Спасителя, и впоследствии стал одним из выдающихся богословов и служителей Церкви.
Тысячу лет спустя Мартин Лютер, монах римско-католического ордена, названного в честь Августина, преподавал Послание к Римлянам студентам Виттенбергского университета в Германии. Тщательно изучая текст, он всё больше и больше убеждался в том, что главная тема Павла — оправдание по вере. Он писал:
Я очень хотел постичь смысл Послания Павла к Римлянам, и затруднение представляло лишь одно выражение, «праведность Бога», поскольку я считал, что речь идёт о том, что Бог праведен и поступает праведно, наказывая нечестивых… День и ночь я размышлял, пока… не понял, что праведность Бога — это праведность, благодаря которой Он по милости и благодати оправдывает нас по вере. Я почувствовал, что родился заново и вошёл через открытые двери в рай. Всё Писание приобрело для меня новое значение, и если раньше «праведность Бога» вызывала у меня ярость, то теперь это выражение стало для меня невыразимо прекрасным в огромной любви. Это выражение из послания стало для меня вратами в небо (ср. Bar end Klaas Kuiper, Martin Luther: The Formative Years [Grand Rapids: Eerdmans, 1933], pp. 198−208).
Несколько столетий спустя священник англиканской церкви Джон Уэсли испытывал похожие затруднения в понимании Евангелия и истинного спасения. Вечером 24 мая 1738 года он записал в своём дневнике:
Я очень неохотно отправился в общество, собравшееся на улице Альдерсгейт, где читали предисловие Мартина Лютера к Посланию к Римлянам. Без четверти девять, когда читали об изменениях, производимых Богом в сердце через веру в Христа, я испытал какое-то особое тепло в сердце. Я осознал, что в вопросе спасения верю в Христа и только в Христа; и мне была дана уверенность, что Он снял мои грехи и спас меня от закона греха и смерти.
Говоря о важности Послания к Римлянам, Жан Кальвин отметил: «Тому, кто стремится к уразумению истинного его смысла, будет открыт доступ к секретнейшим сокровищам Священного Писания» («Толкование на Послания апостола Павла к Римлянам и Галатам» [Минск, МФЦП, 2007], стр. 7). Мартин Лютер сказал, что Послание к Римлянам — это «важнейшая часть Нового Завета, выражающая суть Благой вести» (Commentary on the Epistle to the Romans [Grand Rapids: Kregel, 1954], p. xiii). Фредерик Годе, известный швейцарский толкователь Библии, назвал Послание к Римлянам «собором христианской веры» (Commentary on St. Paul’s Epistle to the Romans [New York: Funk&Wagnalls, 1883], p. 1).
Знаменитый переводчик Библии Уильям Тиндейл, живший в XVI столетии, писал в предисловии к своей книге на Послание к Римлянам:
Поскольку это послание — ведущая и самая лучшая часть Нового Завета, и чистейшее Евангелие, то есть добрая весть, которую мы называем Благой вестью, а также светом и путём к пониманию всего Писания, я думаю, необходимо, чтобы каждый христианин не только знал его наизусть, но и не переставал изучать, чтобы оно было ежедневным хлебом души. Никто не может сказать, что читает его слишком часто или изучил весьма хорошо; чем больше его изучают, тем оно интересней; чем больше над ним рассуждают, тем оно приятней; чем подробнее исследуют, тем драгоценнее открытие — настолько велики его духовные сокровища» (Doctrinal Treatises and Introductions of Different Portions of the Holy Scriptures by William Tyndale, Henry Walter, ed. [Cambridge: University Press, 1848], p. 484).
Популярный толкователь Библии Дональд Грей Барнхауз, одиннадцать лет выступавший на радио с еженедельными проповедями по Посланию к Римлянам, написал об этом замечательном послании:
Учёный скажет, что молоко матери — это самая совершенная пища, известная человеку, и сможет привести вам результаты анализов, показывающие все его химические компоненты, перечислить содержащиеся в молоке витамины и подсчитать количество калорий. Младенец будет пить его, абсолютно ничего не зная о его составе, и расти с каждым днём, улыбаясь и процветая в своём неведении. То же самое относится и к глубочайшим истинам Слова Божьего (Romans: Volume 1: Man’s Ruin 1:1−32 [Grand Rapids: Eerdmans, 1952], p. 3).
Говорят, что Послание к Римлянам не только принесёт удовольствие величайшему логику и завладеет умом гения, но и утешит даже самую робкую душу и просветит самый заурядный ум. Оно сначала повергнет, а затем поднимет вас. Сначала сорвёт ваши одежды, а затем облечёт вас вечным изяществом. Послание к Римлянам превратило бедфордского лудильщика Джона Буньяна в духовного гиганта и литературного классика, написавшего «Путешествие пилигрима» и «Духовную войну».
Ветхий Завет цитируется в этом послании около 57 раз, больше чем в любой другой книге Нового Завета. Постоянно используются ключевые слова: Бог — 154 раза, закон — 77 раз, Христос — 66 раз, грех — 45 раз, Господь — 44 раза, и вера — 40 раз.
В Послании к Римлянам даются ответы на многие вопросы, касающиеся человека и Бога. Наиболее важные из них: что такое Божья Благая весть? Действительно ли Иисус — Бог? Какой Бог? Как может Бог посылать людей в ад? Почему люди отвергают Бога и Его Сына Иисуса Христа? Почему существуют идолы и лжерелигии? Какой наибольший грех человека? Почему существуют половые извращения, ненависть, преступность, обман и всё остальное зло в мире, и почему они настолько распространяются и неистовствуют? По каким критериям Бог судит людей? Как может человек, никогда не слышавший Евангелия, нести духовную ответственность? Несут ли евреи бόльшую ответственность за неверие, чем язычники? Кто может считаться истинным евреем? Обладает ли еврей каким-либо духовным преимуществом? Насколько человек добр сам по себе? Насколько он зол сам по себе? Способен ли кто-либо в совершенстве соблюсти Божий закон? Как может человек узнать, что он грешник? Как может грешник быть прощён и оправдан Богом? Как христианин связан с Авраамом? В чём значение смерти Христа? В чём значение Его воскресения? В чём значение Его нынешнего пребывания на небесах? За кого умер Христос? Где люди могут найти настоящий мир и надежду? В чём духовная связь всех людей с Адамом, и в чём духовная связь верующих с Иисусом Христом? Что такое благодать, и в чём её роль? Как связаны между собой Божья благодать и Его закон? Каким образом человек умирает и возрождается духовно? Какое отношение христианина к греху? Насколько важно послушание в жизни христианина? Почему настоящая христианская жизнь подразумевает такую борьбу? Сколько у христианина природ?
Даются ответы и на такие вопросы: что делает Святой Дух для верующего? Насколько близки взаимоотношения христианина с Богом? Почему существуют страдания? Изменится ли когда-нибудь мир? Что такое избрание и предопределение? Как правильно христианам молиться? Насколько безопасно спасение верующего? В чём заключается нынешний Божий замысел в отношении Израиля? В чём состоит Его будущий замысел в отношении Израиля? Почему и для чего язычники были избраны Богом? В чём состоит ответственность христианина перед евреями и Израилем? Что такое настоящая духовная посвящённость? Каковы взаимоотношения христиан с миром в целом, с неверующими, с другими христианами и с человеческими властями? Как христиане поступают в ситуациях, которые по своей сути ни хорошие, ни плохие? Что такое истинная любовь, и каково её действие? Что такое настоящая свобода? Насколько важно единство в церкви?
Неудивительно, что Фредерик Годе, слова которого приводились выше, однажды воскликнул: «О, святой Павел! Если бы его единственной заслугой было лишь написание Послания к Римлянам, то и этого было бы достаточно, чтобы непрестанно благодарить за него Господа».
Послание к Римлянам и сегодня оказывает такое же могучее воздействие на нас, как и на людей в I столетии. Оно воздействует на нравственность, говоря о прелюбодеянии, блуде, гомосексуализме, ненависти, убийстве, лжи и неповиновении властям. Оно воздействует на интеллект, говоря, что обычный, мирской человек пребывает в смятении, поскольку его ум безнравственен. Оно оказывает социальное воздействие, говоря, как нам следует относиться друг к другу. Оно оказывает психологическое воздействие, говоря, откуда исходит настоящая свобода, избавляющая людей от тяжести вины. Оно оказывает воздействие в масштабе страны, говоря о нашей ответственности перед человеческими властями. Оно воздействует в масштабе мира, говоря о конечной судьбе земли и, в особенности, о будущем Израиля. Оно воздействует духовно, предлагая надежду на будущее в ответ на человеческое отчаяние. Оно воздействует на богословие, говоря о взаимоотношениях между плотью и духом, между законом и благодатью, между делами и верой. Но важнее всего то, что оно приближает нас к Самому Богу.
Неизвестный автор записал эти трогательные слова, показывающие сущность Послания к Римлянам:
Я к Богу шёл, что было сил,
По длинной лестнице всходил.
Искал опору в ней для ног,
Но далеко пройти не мог.
И, пальцы рук изранив в кровь,
К Нему карабкался я вновь.
А Он спокоен был и тих,
Не замечая мук моих.
И, обессилев, я упал
Туда, откуда начинал.
И там, в отчаянии, вдруг
Святых шагов услышал звук:
Туда, где я лежал без сил,
Он по ступеням нисходил.
Когда я духом пал в борьбе,
Он Сам вознёс меня к Себе.
Автор послания
Невозможно хорошо понять Послание к Римлянам, не зная некоторых фактов о его замечательном авторе.
Изначально Павел был назван Савлом в честь первого царя Израиля Саула и, как его тёзка, был из колена Вениаминова (Флп 3:5). Павел родился в Тарсе (Деян 9:11), процветающем городе, расположенном недалеко от северо-восточного побережья Средиземного моря в провинции Киликия, теперь это территория Турции. Тарс был центром греческого образования и культуры, в нём находился один из трёх самых знаменитых университетов Римской империи. Савл, возможно, получил образование там, а затем продолжил его в Иерусалиме под руководством Гамалиила, внука Гиллеля, бывшего, пожалуй, самым известным раввином всех времён. Поскольку Гамалиила считали олицетворением закона, его часто называли «образец закона». Следовательно, Савл был обучен как греческой литературе и философии, так и раввинскому закону.
По закону Моисея Савл был обрезан на восьмой день (Флп 3:5). Вероятно, вскоре после достижения им тринадцати лет — возраста, когда еврейских мальчиков считали мужчинами, — он был послан в Иерусалим. Под руководством Гамалиила Савл учил наизусть и учился толковать Писание в соответствии с раввинской традицией, в частности традицией Талмуда. Видимо, во время своего пребывания в Иерусалиме он стал фарисеем. Поскольку его отец был римским гражданином, то и Савл родился в этом гражданстве (Деян 22:28), обладать которым было почётно и выгодно. Поэтому он обладал высоким статусом как в греко-римском, так и в еврейском обществе.
В соответствии с еврейской традицией Савл был обучен ремеслу своего отца — изготовлению палаток (Деян 18:3). Из того, что апостол никогда не встречался с Иисусом во время Его земного служения, можно заключить, что после обучения в Иерусалиме он, по-видимому, возвратился в Тарс. Благодаря такому блестящему образованию, он, несомненно, руководил в одной из главных синагог Тарса, а также занимался изготовлением палаток. По собственному признанию, он был ревностным законником, «евреем из евреев», абсолютно во всём тщательно следовавшим закону (Флп 3:5−6).
Вероятно, возвратившись в Тарс, он услышал о появлении в Иерусалиме новой «секты», наполнявшей город не только своим учением, но и своими последователями. Подобно большинству иудейских вождей Палестины, Савл был глубоко задет мессианскими заявлениями Иисуса и посвятил себя уничтожению того, что считал ересью. Он был ещё молодым человеком, когда возвратился в Иерусалим, но, благодаря своему рвению и природным способностям, вскоре стал одним из главных действующих лиц в преследовании Церкви. Побитие камнями Стефана не открыло сердце Савла для Евангелия, а лишь озлобило его ещё больше, и он «терзал церковь, входя в дома, и, хватая мужчин и женщин, отдавал в темницу» (Деян 8:3).
Лука пишет, что Савл дышал «угрозами и убийством на учеников Господа» (Деян 9:1). Он как боевой конь, почувствовавший запах битвы в ноздрях, источал безжалостную ярость, обращённую против всех христиан и всего христианского. Он был по отношению к христианам тем, кем по отношению к евреям был злодей Аман, хотевший истребить всех их в огромном Персидском царстве царя Артаксеркса (Есф 3:8−10).
Не удовлетворившись преследованием верующих в Иерусалиме и в Иудее, Савл «пришёл к первосвященнику и выпросил у него письма в Дамаск, к синагогам, чтобы, кого найдёт следующим этому учению, — и мужчин и женщин, — связав, приводить в Иерусалим» (Деян 9:1−2). Он был поглощён страстью заключать в тюрьму и уничтожать христиан, и, перед тем как отправиться в Дамаск, преследовал христиан во многих других «чужих городах» вне Израиля (см. Деян 26:11).
Дамаск в то время был городом, в котором проживало примерно 150 тысяч жителей, в том числе много евреев. Поэтому, вполне вероятно, что синагог, которые имел в виду Савл, могло быть двенадцать и более. Дамаск был тогда столицей Сирии и находился в 250 км на северо-восток от Иерусалима; путь от одного города до другого занимал не менее шести дней.
Но по пути, когда он уже «приближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с неба. Он упал на землю и услышал голос, говорящий ему: „Савл, Савл, что ты гонишь Меня?“» (9:3−4). Много лет спустя, в своей защите перед царём Агриппой Павел говорил, что Иисус затем добавил: «Трудно тебе идти против рожна» (Деян 26:14). Рожон — это длинная, заострённая палка, использовавшаяся при выпасе большого рогатого скота. Рожном тыкали в бок или в нижнюю часть ног, подгоняя животное. В греческой культуре выражение «идти против рожна» было распространённым и означало выступать против божества. Это выражение Савл, несомненно, много раз слышал, живя в Тарсе. Этой фразой Иисус показал Савлу, что преследование христиан было равносильным выступлению против Бога — то есть было прямо противоположным тому, к чему он стремился.
В сильном страхе Савл ответил голосу с неба: «„Кто Ты, Господи?“ Господь же сказал: „Я Иисус, Которого ты гонишь“» (Деян 9:5). В этот момент Савл, должно быть, испытал и ужас, и потрясение — ужас, потому что находился в присутствии Бога, а потрясение из-за того, что боролся с Богом, вместо того чтобы служить Ему. Он был подавлен осознанием того, что проливаемая им кровь была кровью Божьих людей. Иисус, Которого его собратья-израильтяне высмеяли, избили и предали на смерть; Иисус, к Которому обращался Стефан, когда Савл стоял рядом, одобряя его смерть; Иисус, последователей Которого Савл лично заключал в тюрьму и уничтожал, — этот Иисус действительно был Богом, как и утверждал! Теперь Павел беспомощно стоял перед Ним, ослеплённый невероятным сиянием Его открывшегося величия.
В течение нескольких лет Савл был полностью поглощён уничтожением Церкви, и если бы ему удалось осуществить свой план, Церковь погибла бы в младенчестве, захлебнувшись своей кровью. Если бы Господь сразу же не добавил: «Встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать» (9:6), Савл, скорее всего, просто скончался бы от страха, вызванного чудовищностью его греха. Много лет спустя, оглядываясь назад, он провозгласил:
Благодарю давшего мне силу Христа Иисуса, Господа нашего, что Он признал меня верным, определив на служение, меня, который прежде был богохульником, и гонителем, и обидчиком, но помилован потому, что так поступал по неведению, в неверии; благодать же Господа нашего Иисуса Христа открылась во мне обильно с верой и любовью во Христе Иисусе. Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришёл в мир спасти грешников, из которых я первый (1Тим 1:12−15).
На той дороге неподалёку от Дамаска Савл был чудесно и навсегда изменён. Хотя он на время ослеп и едва не лишился дара речи, благодаря произошедшему он подчинил свою жизнь Христу.
По-видимому, Савл был так сильно настроен на уничтожение последователей Христа, что ни один христианин не смог бы донести до него Евангелие. Только Бог, благодаря чудесному вмешательству, мог привлечь его внимание. Он должен был пережить потрясение, прежде чем стал бы слушать Божью истину. Церковь так боялась Савла, что даже апостолы не хотели говорить с ним, когда он впервые попросил о встрече с ними. Апостолам казалось невероятным, что Савл из Тарса может стать учеником Христа (Деян 9:26).
Как только к Савлу вернулось зрение, и он был крещён и немного поел в первый раз после трёх дней без пищи и питья (см. 9:9), он с присущим ему усердием «тотчас стал проповедовать в синагогах [Дамаска] об Иисусе» (ст. 20) — в тех самых синагогах, к которым ему были даны письма первосвященника, позволявшие арестовывать любого обнаруженного там христианина! Поэтому не удивительно, что «все слышавшие удивлялись и говорили: „Не тот ли это самый, который гнал в Иерусалиме призывающих имя это? Да и сюда за тем пришёл, чтобы вязать их и вести к первосвященникам“» (ст. 21).
Благодаря замечательному божественному озарению Савл сразу же после своего обращения мог не просто свидетельствовать о том, что с ним произошло, но и так замечательно защищал Евангелие, что приводил в замешательство любого неверующего еврея, «доказывая, что это Христос» (ст. 22).
Савл добился таких успехов в проповеди Евангелия, что вскоре его бывшие сообщники вместе с другими неверующими евреями из Дамаска решили убить его. В своём желании уничтожить предателя их общих интересов они заручились поддержкой областного правителя царя Ареты (2Кор 11:32). «Но Савл узнал об этом замысле их. А они день и ночь стерегли у ворот, чтобы убить его. Ученики же ночью, взяв его, спустили по стене в корзине» (Деян 9:24−25).
Как рассказывает сам Павел в Послании к Галатам, после этого он пошёл в Аравию и провёл там три года (см. Гал 1:17−18). Вероятно, там апостол многому научился и получил откровение от Господа. Как он свидетельствовал ранее в Послании к Галатам, Евангелие, проповедуемое им, «не есть человеческое, ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа» (1:11−12).
После обучения в «божественной семинарии» в Аравии Набатейской Савл на короткое время вернулся в Дамаск (Гал 1:17). Возможно, что именно во время второго визита в Дамаск вмешался областной правитель царя Ареты. Причиной мог послужить царский гнев в связи с тем, что Савл проповедовал Евангелие в Аравии, которая находилась под управлением монарха. Если это так, то Савл второй раз бежал из Дамаска, спустившись по стене в корзине (2Кор 11:33).
Лишь спустя три года Савл пошёл в Иерусалим встретиться с остальными апостолами. Благодаря доверию и любезному посредничеству Варнавы (Деян 9:27), апостолы наконец признали Савла истинным верующим и приняли его в свою среду.
Точно установить хронологию этого периода жизни Савла невозможно, но известно, что он провёл пятнадцать дней в Иерусалиме с Петром (см. Гал 1:18); в это время он мог общаться, а мог и не общаться, с другими апостолами. Вскоре он начал проповедовать и учить там и, состязаясь с еллинистами, делал это так убедительно, что «они покушались убить его. Братья, узнав об этом, отвели Савла в Кесарию и оттуда отправили в Тарс», его родной город (Деян 9:29−30). По всей видимости, он основал церкви в Тарсе и в других местах в Киликии, и мы знаем, что позже Господь употребил его, чтобы укрепить общины в этой местности (Деян 15:41).
После того как Варнава был послан иерусалимской церковью организовать церковь в Антиохии Сирийской, он служил там некоторое время, а затем решил позвать на помощь Савла. Найдя Савла в Тарсе, Варнава «привёл [его] в Антиохию. Целый год собирались они с церковью и учили немалое число людей, и в Антиохии впервые ученики стали называться христианами» (Деян 11:22−26).
Когда наступил предсказанный Агавом голод по всей земле, церковь в Антиохии собрала среди своих членов пожертвования в помощь верующим в Иудее, которые испытывали особую нужду. Собранное было послано в Иерусалим «пресвитерам через Варнаву и Савла» (Деян 11:28−30).
Церковь в Антиохии росла, появлялись другие учителя и пророки, и, в конце концов, Святой Дух сказал им: «„Отделите Мне Варнаву и Савла на дело, к которому Я призвал их“. Тогда они, совершив пост и молитву и возложив на них руки, отпустили их» (Деян 13:1−3). Именно с этого момента Павел, которого все ещё звали Савлом, начал своё беспримерное служение, как апостол язычников.
Место и время написания
Павел совершил три длительных миссионерских путешествия, описанных в Деян 13:4 — 21:17, а затем заключительное путешествие в Рим, чтобы предстать перед кесарем (27:1 — 28:16). Во время третьего путешествия он в третий раз прибыл в Коринф, процветающий, но порочный портовый город в провинции Ахаия. Теперь это южная часть Греции. Вероятно, во время этого пребывания в Коринфе, ещё раз собирая подаяния для бедствующих верующих в Палестине (Рим 15:26), Павел написал Послание к церкви в Риме.
Тщательный анализ, проведённый различными авторами и опирающийся на книгу Деяний и само послание, относит дату написания послания к ранней весне 58 года по Р.Х., то есть незадолго до того, как Павел отправился в Иерусалим (Рим 15:25), чтобы прибыть туда ко дню Пятидесятницы (Деян 20:16).
Цель послания
Павел упоминает несколько целей написания Послания к Римлянам. Прежде всего, он многократно хотел посетить римскую церковь, но всегда встречал препятствия на своём пути (Рим 1:13). Он объяснял, что хотел идти туда, «чтобы преподать [им] некое дарование духовное к утверждению» их (ст. 11). В отличие от того, что утверждает Римско-католическая церковь, церковь в Риме не была основана Петром или каким-либо другим апостолом. Павел объясняет в конце послания, что решил «не строить на чужом основании» (15:20), то есть не давать советы и не руководить общиной, основанной другим апостолом или служителем.
По-видимому, церковь в Риме была основана группой еврейских христиан, пришедших из Иудеи. Возможно, христиане были в Риме ещё с тех пор, как на празднике Пятидесятницы уверовали «пришедшие из Рима, иудеи и прозелиты» (Деян 2:10), бывшие свидетелями сошествия Святого Духа, слышавшие апостолов на своих родных языках и слышавшие сильную проповедь Петра. Если это так, то они были в числе трёх тысяч, которые поверили и были крещены в тот день (ст. 41).
В любом случае, хотя верующие в Риме были верной и преданной общиной и жили в самом сердце империи, они не имели возможности слышать апостольскую проповедь и учение. Именно этот недостаток и хотел восполнить Павел, посещая их с целью наставления и ободрения.
Павел также желал заняться там евангелизационным служением, как предполагают его слова, что он очень хочет «благовествовать… находящимся в Риме» (Рим 1:15).
Кроме этого Павел надеялся, что посещение римской церкви принесёт пользу и лично ему, говоря: «Я весьма желаю… утешиться с вами верой общей, вашей и моей» (1:11−12). Он хотел идти туда не только ради Христа, но и ради церкви, ради погибающих и ради себя.
Он желал познакомиться с римскими верующими и хотел, чтобы они познакомились с ним. Прежде всего, он хотел, чтобы они узнали его, чтобы могли молиться за него. Хотя большинство из них он не знал, в конце послания он просит их: «Между тем умоляю вас, братья, Господом нашим Иисусом Христом и любовью Духа подвизаться со мной в молитвах за меня к Богу… Чтобы мне в радости, если Богу угодно, прийти к вам и успокоиться с вами» (15:30, 32).
Возможно, Павел также хотел, чтобы они узнали его поближе, и чтобы после его пребывания в Риме они захотели помочь ему необходимыми средствами на поездку в Испанию, где он надеялся потом служить (15:28).
Послание Павла римской церкви было, среди всего остального, и представлением себя в качестве апостола. Он очень ясно излагал проповедуемое им Евангелие, чтобы верующие в Риме имели полную уверенность в его полномочиях. Он написал монументальный труд, чтобы утвердить их в истине и показать, что он действительно настоящий апостол Иисуса Христа.
Когда Павел, наконец, прибыл в Рим, это была поездка за счёт римских властей по его требованию как римского гражданина, обвинённого первосвященниками и другими иудейскими вождями Иерусалима, быть судимым судом кесаря (Деян 25:2, 11). Следовательно, он служил в Риме, находясь в заключении, и во время этого заключения он написал Послание к Филиппийцам, в котором передал им приветы «из дома кесаря» (Флп 4:22). Возможно также, что из Рима Павел написал Послания к Ефесянам (Еф 3:1; Еф 6:20), Колоссянам (Кол 4:10) и Филимону (Филим. 1).
Описать захватывающий триумф Евангелия во время служения Павла невозможно. Дух Божий употребил апостола и давал ему силы для небывалых свершений. По оценкам историков к концу апостольского периода в мире насчитывалось полмиллиона христиан! Одному Богу известно, скольких из них привели к Господу прямые или косвенные усилия Павла. Столетиями Господь использует вдохновлённые Духом произведения апостола, чтобы приобретать погибающих и назидать, укреплять, ободрять и исправлять бесчисленные миллионы верующих. Павел был отделён Богом ещё от утробы матери, чтобы он «благовествовал Его язычникам» (Гал 1:15−16).
Характер Павла
Физически Павел не отличался особой привлекательностью (см., напр., 2Кор 10:10; Гал 4:14). Он описывается как человек низкорослый и со шрамами по всему лицу и на теле — следами многочисленных побоев и побивания камнями. Но какой бы ни была его физическая внешность, духовный рост и величие Павла, без сомнения, были непревзойдёнными среди служителей Божьих.
Личные черты, которыми обладал Павел, сделали его полезным Богу. Без сомнения, он обладал библейским складом ума. Он был полностью пропитан Словом Божьим, которое мы сейчас называем Ветхим Заветом. Его могучий ум был постоянно погружён в еврейское Писание, усердно изучая предыдущие Божьи откровения о Себе и о Своей воле.
В Послании к Римлянам Павел, например, со знанием дела говорит об Аврааме. Он понимал взаимосвязь между благодатью и законом и между плотью и духом. Говоря об этих истинах, он использует труды Моисея, Осии, Исаии, Давида и других. В части закона он обнаруживает особое знание книг Бытие, Исход, Левит и Второзаконие. Он цитирует Иеремию и Малахию, упоминает Даниила. Он цитирует из Иоиль 2 и Наум 1, ссылается на 1-ю и 3-ю книги Царств и Иез 37. Его мысли и учение постоянно пересекаются с Ветхим Заветом, возможно, чаще всего с Исаией, пророчества которого он явно освоил.
Цитируя Ис 28:6, он провозглашает: «Как написано: „Вот, полагаю в Сионе камень преткновения и камень соблазна; но всякий, верующий в Него, не постыдится“» (Рим 9:33; ср. 10:11). Несколькими стихами ниже он цитирует Ис 52:7, говоря: «Как написано: „Как прекрасны ноги благовествующих мир, благовествующих благое!“» (10:15). В 11-й главе, ссылаясь на 3Цар 19:10, он задаёт риторический вопрос: «Или не знаете, что говорит Писание в повествовании об Илии?» (ст. 2). Ещё дважды в этой главе Павел обращается к Писанию без указания ссылки, чтобы усилить сказанное, в каждом случае предваряя цитату словами «как написано» (ст. 8, 26; ср. Втор 29:4; Пс 68:23−24; Ис 27:9; Ис 59:20−21). Повсюду в послании он обращается к авторитету Писания (напр., Рим 12:9; Рим 14:11; Рим 15:3).
Библейское мышление сочеталось в Павле с непоколебимой решимостью в служении. Будучи избиваем, он не прекращал служение, а попав в тюрьму, устраивал там евангелизационное служение (Деян 16:22−25). Когда его побивали камнями и бросали умирать, Бог поднимал его, и он продолжал свой путь (14:19−20). Когда во время продолжительной поздней проповеди Павла утомлённый слушатель упал из окна и умер, апостол вышел и воскресил его из мёртвых, а затем продолжил свою речь (20:9−12).
Павел исходил большую часть Римской империи его дней — от Иерусалима до Рима, от Кесарии до Филипп в Македонии. Он закладывал фундамент, без устали убеждённо провозглашая Евангелие около двадцати лет. Успокаивая и предупреждая пресвитеров из Ефеса, пришедших в Милит на встречу с ним, Павел говорил: «Дух Святой по всем городам свидетельствует, говоря, что узы и скорби ждут меня. Но я ни на что не взираю и не дорожу своей жизнью, только бы с радостью завершить мой путь и служение, которое я принял от Господа Иисуса, — проповедать Евангелие благодати Божьей» (Деян 20:23−24).
Он писал церкви в Коринфе: «Это необходимая обязанность моя, и горе мне, если не благовествую!» (1Кор 9:16). В следующем послании этой же церкви он написал:
Я гораздо больше был в трудах, безмерно в ранах, больше в темницах и многократно при смерти. От иудеев пять раз дано мне было по сорок ударов без одного; три раза меня били палками, однажды камнями побивали, три раза я терпел кораблекрушение, ночь и день пробыл в пучине морской; много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лжебратьями, в труде и в изнурении, часто в недосыпании, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе. Кроме всего прочего, у меня ежедневно стечение людей, забота обо всех церквах (2Кор 11:23−28).
Апостол испытал всё это и многое другое ещё до того, как написал Послание к Римлянам. Он увещал своего молодого ученика Тимофея: «Будь бдителен во всём, переноси скорби, совершай дело благовестника, исполняй служение твоё». А затем перешёл на себя: «Ибо я уже становлюсь жертвенным возлиянием, и время моего отшествия настало. Подвигом добрым я подвизался, поприще завершил, веру сохранил» (2Тим 4:5−7).
Будучи преданным истине и служению, он вместе с тем настолько понимал огромную, горячую Божью любовь, что она пропитывала всё, что он делал, говорил и писал. Нельзя понять великого апостола вне его глубокой любви к Богу, братьям-верующим и к неверующему человечеству, в особенности к соплеменникам-евреям. Он так любил Израиль, так сильно желал его спасения, что совершенно искренне мог сказать: «Я желал бы сам быть отлучённым от Христа за братьев моих, родных мне по плоти» (Рим 9:3).
Любовь Павла к братьям и сёстрам по духу в церкви проявляется во всём Послании к Римлянам. 16-я глава представляет собой перечень приветствий верующим, которые были особенно дороги апостолу, включая тех, кто служил ему и кому служил он.
Опираясь на богатый личный опыт и на Божье откровение, Павел говорил: «Любовь Божья излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам» (Рим 5:5). Он также провозгласил: «Кто отлучит нас от любви Божьей: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч?.. Всё это преодолеваем силой Возлюбившего нас» (Рим 8:35, 37). Как уже говорилось выше, в конце послания он увещает своих читателей: «Умоляю вас, братья, Господом нашим Иисусом Христом и любовью Духа подвизаться со мной в молитвах за меня к Богу» (15:30).
Как и должно каждому верующему, Павел был всецело подвластен Христовой любви (см. 2Кор 5:14). И по мере того, как он всё больше и больше понимал и испытывал Божью любовь, он всё больше и больше отвечал Ему любовью.
Однако Павел, прежде всего, жил и трудился во славу Бога. О Господе он писал: «Ибо всё из Него, Им и к Нему. Ему слава вовеки. Аминь» (Рим 11:36; ср. также 1Кор 10:31). Он убеждал своих читателей иметь такое же желание и цель: «Чтобы вы единодушно, едиными устами славили Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа» (15:6). Его великое стремление как особо избранного апостола язычников состояло в том, «чтобы славили Бога» (15:9). Заключительные слова 14-й главы Послания к Римлянам — это фактически посвящение «единому премудрому Богу», Которому «через Иисуса Христа, слава вовеки» (см. 14:26).
Дональд Грей Барнхауз заметил: «Павел никогда не мог забыть, из какой пропасти он был вытащен» (Man’s Ruin: Romans 1:1−32 [Grand Rapids: Eerdmans, 1952], p. 8). Он всегда давал реальную, скромную оценку своему труду и самому себе.
Павел был настолько предан Иисусу Христу, что мог с уверенностью и совершенным смирением сказать своим читателям: «Будьте подражателями мне, как я Христу» (1Кор 11:1; ср. 4:16), а также: «Подражайте, братья, мне» (Флп 3:17; ср. Деян 20:18−24; 2Фес 3:7−9).
Каждый проповедник, провозглашающий Евангелие, опирается на учение этого апостола. Написанные им тринадцать книг Нового Завета составляют наследие этого великого человека, вдохновлённого Святым Духом.
