6. Ответ Иова (Гл. 21)
21:1−22 Иов просит теперь послушать его очень внимательно. Его жалоба подразумевает в первую очередь вовсе не человека, хотя его бедственное положение должно вызывать человеческое сочувствие. Иов опровергает доводы утешителей посредством того верного наблюдения, что беззаконные зачастую во всех отношениях процветают и до самой смерти не знают страданий, даже если в их жизни вовсе не было места Богу. Часто ли, вопрошает Иов, грешники в своей жизни пожинают плоды своего беззакония? Часто ли вихрь уносит их, как солому?
Вы говорите, что Бог наказывает детей за грехи отцов. Нет! Пусть Бог карает самих грешников; пусть покажет, что делает это с ними за их грехи. Пусть грешники сами понесут наказание; пусть почувствуют гнев Вседержителя. Когда жизнь нечестивого кончается, так ли заботит его счастье его детей? Но человеку ли учить Бога, Который судит даже высших? (21:19−22 САВ).
21:23−24 Один человек умирает в покое, полный сил и в благополучии. Другой умирает в горестях и нищете. В смерти все равны. Если друзья Иова настаивают на том, что нечестивые всегда бывают наказаны еще в этой жизни, то он обратится к людям, много путешествовавшим, за подтверждением, что нечестивые, хотя и получают, может быть, воздаяние после смерти, очень часто проводят свои земные дни вполне счастливо. Никто их не осуждает и не карает, умирают они точно так же, как и все остальные. В качестве приберегаемой под конец парфянской стрелы Иов бросает упрек: «А вы! Пытались утешать меня без смысла. Лжив каждый ваш ответ!» (21:34 САВ).
Этими словами заканчивается второй круг бесед Иова с тремя его друзьями. Попытки «утешителей» убедить Иова в его греховности почти исчерпали себя; последнюю попытку они, за исключением Софара, предпримут в следующем круге речей.
Главная проблема книги Иова все еще не решена. Почему страдают праведные? Иов, однако, добился некоторого прогресса, и какие-то проблески света уже рассеивают мрак над загадкой его страданий.