39:1−8 Иову указано, что никто, кроме Бога, точно не знает ни сроков беременности, ни как протекают роды, ни какие инстинкты движут дикими горными козлами и ланями. Дикий осел (называемый также «онагром»), смеясь над стесненной городской жизнью и над упряжью, скитается на воле по пустыням и горным хребтам, выискивая любую зеленую поросль.
39:9−18 Дикий бык тоже отвергает работу на человека, не хочет пахать и тянуть воз. А что же страусы с их необычными крыльями? Иногда они ведут себя глупо, откладывая яйца прямо на песке, где они подвергаются опасности, и плохо заботясь о своих птенцах. Зато любой из них может обогнать всадника на скаковой лошади!
39:19−25 Далее Бог спрашивает Иова, он ли дал силу боевому коню и облек его шею громом (или гривою, НКИ). Величественное и бесстрашное, в неистовом нетерпении пожирающее расстояния, это гордое животное яростно мчится в гущу битвы, совершенно не боясь криков и труб, сверкания копий и дротиков.
39:26−30 Иов ли дал мудрость ястребу улетать на юг? И он ли научил орла парить в вышине и устраивать гнездо на высокой скале, издалека высматривать падаль и готовить птенцов к тому, чтобы они сами находили себе пищу?
39:31−32 Господь снова упрекает Иова за его дерзкие обвинения Вседержителю. Если Иов такой мудрый и могущественный, он, конечно, сумеет ответить на все заданные ему вопросы!
Б. Ответ Иова (39:33−35)
Господь спросил Иова, имеет ли тот право упрекать или поправлять Его, когда речь идет о провиденциальных путях Бога, если сам Иов так невежественен в тайнах творения. После этого Иов, занимая, наконец, свое подобающее место, говорит: «Вот, я ничтожен; что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои». Ошеломленный необъятным всеведением Господа, он решает больше ничего не говорить.