О как Владыка Господь во гневе Своем
навлек тень позора [1] на дочь Сиона!
Низверг Он красу Израиля
с небес на землю
и не вспомнил в день гнева Своего
подножие престола Своего.[2]
Поглотил Владыка без жалости
все жилища Иакова,
разрушил в ярости Своей
крепости дочери Иудиной,
осквернил и поверг ниц и всё царство,
и князей его.
В пылу гнева сокрушил Он
всю силу Израиля,[3]
убрал Свою защищающую руку
перед лицом врага.
Предал земли Иакова
всепожирающему огню.
Вот Он, как неприятель, натянул лук Свой;
тверда рука Его.[4]
Подобно врагу, уничтожил всё,
что радовало глаз.
Вспыхнула ярость Его огнем
и поглотила шатры дочерей Сиона.
Стал Владыка Господь
подобен неприятелю,
погубил он Израиль,
погубил чертоги его,
разрушил все крепости;
на плач и печаль обрек
дочь Иуды.
Разорил Он Шатер Свой, как сад,
место собрания Своего уничтожил.
Упразднил ГОСПОДЬ на Сионе
праздники и субботы.
В пылу гнева Своего отверг
и царя, и священника.
Отверг Владыка и жертвенник Свой,
отрекся от самого Святилища.
Предал в руки врагов
стены его крепостей.
Ликуют враги в Доме ГОСПОДНЕМ,
будто в праздник веселятся.
ГОСПОДЬ обрек на разрушенье стены Сиона,
мерным шнуром разметил гибельную черту [5]
и не пощадил Иерусалим,
от разорения не уберег.
По воле Его все валы и стены сокрушены,
и скорбь охватила их.
Ушли в землю ворота Иерусалима,
разбил Он и сломал засовы их.
Царь и князья его —
изгнанники среди чужих народов.
И нет там уже Закона,
и у пророков нет видений от ГОСПОДА.
Безмолвно сидят на земле
старцы Сиона-девы.
Посыпали они пеплом головы,
в рубище облачились.
И девы иерусалимские
низко головы склонили,
в землю устремлены их взоры.
Выплакал я все глаза свои,
всё горит у меня внутри.
Сердце мое замирает,[6]
когда вижу я гибель дочери народа моего,[7]
детей и младенцев на городских площадях,
изнемогающих от голода.
Матерей своих слезно просят дети:
«Дайте нам есть и пить».[8]
Падают они, обессилев, словно раненые,
и умирают на руках матерей своих
на городских площадях.
Что мне сказать тебе,
с чем сравнить тебя, дочь Иерусалима?
чему уподобить тебя,
чтобы утешить тебя, дева, дочь Сиона?
Ибо крушение твое, как море, глубоко.
Кто может исцелить тебя?
Предвещали тебе пророки твои
пустое и ложь;
на грехи твои не указывали,
не предотвратили плен твой.
Предсказания их были ложными,
потому и привели тебя к изгнанию.[9]
От удивления всплескивают руками прохожие,
присвистывают, качают головой
о дочери Иерусалима
и спрашивают:
«И этот город называли самым красивым,
радостью земли?»
Враги[10] твои, столица,
пасти свои разевают, свистят,
зубами скрежещут, говоря:
«Вот мы поглотили ее,
настал день, дождались мы его,
всё увидели сами …»
Свершил ГОСПОДЬ то, что задумал,
исполнил слово Свое,
которое изрек над Иерусалимом
в давние времена;
разрушил его без жалости,
позволил врагу злорадствовать
и неприятелям твоим восторжествовать.[11]
О стены дочери Сиона,
и вы рыдайте!
К Владыке Господу взывайте
всем сердцем своим!
Лейте ручьем слезы день и ночь!
Не умолкайте,[12]
пусть не высыхают очи[13] ваши.
Взывай к Богу среди ночи,
кричи в начале каждой стражи ночной;[14]
пусть слезами исходит сердце твое[15]
пред Владыкой Господом;
простирай к Нему руки свои в мольбе,
проси о детях своих,
о гибнущих от голода на всех перекрестках.
Воззри, ГОСПОДИ, посмотри,
на кого обрушил Ты Свой гнев?
Вот женщины поедают плод свой,
младенцев, вскормленных ими,
а священники и пророки
убиты в Святилище Владыки, Бога нашего.
Старики и дети мертвые
лежат прямо на улицах;
юноши и девушки пали от меча.
А ведь это Ты убивал их в день гнева Своего,
закалывал их без всякой жалости.
Со всех сторон Ты обрушил на меня ужасы,
будто на праздник созвал их,[16]
и в день гнева ГОСПОДНЯ
никто не спасся, не уцелел.
Тех, кого я вскормила и взрастила,
враг мой истребил.
