Библия » Толкование Мэтью Генри

Деяния 16 глава

После того как Варнава оставил Павла, мы теряем его из виду и нам уже ничего не удается узнать о его деяниях и страданиях за имя Христа, в чем в определенной мере повинен сам Варнава. Не так обстояло дело с Павлом, чье служение Христу как апостола, преданного братьями благодати Божьей, главным образом и описывается в этой главе. В ней нам предстоит сопровождать его во всех тех местах, где он побывал, творя добро: поливая или насаждая, начиная новое дело или доделывая уже начатое. В этой главе:

I. Павел знакомится с Тимофеем и берет его в свои помощники, ст. 1-3.

II. Навещает церкви с целью утвердить их, ст. 4, 5.

III. Будучи призван в Македонию (после запрета идти в другие места), прибывает в Филиппы, главный город Македонии, и как его там встречают, см. 6-13.

IV. Лидия обращается к Богу, ст. 14, 15.

V. Павел изгоняет беса из одной девицы, ст. 16-18.

VI. За это Павла и Силу осуждают и учиняют над ними расправу: апостолов заключают в темницу и подвергают унижениям, ст. 19-24.

VII. Темничный страж чудом обращается в веру Христову, ст. 25-34.

VIII. Воеводы с почтением освобождают Павла и Силу, ст. 35-40.

Стихи 1-5. Павел многим приходился духовным отцом, в каком качестве мы и находим его здесь по отношению к Тимофею. Павел также заботился о духовном возрастании многих людей, приобретенных для Христа через его служение. Во всем этом он показал себя мудрым и нежным отцом. Итак:

I. Павел знакомится с Тимофеем и берет его под свою опеку. Одна из задач книги Деяний – помочь нам понять послания Павла, два из которых адресованы Тимофею. Поэтому в рассказе о Павле необходимо было дать некоторые сведения о Тимофее. Вот почему здесь сообщается, что:

1. Тимофей был одним из учеников Христа. Крещен он был, по-видимому, еще в младенчестве, когда уверовала его мать, точно так, как были крещены все домашние Лидии, после того как она уверовала во Христа, ст. 15. Павел взял под свою опеку ученика Христа, Тимофея, чтобы в дальнейшем иметь возможность наставлять его в вере и познании Христа. Он взял на себя труд воспитать его ради Христа.

2. Мать Тимофея была по происхождению хотя и иудеянкой, но все же уверовавшей во Христа; звали ее Евника, а бабку – Лоида. Павел говорит об обеих женщинах с большим почтением, видя в них образцы выдающейся добродетели и благочестия, и в особенности он хвалит их за неподдельную веру (2Тим 1:5), за то, что они искренне избрали учение Христа и твердо держались его.

3. Отец Тимофея был греком, язычником. Брак между еврейской женщиной и мужчиной-язычником (хотя некоторые считали, что это не одно и то же) запрещался, равно как и брак между еврейским мужчиной и женщиной-язычницей, Втор 7:3. Данная Израилю заповедь гласила: ...дочери твоей не отдавай за сына его, и дочери его не бери за сына твоего. Однако, по всей видимости, этот запрет относился только к тем народам, которые проживали в Ханаане бок о бок с евреями и от которых исходила наибольшая опасность проникновения в народ Божий всякой заразы. Итак, Тимофей не был обрезан потому, что его отец был язычником, ибо наследование завета и его печать, как и всякое вообще наследование у евреев, передавались по отцовской, а не по материнской линии; так что отец Тимофея не был евреем и Тимофей не видел нужды в обрезании, да и права такого у него не могло быть до тех самых пор, пока он не пришел в возраст и не изъявил на то собственного желания.

Однако заметьте: хотя матери Тимофея и не удалось обрезать его в младенчестве, так как отец его был иного духа и шел иным путем, она все же воспитала сына в страхе Господнем, чтобы, нуждаясь в знамении завета, он не испытывал недостатка в самом завете, о котором это знамение возвещало.

4. Тимофей заслужил добрую славу среди христиан. О нем свидетельствовали братия, находившиеся в Листре и Иконии. У Тимофея было не просто доброе имя, и он не был замешан ни в чем предосудительном, но пользовался доброй славой. Его восторженно хвалили как необыкновенного юношу, от которого ждали великих дел. Не только уроженцы той местности, которая являлась отечеством Тимофея, но и жители окрестных городов восхищались им и говорили о нем с почтением. В кругу верующих Тимофей славился добрыми делами.

5. Павел пожелал взять Тимофея с собою как спутника и помощника, чтобы тот воспринимал его наставления и участвовал вместе с ним в деле благовестия, то есть мог проповедовать вместо него, когда это было необходимо, и оставаться в тех местах, где Павел насадил церкви. Павел очень любил Тимофея, причем не просто за то, что он был умным и весьма способным юношей, но за то еще, что он был серьезным юношей, исполненным благочестия и любви. Кроме этого Павел всегда воспоминал о слезах его, 2Тим 1:4.

6. Взяв его, Павел собственноручно обрезал его (или же поручил сделать это кому-то другому). Впрочем, это было странно. Разве не Павел что было сил противостоял тем, кто ратовал за обрезание обращенных из язычников? Разве ему не были известны решения Иерусалимского собора, свидетельствовавшие против обрезания? Все это было так, и все же он обрезал Тимофея, однако не для того, чтобы обязать его соблюдать обрядовый закон, на чем настаивали иудействующие учители, а только для того, чтобы сделать жизнь и служение Тимофея угодными и, насколько это было возможно, успешными среди иудеев, составлявших большинство населения тех географических областей. Павел знал, что Тимофей, превосходно наставленный в служении, по всей видимости, хорошо потрудится на благо иудеев, если те не будут внутренне предубеждены против него. Поэтому, чтобы иудеи не сторонились Тимофея как нечистого по причине его необрезания, Павел и обрезал его. Так, для Иудеев он стал как Иудей, чтобы приобрестъ Иудеев, и для всех сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых. Апостол выступал против тех, кто превращал обрезание в обязательное условие спасения, но прибегал к обрезанию сам, когда оно вело к назиданию, и не проявлял в противостоянии обрезанию того упрямства, которое проявляли те, кто на нем настаивал. Итак, хотя в данной ситуации Павел и уклонился от соблюдения буквы определения Иерусалимского собора, он все же поступил согласно его духу, который был духом трогательной и нежной любви к иудеям и духом желания постепенно освободить их от предрассудков. Павел без всяких колебаний взял в спутники и помощники Тимофея, пусть и необрезанного; но иудеи не стали бы слушать необрезанного Тимофея, поэтому Павел пожелал исполнить их прихоть. По всей видимости, обрезание Тимофея произошло одновременно с его рукоположением, через которое ему был передан дар Божий 2Тим 1:6.

II. Павел утверждает церкви, насажденные им прежде, ст. 4, 5. Он проходил по городам, где проповедовал слово Божие, как и планировал (гл 15:36), чтобы узнать обстоятельства их жизни и служения. Здесь мы читаем о том, что:

1. При этом верующим вручались постановления Иерусалимского собора, для того чтобы они руководствовались ими, знали, что отвечать иудействующим учителям, и отстаивали верность свободе, которую даровал им Христос. Постановления касались всех церковных общин, и потому о них нужно было довести до сведения все церковные общины. Хотя Павел и обрезал Тимофея по весьма конкретной причине, он все же не желал превращать этот случай в прецедент. Поэтому он и предавал определения церквам, чтобы они верно и с сознанием долга их соблюдали, так как церкви должны были жить по этим установлениям и не пренебрегать ими на основании одного, частного прецедента.

2. Утверждение церквей было крайне необходимым служением.

(1) Благодаря этому служению церкви утверждались верою, ст. 5. Они укреплялись, в частности, в своем убеждении касательно навязывания обрядового закона христианам, обращенным из язычников. Непомерная уверенность и пыл, с которыми иудействующие учители настаивали на необходимости обрезания, и внешне правдоподобные доводы, которые они приводили, производили на церкви сильное впечатление, так что последние стали проявлять нерешительность. Имея же свидетельство против обрезания, исходившее не только от апостолов и пресвитеров, но и от действующего в них Святого Духа, церкви утверждались в правильном понимании и уже не проявляли нерешительности в данном вопросе.

Примечание: хотя свидетельства истины и не могут убедить тех, кто ей противится, они все же могут с великой пользой утвердить и ободрить тех, кто в ней усомнился. И вообще, поскольку целью определений Иерусалимского собора было отклонение закона Моисеева и его обрядов, церкви благодаря этим постановлениям укреплялись в христианской вере и еще больше утверждались в том, что эти определения были от Бога, ведь они учреждали служение Богу в духе как более соответствующее сущности Бога и человека. Кроме того, благоухание духа нежной любви и снисхождения, исходящее от этих писем, ясно указывало на то, что апостолы действовали под водительством Того, Кто Сам является любовью.

(2) Церкви ежедневно увеличивались числом. Возложение иудействующими учителями бремени обрядового закона на своих же обращенных было достаточно, для того чтобы отпугнуть от них людей. Если бы люди захотели стать иудеями, то они бы уже давно это сделали, еще до того, как к ним пришли апостолы. Если же, по мнению людей, невозможно получить христианские преимущества, не преклонившись в то же время под иудейское ярмо, то в таком случае они желают остаться от всего этого в стороне. Увидев же, что никакой опасности обратиться в иудеев не существует, они готовы были принять христианство и присоединиться к Церкви. И так церкви ежедневно увеличивались числом, то есть не проходило и дня без того, чтобы какой-нибудь человек не обратился к Христу. Видеть такой численный рост радостно всем искренне желающим прославления Христа, благоденствия Церкви и человеческих душ.

Стихи 6-15. В этих стихах говорится о том, что: I. Везде в своих путешествиях Павел творил добро.

1. Павел и его сотрудник Сила прошли Фригию и Галатию, где, по всей видимости, Евангелие уже было проповедано, хотя в данном тексте и не сказано конкретно, кем это было сделано – Павлом или другим служителем. Однако, по-видимому, благовестием здесь занимался сам Павел, поскольку в своем Послании к Галатам он пишет о том, что именно он благовествовал им в первый раз и как его там принимали, Гал 4:13– 15. Как следует из текста Послания, иудействующие учители причиняли большой ущерб церквам в Галатии, настраивая верующих против Павла и отвращая их от Евангелия Христова, за что апостол строго выговаривал им. Однако те события происходили, возможно, значительно позже событий, описываемых здесь.

2. Они не были допущены проповедовать Евангелие в Асии (так правильно называлась эта земля), так как в этом не было такой нужды. Здесь трудились другие служители или же народ этой земли был пока еще не готов принять Благую весть так, как был готов впоследствии (гл 19:10), когда все жители Асии слышали проповедь о Господе. Или, как считает д-р Лайтфут (Dr. Lightfoot), Христос на этот раз послал Павла на новое служение – благовествовать в римской колонии Филиппы, ведь язычники, которым апостол благовествовал до сих пор, были греками. В то же время из всех язычников именно римлян евреи ненавидели больше всего, ведь римские армии являлись мерзостью запустения. Поэтому среди всех прочих чудес, связанных с призванием Павла на служение, именно это обстоятельство – когда апостол не был допущен благовествовать в Асии и других местах, а был направлен для благовестия в римскую колонию – указывает на то, что свет благовествования в дальнейшем должен был распространяться больше на запад, чем на восток. Именно Дух Святой не позволил Павлу и Силе проповедовать слово в Асии – не позволил то ли через откровения в духе того и другого, которые впоследствии, когда они обменялись впечатлениями, оказались совершенно одинаковыми, то ли через пророков, которые свидетельствовали им Духом Святым. Перемещение служителей с одного места на другое, а также распределение между ними средств благодати происходит при посредстве водительства и руководства свыше. Мы читаем о ветхозаветном пророке, которому Бог запретил проповедовать (Иез 3:26): «...и ты онемеешь...» Этим же новозаветным служителям Бог запрещает проповедовать слово в одном конкретном месте и направляет их в другое место, туда, где их присутствие является более значимым.

3. Они хотели отправиться в Вифинию, но были удержаны. ...Дух не допустил их, ст. 7. Они пришли в Мисию и, по всей видимости, благовествовали там. Несмотря на то что это была нищая, убогая земля (которая вошла даже в поговорку, см. у Цицерона: Mysorum ultimus презреннейший человек), апостолы не посчитали ниже своего достоинства посетить ее, уверенные в том, что они должны и мудрецам и невеждам, Рим 1:14. В Вифинии находился город Никей, где в свое время проходил первый вселенский собор, направленный против арианской ереси. В эти земли направлял свои послания апостол Петр (1Пет 1:1), и там же находились процветающие церкви. И, хотя Павел и бывшие с ним не благовествовали здесь в этот раз, они все же благовествовали здесь на обратном пути спустя какое-то время.

Заметьте: хотя они уже решились и настроились отправиться в Вифинию, тем не менее, чудом познав намерения Божьи, они подчинились тому, что было против их намерений. Мы и теперь еще должны подчиняться Божьему Промыслу и повиноваться водительству столпа облачного и огненного. И если он не благоприятствует нам сделать то, что мы намерены сделать, то мы в таких случаях должны уступать, полагая, что все происходящее с нами – к лучшему. Во многих древних манускриптах в этом месте сказано, что им не благоприятствовал Дух Иисуса Христа. Слугам Господа Иисуса всегда нужно находиться под наблюдением и водительством Духа Господа Иисуса, Которым Он управляет духом человека.

4. Они миновали Мисию или же прошли мимо нее (по мнению некоторых), сея доброе семя везде, куда ни проходили. И вот наконец они оказались в Троаде, городе Трое, о котором столько говорят и до сих пор, или же в местности, расположенной в окрестности Трои и носившей имя этого города. Здесь находилась поместная церковь, так как мы находим здесь действующую христианскую общину (гл 20:6,7), которая, по всей видимости, была образована недавно и за довольно короткое время. Кажется вполне очевидным, что именно в Троаде Лука, возлюбив Павла, присоединился к нему и бывшим с ним, ибо с того самого момента, говоря о дальнейших путешествиях Павла, Лука в большинстве случаев включает и себя в число сопровождавших его лиц: ...мы положили отправиться... (ст. 10).

II. Павел был необычным образом призван на служение в Македонию, то есть в город Филиппы, население которого составляли в основном римляне, ст. 21. Здесь мы читаем:

1. О видении Павла, ст. 9. Павел имел много видений, которые иногда его ободряли, а иногда, как было в этом случае, направляли его к определенным действиям. Ангел явился ему в видении и сказал, что по воле Христа ему надлежит отправиться в Македонию. Пусть он не унывает и не малодушествует по причине тех запретов, которые налагались на него уже не раз и перечеркивали все его планы, ибо если он не пойдет туда, куда отправиться было на сердце у него, то он пойдет туда, где усмотрел для него труд Бог. Итак, заметьте:

(1) Какая личность явилась в видении Павлу. Это был муж Македонянин, показавшийся Павлу таковым по облику или по наречию или же сам назвавшийся таковым. Этот Ангел, полагают одни, принял облик македонянина, или же, считают другие, образ этого человека запечатлелся в воображении Павла, то есть ему приснилось, что он видел этого человека. Христос хотел направить Павла в Македонию не так, как в иные времена направлял апостолов, то есть не через небесных ангелов, а через вестников из тех мест, куда надлежало идти, поскольку именно так Он желал в дальнейшем направлять побуждения Своих служителей, располагая сердца нуждающихся в их служении приглашать служителей к себе. Павел должен был быть призван в Македонию македонянином, а в его лице и всеми остальными жителями той страны. Некоторые высказываются в том смысле, что этот Ангел был ангелом-хранителем Македонии, полагая, что существуют ангелы, ответственные за положение дел в конкретных местах так же, как бывают ответственны люди, и что сильнейшим аргументом в пользу этого предположения является текст Дан 10:20, где говорится о князе Персидском и князе Греции, которыми, судя по всему, выступают ангелы. Однако полной уверенности в этом быть не может. Не ясно, предстал ли этот македонянин перед плотскими или духовными очами Павла. Ангел не должен был сам благовествовать македонянам: его задача заключалась в том, чтобы привести к ним Павла. Он также не должен был заставить его своей ангельской властью идти, ибо в образе македонянина он должен был только уговорить его отправиться в Македонию. Муж-македонянин это не правитель той страны, тем более не языческий жрец (Павел не привык получать приглашения от таковых), а обыкновенный житель, выдававший в себе неподкупную честность и основательность, простой человек, который пришел не подшутить над Павлом и не разыграть его, а обратиться за его помощью, будучи исполнен надежды и почтительности.

(2) Какое приглашение получил Павел. Этот честный македонянин просил его и говорил: приди в Македонию и помоги нам; то есть: «Приди и благовествуй нам. Дай и нам воспользоваться благодеяниями трудов твоих».

[1] «Ты многим помог; мы слышали о том и здесь, и в других местах, для которых ты оказался таким полезным. Так почему бы тебе не послужить и нам? О, приди и помоги нам». Те блага, которые приобретают от благовествования другие люди, должны и нас побуждать искать их.

[2] «Твое дело, твоя отрада есть помощь бедным душам. Ты – как врач для больных, обязанный являться на помощь по первому зову всякого из них. О, приди и помоги нам».

[3] «Мы нуждаемся в твоей помощи так же, как и все остальные. Мы здесь, в Македонии, такие же невежественные и бессмысленные в делах благочестия, как и все прочие народы земли. Мы так же поклоняемся идолам и так же порочны, как и все остальные, и так же искусны и усердны на пути, ведущем в погибель, как и все прочие люди. Поэтому приди, приди скорее и помоги нам. Если можешь, сжалься над нами и помоги нам».

[4] «Те немногие из нас, которые хоть что-то смыслят в небесных вопросах и хоть как-то пекутся о собственных душах и душах других людей, делают все посильное, имея в своем распоряжении только общее откровение о Боге; и я также внес свою лепту в это дело. Мы сделали все, что было в наших силах, стараясь убедить наших ближних бояться Бога и служить Ему, но многое нам не удается. О, приди, приди к нам и помоги нам. У твоего благовествования имеются доводы и силы, намного превосходящие наши».

[5] «Помоги нам не только своими молитвами: их недостаточно. Ты должен придти и помочь нам».

Примечание: люди весьма нуждаются в попечении о своих душах, и потому они должны искать душепопечительства и приглашать к себе тех, кто способен помочь им.

2. Об истолковании этого видения, ст. 10. Павел и бывшие с ним заключили, что этим призывал их Господь благовествовать там, и были готовы пойти туда, куда бы Он им ни указал.

Примечание: даже тогда, когда нас к каким-то действиям призывает человек, иногда можно сделать вывод о том, что нас через это призывает Сам Бог. Когда македонянин сказал: «Приди... и помоги нам», Павел на основании сказанного сделал вернейшее заключение о том, что это Бог сказал ему: «Пойди и помоги им». Служители с великой радостью и мужеством могут продолжать свои труды тогда, когда слышат призыв Христа не просто благовествовать, но благовествовать в конкретное время, в конкретном месте и конкретным людям.

III. Далее говорится о путешествии Павла в Македонию. Он не воспротивился небесному видению, а последовал данному ему указанию с большей радостью и с большим довольством, чем приступил бы к исполнению собственных замыслов и расчетов.

1. Мысли его обратились к той местности. Узнав Божьи намерения в этом деле (а ничего другого ему и не нужно было), Павел принимает твердое решение. Теперь он не думал уже ни об Асии, ни о Вифинии, поэтому он и бывшие с ним тотчас положили отправиться в Македонию. Видение было только одному Павлу, но он рассказал о нем своим спутникам, и все они при полном доверии к апостолу решили идти в Македонию. Если Павел последует за Христом, то и все бывшие с ним пойдут за Павлом, или, вернее, последуют за Христом вместе с Павлом. Они тут же взялись за приготовления к этой экспедиции.

Примечание: на призывы Божьи надо отвечать немедленно. Как неуместно ставить под сомнение наше послушание, так неуместно и медлить с нашим послушанием; не откладывай дела твоего в долгий ящик, чтобы сердце твое не ожесточилось.

Заметьте: Павел и бывшие с ним не могли отправиться в Македонию тотчас, но идти в Македонию они решают сразу же. Хотя нам и не всегда удается исполнять свой долг с должной живостью, мы все же можем прилагать к тому все свои старания, и это зачтется нам.

2. В ту местность Павел и направился. Они отправились из Троады морем, с первым попутным ветром, так как, узнав, что Бог призывает их в другое место, получили уверенность в том, что сделали в этом месте все, что должны были сделать. Совершая удачное плавание, они прибыли в Самофракию, а на другой день в Неаполь – город, находившийся на границе областей Фракии и Македонии, – оттуда же в Филиппы – город, названный в честь Филиппа, македонского царя и отца Александра Великого. О Филиппах сказано (ст. 12), что это был:

(1) Первый город в той части Македонии. По мнению некоторых, речь здесь идет о столице страны, первом городе, в котором оказались путешественники после отплытия из Троады. Как захватчики, совершающие высадку на берег с целью завладеть страной и установить господство над ее жителями, начинают с осады главного города, так и Павел и бывшие с ним начали со столицы, ибо если Евангелие будет принято там, то его затем легче будет распространить и на всю страну.

(2) И одновременно римская колония. Здесь был расквартирован римский гарнизон; кроме того, большая часть горожан состояла также из римских граждан, по крайней мере, их воеводы и правители были из числа таковых. В этом городе было множество людей разного толка, и потому в нем, вероятнее всего, находилось также и много тех, кто творил добро.

IV. Апостолов в Филиппах встретили довольно прохладно. Казалось бы, людей, таким чудесным образом призванных сюда Богом, должны были встретить с распростертыми объятьями, подобно тому как в свое время Корнилий встретил Петра, пришедшего к нему по зову Ангела. Но где же тот муж-македонянин, побудивший Павла незамедлительно отправиться в Македонию? Отчего он не побудил также и своих сограждан, по крайней мере, некоторых из них, устроить гостям достойную встречу? Почему Павлу не устроили торжественного приема с вручением ключей от города? Ничего подобного здесь не произошло, ибо:

1. Довольно долго на апостолов вообще никто не обращал никакого внимания. В этом городе мы пробыли несколько дней, возможно, в гостинице и на собственном содержании, поскольку ни у кого из них не было здесь друзей, которые могли бы пригласить их на ужин, до тех пор, пока не объявилась Лидия. Павел и бывшие с ним стремились как можно быстрее оказаться в этом городе, и вот они в нем, но их не оставляет мысль – не лучше ли им было оставаться на прежнем месте? Однако все это было устроено так именно с целью проверки, переживут ли они испытание молчанием и вынужденным бездельем, которое было им уготовано. Как трудно, нет, даже невозможно жить в этом мире выдающимся и полезным людям, которые не познали на собственном опыте, что значит быть пренебреженным и отверженным. И пусть не удивляются служители Божьи, когда их сначала настоятельно приглашают куда-либо, а после их прибытия начинают сторониться.

2. Когда же, наконец, Павлу и бывшим с ним представилась возможность благовествовать, они выступили с проповедью в уединенном месте, перед скромной и небольшой аудиторией, ст. 13. В этом городе, осмелюсь предположить, не было синагоги, двери которой были бы открыты для апостолов, а проповедовать посетителям языческих храмов они бы и сами не захотели. И все же, как следует осведомившись, они нашли здесь небольшое собрание богобоязненных женщин, прозелитов врат, которые были бы благодарны Павлу и бывшим с ним, если бы они прочитали им проповедь. Место проведения собраний находилось за городской чертой; за городом на это смотрели сквозь пальцы, хотя в самом городе, возможно, и преследовали за проведение таких собраний. Это было место, где по обыкновению молились (англ. текст. – Прим. переводчика.) – TipooEuxriv, или где был молитвенный дом (так считают некоторые), место для проведения богослужений, что-то вроде синагоги. Я же полагаю, что речь в этом тексте идет, как и написано в нем, о том месте, где люди молились, причем молились регулярно. Люди, чтящие живого Бога, не хотели служить идолам и собирались здесь для общей молитвы, чтобы по определению самого древнего и всеобщего богослужения призывать имя Господне. Каждая женщина молилась всякий день сама по себе: так у почитающих Бога было заведено издавна; но помимо этого они собирались еще и по субботним дням. И хотя этих женщин было немного и их не приветствовали в городе, хотя их собрания проходили за городской чертой и хотя, по всей видимости, на эти богослужения приходили только женщины, тем не менее собрания благочестивых верующих должны были проходить по субботам по возможности регулярно. Не получается желаемое – будем делать возможное; нет молитвенных домов – будем благодарны и за уединенные места, станем посещать их и не будем оставлять собрания своего, если этому ничто не препятствует. Это место, как сказано здесь, находилось возле реки и представлялось наиболее удобным для дружеского общения. Об идолопоклонниках сказано: в гладких камнях ручьев доля твоя... (Ис 57:6). Возможно, эти прозелиты врат не упускали из виду пророков, имевших видения при реках: один из них видел видение при реке Ховаре (Иез 1:1), а другой – на берегу большой реки Тигра, Дан 10:4. Сюда, на берег реки, пришли Павел, Сила и Лука и сели, желая наставить собрание и вместе со всеми помолиться. Они разговаривали с собравшимися там женщинами, побуждая их поступать согласно открытой им истине, и так повели их далее к познанию Христа.

V. Обращение Лидии, которая, судя по всему, была в этом городе первой из обращенных к Христу, хотя и не последней. Книга Деяний содержит в себе непреложные исторические факты обращения не только целых городов, но и множества отдельных лиц. И душа человека является для Бога настолько ценной, что духовное возрождение одной-единственной души есть для Него великое дело. В этой книге также встречаются описания не только сверхъестественного спасения, такого, как, например, спасение Павла, но и спасения, совершаемого при помощи обычных средств благодати, такого, как, например, спасение Лидии. Заметьте:

1. Кем была эта обращенная женщина, которой здесь уделено особое внимание. В отношении новообращенной сообщаются четыре факта:

(1) Звали ее Лидия. Какая это великая честь для Лидии, что ее имя было записано в книгу Божью, так что везде, где бы ни читались Писания, говорят в память о ней.

Примечание: имена святых драгоценны для Бога, пусть они будут драгоценны и для нас; нашим именам уже никогда не попасть на страницы Библии, но, когда Бог отверзает двери наших сердец, Он записывает наши имена в книге жизни, что само по себе лучше (Фил 4:3) и чему нужно радоваться несравненно больше, Лук 10:20.

(2) Род деятельности. Лидия торговала багряницей – то ли багряными красителями, то ли багряными одеждами или шелком. Заметьте:

[1] Лидию не назовешь праздной: у нее есть занятие, доброе занятие, о чем к ее чести упоминает историк. Она не из тех женщин, о которых апостол свидетельствовал (1Тим 5:13), что они, будучи праздны, бывают не только праздны и так далее.

[2] Однако род ее занятий относится к числу низких. Она торговала багряницей, но сама одежды из нее не носила. Вообще говоря, женщин, носящих багряницу, встречается мало. Сделанное здесь замечание автора относится к людям, занимающимся делами благочестия: пусть каждый честно занимается своим делом и не стыдится рода своей деятельности.

[3] И хотя Лидии приходится много суетиться и решать множество вопросов, связанных с торговлей, тем не менее она не устает служить Богу и находит время позаботиться о благе своей души. Ремесла, которыми мы занимаемся, живя в мире, прекрасно сочетаются с исповеданием нашей веры, поэтому ссылки на занятость делами не освобождают нас от участия в богослужениях, будь то дома или в местах общих собраний. Поэтому непростительно говорить: нам не до Бога, ведь у нас лавки, за которыми нужно постоянно присматривать, и торговля, о которой постоянно приходится думать. Но разве нет у нас Бога, Которому нужно служить, и души, которые требуют постоянного попечения? Вероисповедание ни в коей мере не отрывает нас от нашего дела, но направляет нас в нем. Всему свое время и место.

(3) Город, откуда была родом Лидия, назывался Фиатир. Он находился на значительном расстоянии от Филипп; в Фиатире Лидия родилась и воспитывалась, однако неизвестно, вышла ли она замуж в Филиппах или поселилась здесь потому, что того требовал род ее занятий. Промысел Божий, как всегда определяющий пределы нашему обитанию, временами изменяет внешние условия или места нашего жительства и чудесным образом содействует замыслам Божьей благодати, касающимся нашего спасения. Промысел Божий приводит Лидию в Филиппы, где она попадает под влияние Павла, и, будучи увлечена служением апостола, употребляет его себе во благо. Так точно и нам следует пользоваться во благо себе всякой доброй возможностью.

(4) Ее почтительное отношение к Господу открыло ее сердце.

[1] Она поклонялась Богу так, как была научена, и являлась одной из женщин, чтящих Бога. Иногда благодать Божья действует в сердцах тех, которые до своего обращения жили в страшном грехе и пороке, были мытарями и блудницами. И такими были некоторые из вас... (1Кор 6:11). Иногда же Провидение сосредоточивается на людях, имеющий добрый нрав, в которых находится нечто доброе, – на таких людях, какими, например, были евнух, Корнилий и в данном случае Лидия.

Примечание: мало быть истинным поклонником Бога, нужно быть еще и верующим во Христа Иисуса, ибо никто не приходит к Богу Отцу иначе, как только через Христа как Посредника. Однако все те, кто поклонялся Богу в меру своей духовной просвещенности, твердо верили в откровения Христа и Его благодать в отношении себя, ибо сказано, что вся кому имеющему дано будет. И таковые действительно принимали Христа всем сердцем, так как, зная, что значит служить Богу, они видят свою нужду во Христе и знают, как можно воспользоваться Его ходатайственным служением.

[2] Лидия слушала апостолов. Слово проповедали на том же самом месте, где обстоятельства благоприятствовали молитве, ведь слушание слова Божьего является частью любого богослужения. Ибо разве Бог станет слушать наши молитвы, если мы не станем слушать Его слово? Люди, поклонявшиеся Богу в меру своей духовной просвещенности, искали своего дальнейшего духовного просвещения; мы должны только приобретать от дня сего маловажного, но ни в коем случае не успокаиваться в нем.

2. Какое дело было совершено для нее. ...Господь отверз сердце ее... Здесь заметьте:

(1) Творец этого дела – Господь, Господь Христос, Которому отдан весь суд, – Дух Господень, освящающий нас.

Примечание: духовное возрождение человека является делом Божьим, именно Он производит в нас хотение и действие по Своему благоволению. Не то чтобы мы сами ничего не должны были делать: речь здесь идет о том, что без Божьей благодати мы не можем делать ничего; и не то чтобы Бог хотя бы на йоту был повинен в гибели погибающих: речь здесь идет о том, что спасение спасенных следует целиком приписывать одному только Богу.

(2) Место, где совершилось это дело. В ее сердце произошла перемена, в нем прежде всего произошло это благословенное изменение; обращение совершилось именно в сердце Лидии. Духовное возрождение происходит в сердце; обращение – это обновление сердца, обращение внутреннего человека, обращение духа человеческого ума.

(3) Природа этого дела. Господь не только коснулся сердца Лидии, но и отверз его. Душа необращенного человека запирается и защищается от Христа, подобно Иерихону, который заперся и был заперт от Иисуса Навина, Иис. Нав 6:1. Христос же, обращаясь к душе, стучит в запертую от Него дверь (Отк 3:20), и, когда грешный человек благоуспешно убеждается в необходимости принятия Христа, тогда сердце отверзается для Царя славы, разумение становится дверью, впускающей свет небесный, воля покоряется Божественному закону и чувства откликаются на любовь Божью. Когда таким образом сердце отверзается для Христа, ухо отворяется для Его слов, уста открываются для молитвы, рука протягивается для подаяния и шаги делаются шире для евангельского послушания во всем.

3. Каков был результат совершенного для нее дела.

(1) Лидия заинтересовалась словом Божьим. Сердце ее отверзлось, чтобы внимать тому, что говорил Павел. Она не просто пришла послушать проповеди апостола, но внимала ему. Она относила на свой счет (так понимают это место некоторые) то, что говорил Павел. Слово Божье творит в нас доброе дело и оказывает на нас свое неизменное влияние только в том случае, если мы сами прилагаем к нему свое сердце. Вот свидетельство того, что сердце Лидии отверзлось к уразумению Божьих истин, что является добрым плодом этого дела. Когда сердца людей открываются под действием Божьей благодати, это всегда проявляется в неустанном поиске людьми слова Божьего и их внимании к нему как ради имени Христа, Чьим словом оно является, так и ради самих людей, которым необходимо слышать его.

(2) Лидия полностью посвятила себя Иисусу Христу, приняв исповедание Его святой веры. Она крестилась и таким образом была причислена к ученикам Христа, членам Его Церкви. Вместе с ней крестились и все домашние ее, все те, кто принадлежал ей по праву, ибо если корень свят, то и ветви, – те, кто вырос на ее глазах, кто воспитывался ею и находился под ее властью. Она и все домашние ее были крещены по тому же уставу, по которому были обрезаны Авраам и все его домашние, ибо печать завета принадлежит владельцам завета и их наследникам.

(3) Она была очень доброжелательна к служителям и очень желала и в дальнейшем получать от них наставления о Царстве Божием. Она просила их, говоря: «Если вы признали меня верною Господу, если вы считаете меня искренней христианкой, то проявите доверие ко мне в следующем: войдите в дом мой и живите у меня». Лидия хотела воспользоваться возможностью:

[1] Засвидетельствовать свое почтение и благодарность людям, ставшим проводниками Божьей благодати в том благословенном обращении, которое она только что пережила. Сердце Лидии отверзлось для Христа, и двери дома ее отворились перед служащими имени Христа. Лидия приняла Его служителей со всяким радушием, на какое только была способна, считая себя недостойной принять в свой дом самих апостолов, обильные духовные дары которых она теперь пожинала. Более того, Лидия не просто пригласила их к себе в гости, но проявила в этом чрезвычайную настойчивость и неотступность: ...просила нас... Отсюда видно, что Павел не хотел принимать ее приглашение, чтобы не утруждать семьи новообращенных христиан и чтобы благовествовать о Христе безмездно (1Кор 9:18; Деян 20:34), чтобы у неимущих не было повода укорять за лукавство благовестников как людей, ищущих собственной выгоды, и чтобы не давать домашним Лидии повода жаловаться на издержки, связанные с проживанием апостолов. Однако Лидия не желала выслушивать возражения и заявила, что не поверит, что апостолы считают ее истинной христианкой, до тех пор, пока те не удовлетворят ее просьбу. Так точно и Авраам приглашал Ангела (Быт 18:3) словами: «...если я обрел благоволение пред очами Твоими, не пройди мимо раба Твоего».

[2] Получить дальнейшие наставления. Если бы ей удалось задержать апостолов у себя хотя бы на какое-то время, то она слушала бы их каждый день (Прит 8:34), а не только по субботам в собрании. Находясь с ними дома, она могла бы не только слушать их, но и задавать им вопросы; к тому же она могла бы молиться с ними изо дня в день и просить благословений на своих домашних. Люди, познавшие Христа, не могут не желать познать Его больше и рады любой возможности углубить свои познания Его Евангелия.

Стихи 16-24. Несмотря на то что Павел и бывшие с ним благовестники в течение какого-то времени были как бы погребенными в неизвестности в Филиппах, они теперь начинают привлекать к себе внимание окружающих.

I. Всеобщее внимание к апостолам привлекла одна служанка, одержимая духом прорицательным, когда объявила, что они рабы Божьи. Заметьте:

1. Рассказ об этой служанке. Эта служанка была одержима тем же прорицательным духом, что и та служительница, через которую говорил Аполлон из Дельф. Вдохновлял эту служанку бес, диктовавший ей двусмысленные ответы людям, которые искали ее совета, и тем самым угождавший их тщеславному желанию узнать свое будущее, и это несмотря на то, что ее предсказания часто не сбывались. Во времена невежества и идолослужения сатана, при Божьем попустительстве, порабощал себе таким образом души людей, и он действительно не мог бы заставлять людей так преклоняться перед ним, если бы его предсказания не притягивали к себе людей, ибо его лукавство и желание людей обманываться способствовали расширению его владычества как бога века сего. Эта служанка чрез прорицание доставляла большой доход господам своим: многие шли к этой чародейке, желая найти грабителей, отыскать пропажу, но больше всего люди желали узнать свое будущее. Никто не приходил к ней с пустыми руками: награда за прорицания зависела от положения в обществе людей, обращавшихся к ней с вопросами, и от значимости самих задаваемых вопросов. По всей видимости, в то время немало людей обращалось к гадалкам, ворожеям и чародеям, но эта служанка, наверное, приобрела себе славу большую, чем другие, потому что если остальные гадатели доставляли своим господам обыкновенный доход, то эта служанка доставляла большой доход господам своим, так как ее советов искали чаще, чем советов других.

2. Свидетельство этой служанки об апостолах. Она встретилась им на улице, когда апостолы шли в собрание помолиться или же совершить там молитвенный труд, ст. 16. Апостолы шли в молитвенный дом, ни от кого не скрываясь; каждый встречный знал, куда они идут и что собираются делать. И если то, что делала эта служанка, должно было отвлечь апостолов от их дела, возмутить их дух или воспрепятствовать их труду, то посмотрите, что придумывает враг душ человеческих, отвлекая нас от исповедания нашей веры, как он стремится рассердить нас, вывести нас из себя именно в тот момент, когда мы должны быть предельно собранны и сдержанны. Встретив апостолов, служанка последовала за ними с криками: «Сии человеки, какими бы жалкими и презренными они ни казались, суть великие люди, ведь они рабы Бога Всевышнего. Они суть те, которые должны стать для нас весьма желанными, ведь они возвещают нам путь спасения, то есть спасение, в котором заключается наше будущее блаженство, и путь к нему, который есть наша святость».

(1) Итак, это свидетельство истинно. Столь емкий панегирик, обращенный к верным проповедникам Евангелия, делает ноги благовествующих прекрасными, Рим 10:15. Хотя они и люди, подобные нам, и глиняные сосуды, тем не менее служанка говорит:

[1] «Они суть рабы Бога Всевышнего. Они внимают Ему, Он же употребляет их в Своих целях. Они благоговеют перед Его славой как Его рабы. Они пришли к нам по Его поручению, и их весть является вестью от Бога, так как они служат делу Его Царства. Боги которым мы, язычники, служим, суть творения низшие а потому они не суть боги. Эти же люди принадлежат Богу Всевышнему. Они принадлежат Богу, Который превыше всех людей и всех богов. Они принадлежат Богу, Который сотворил всех и Которому все мы подотчетны. Они суть Его рабы, и наш долг состоит в том, чтобы почитать их и слушать их ради их Господина. И нам не поздоровится, если мы будем чинить им козни».

[2] «Они возвещают нам путь спасения». Даже язычники имеют определенное понятие о плачевном и жалком состоянии рода человеческого, о нужде людей в спасении, которое они пытались и прежде каким-то образом гарантировать себе. «И вот, – говорит эта служанка, эти мужи говорят нам, что мы тщетно ищем спасения в суеверном и напрасном общении со своими жрецами и оракулами».

Примечание: Бог в Евангелии Своего Сына дал ясное указание пути спасения и объявил, как следует поступать, чтобы спастись от той пагубы, на которую мы сами себя обрекли своим грехом.

(2) Однако как могло такое свидетельство исходить из уст служанки, одержимой бесом прорицания? Неужели сатана разделился в самом себе и стал бороться с самим собой? Может ли бес восхвалять тех, кто пришел унизить его? Упомянутый факт можно истолковать либо:

[1] Как свидетельство беса прорицания, исторгнутое силой Божьей к славе благовестия. Вот так же вынужденно бес говорил о Христе (Map 1:24): «...знаю Тебя, кто Ты, Святый Божий». Иногда враг воздает должное истине и, свидетельствуя против себя, величает истину. Посредством свидетельства этой служанки сатаны Христос хотел навлечь осуждение на тех филиппийцев, которые пренебрегали апостолами и гнали их. Хотя благовестие и не нуждается в таких свидетельствах, тем не менее то обстоятельство, что служанка, которую считали пророчицей, объявила апостолов рабами Бога Всевышнего, могло послужить укреплению их авторитета в глазах общества. Либо:

[2] Как коварство злого духа, этого хитрого древнего змея, желавшего опорочить благовестие. Полагают, что эта служанка хотела приобрести больше доверия себе и своим пророчествам, а своим господам обеспечить больше доходов (поэтому она и решила показать, что действует в интересах апостолов, слава которых, по ее мнению, ширилась все больше) или же что она просто заискивала перед Павлом, боясь, как бы он не разлучил ее с ее духом. Полагают также, что сатана, могущий представать в образе ангела света и говорить нечто в собственных интересах, хотел таким образом обесчестить апостолов (как будто пророков Бога можно было поставить в один ряд с прорицателями сатаны только потому, что последние свидетельствовали о первых), чтобы народ начал относиться к апостолам точно так же, как привык относиться к прорицателям. Несомненно, те, кто был готов принять учение апостолов относились к гаданиям и прорицаниям отрицательно, отчего свидетельство из уст чародейки могло только настроить их против благовестия; что же касается тех, кто почитал гадателей и чародеев, то сатана не сомневался в таких людях.

II. Всеобщее внимание к апостолам привлек Христос, когда дал им силу для изгнания беса из этой служанки. Это она делала много дней (ст. 18), но Павел как бы не слышал ее, допуская, что она могла исполнять повеление свыше, чтобы послужить Его делу своим свидетельством о Его служителях. Однако, рассудив, что такое свидетельство только вредит их делу, он вскоре заставил ее замолчать, изгнав из нее беса.

1. Павел вознегодовал. Его беспокоило то, что служительница сатаны превратилась в орудие обмана, а также то, что ее прорицания оказывали на людей определенное действие. Он возмутился, потому что святая правда подвергалась осквернению и благие слова исходили из поганых уст со злым умыслом. Возможно, служанка выкрикивала все это насмешливым и непристойным тоном, издеваясь над притязаниями апостолов и высмеивая их, подобно людям, гнавшим Христа с похвалой на устах: «Радуйся, Царь Иудейский!». Так что Павел правильно сделал, что вознегодовал, и так на его месте поступил бы всякий искренний христианин, заслышав лицемерное и насмешливое издевательство над истиной.

2. Павел повелел духу выйти из нее. Он обратился со святым негодованием, разгневавшись как на лесть, так и на злословие нечистого духа, и сказал духу: именем Иисуса Христа повелеваю тебе выйти из нее. Этим Павел хотел показать, что сии человеки действительно суть рабы Бога живого и могут подтвердить это на деле и что они не нуждаются в ее свидетельстве: ее молчание способно засвидетельствовать об этой истине больше, чем ее крики. Так Павел демонстрирует путь спасения: он возвещает его, сокрушая власть сатаны и заключая его, дабы не прельщал народы, Отк 20:3. Действия апостола показывают, что спасение можно обрести лишь во имя Иисуса Христа, ибо только Его именем и ничьим иным изгоняется ныне сатана. Великим благословением для Палестины было то, что Христос Своим словом изгонял из людей бесов, которые пугали их и досаждали им, чтобы никто не смел проходить тем путем, Мф 8:28. На долю же Македонии выпало больше благословений, ибо Павел именем Христа изгоняет беса из той, которая обманывала народ, пользуясь его легковерием. Слово Христа действовало с силой, перед которой не мог устоять сатана, и потому он оставлял свои владения, несмотря на то что здесь находилась одна из его твердынь. И дух вышел в тот же час.

III. Всеобщее внимание к апостолам привлекли господа служанки, из которой был изгнан бес, призвавшие их за это к ответственности перед городскими воеводами. Благовестники не имели бы никакой возможности засвидетельствовать им, если бы не были представлены им как злодеи. Здесь заметьте:

1. Когда эта служанка пришла в себя, тогда господа ее, видя, что исчезла надежда дохода их (ст. 19), пришли в ярость. Посмотрите: корень всех зол есть сребролюбие! Если благовестие пускает по миру серебряных дел мастеров (гл 19:24), то тем более гадателей и чародеев. Поэтому, когда сатанинская сила обмана была сокрушена, раздался страшный вопль: жрецы возненавидели Евангелие за то, что оно отвращало народ от пустого служения немым идолам и лишало самих жрецов дохода. Сила Христа, проявившаяся в очищении женщины от злого духа, и многие милости, явленные ей через освобождение от власти сатаны, не произвели на ее господ никакого положительного действия, как только они поняли, что произошедшее с их служанкой стало причиной потери ими своего дохода.

2. Подстрекнув высшие власти, господа этой служанки решили расправиться с апостолами. Они схватили Павла и Силу, занятых своим делом, и с великим гневом и яростью повлекли на площадь, где отправлялось общественное правосудие.

(1) Их доставили к начальникам, тамошним мировым судьям, duumviri, чтобы расправиться с ними руками правосудия.

(2) От начальников их поспешно привели к воеводам, преторам, или городским правителям, тоТд атратпуод – армейским должностным лицам (таково значение этого греческого словосочетания, хотя оно нередко употребляется также и в отношении судей или главных начальников); именно к ним господа служанки обратились с жалобой на апостолов.

3. Апостолов обвинили в том, что они наводят беду на эту землю, ст. 20. Каких-то особых доказательств того, что они иудеи, то есть евреи, которые в то время считались мерзостью для римлян, как в свое время, задолго до этих событий, и для египтян, не потребовалось. Как жаль, что дело апостолов назвали позорным потому, что апостолы были евреями, хотя именно евреи были жесточайшими гонителями апостолов!

(1) Основное обвинение, предъявленное апостолам, состояло в том, что они возмущают город, сеют раздор и нарушают общественный порядок, устраивают бесчинства и народные волнения, что было истинным и справедливым не более, чем характеристика, данная Ахавом Илии (3Цар 18:17): «Ты ли это, смущающий Израиля?» Однако если они и возмущали город, то возмущали его так, как Ангел Божий возмущал воду в Вифезде, чтобы исцелять чудесным образом, то есть апостолы возмущали его в целях благоустроения. Итак, здесь поднимается голос против тех, кто побуждал ленивцев преодолеть свою лень.

(2) Основанием этого обвинения служило то, что апостолы учили обычаям, недопустимым в римской колонии, ст.21. Римляне всегда с особой ревностью относились к религиозным нововведениям. Всеми правдами и неправдами они оставались верными отеческим преданиям, какими бы тщетными они ни были. Без санкции сената чтить чужеземных или новомодных божеств было нельзя; их богами должны были быть боги их отечества, а истинные они или ложные – это уже было дело второе. Таким был один из Законов двенадцати таблиц (Lex Duodecim Tabularum – первый по времени свод законов древнего Рима, изданный в 451-450 г.г. до н.э. – Прим. переводчика.). Переменил ли какой народ богов своих?.. Апостолы раздражали римлян тем, что учили вере, губительной для многобожия и идолослужения, тем, что призывали людей обратиться от ложных богов к Богу живому. Римляне не могли это перенести. «Если так пойдет и дальше, – говорили они, – то уже очень скоро мы останемся без своей религии».

IV. Всеобщее внимание к апостолам привлекли также и воеводы, когда дело дошло до них.

1. Поощряя гонение, воеводы подняли против апостолов народ, ст. 22. Народ также восстал на них и был готов разорвать их на части. Вот в чем состояла сатанинская выдумка – сделать служителей и народ Божий ненавистными в глазах черни, выставив их опасными людьми, вознамерившимися покончить с основным законом Римской империи и изменить преданию отцов, хотя такие обвинения не имели под собой никаких оснований.

2. Приступая к наказанию, воеводы выставили апостолов гнуснейшими злодеями. С гневом и яростью воеводы сорвали с них одежды (не ожидая, пока те сами разденутся), чтобы подвергнуть их избиению прутьями. Именно этот эпизод и упоминает апостол в одном из своих посланий, когда пишет, что они прежде пострадали и были поруганы в Филиппах, 1Фес 2:2. Воеводы приказали ликторам или же судебным посыльным (которые были приставлены к преторам и носили при себе прутья для наказания) выпороть апостолов как бродяг. Этот эпизод – один из трех случаев, когда Павла приговаривали по римскому обычаю к страшному избиению, которое, в отличие от предусмотренного иудейским законом наказания сорока ударами без одного, не имело такого гуманного ограничения ударов. Здесь написано, что апостолам было дано много ударов (ст. 23), без счету, так как благовестники уже в самом начале показались язычникам обезображенными, Втор 25:3. Можно было бы подумать, что такое наказание должно было бы насытить жестокость римлян и что апостолов после окончания этой экзекуции, несомненно, должны были бы освободить. Никак нет. Их заключили в тюрьму для того, по всей видимости, чтобы пытать и приговорить к смерти, иначе зачем для предотвращения их побега нужно было принимать такие меры предосторожности?

(1) Режим заключения был определен судьями как очень строгий. Они приказали темничному стражу крепко стеречь их, зорко наблюдать за ними, как если бы они были наиопаснейшими из людей, способными вырваться из темницы либо самостоятельно, либо при помощи единомышленников, которые постараются освободить их. Таким образом, апостолов хотели представить гнусными преступниками, чтобы тем самым оправдать то унижение, которому их только что подвергли.

(2) Не менее сурово поступил с ними и темничный страж, ст. 24. Получив такое приказание, он ввергнул их во внутреннюю темницу, хотя вполне мог обеспечить достаточную охрану узников и во внешней темнице. Темничный страж хорошо понимал, что воеводы, сильно негодовавшие на этих людей, были склонны поступить с ними самым суровым образом. Поэтому, желая снискать их расположение, он постарался применить против апостолов всю свою власть, какой только был наделен. Если предельно жестоки сами воеводы, то стоит ли уповать на милость их подчиненных? Он ввергнул их во внутреннюю темницу, в подземелье, куда заключали особо опасных преступников, где было темно даже в полдень, где было влажно и холодно, грязно и, судя по всему, мерзко во всех отношениях. В такую же темницу в свое время был ввергнут Иеремия, Иер 38:6. Мало того, темничный страж даже и ноги их забил в колоду. Будучи, возможно, наслышан о побеге проповедников Евангелия из темницы, когда двери сами собой отворились (гл 5:19; 12:10), он хотел быть умнее иных темничных стражей, почему для большей сохранности своих узников и забил ноги благовестников в колоду. Апостолы были отнюдь не первыми из числа Божьих глашатаев, чьи ноги забивали в колоду: то же самое сделали и Иеремии и так же публично, когда посадили его в колоду, которая была у верхних ворот Вениаминовых (Иер 20:2); Иосифу стеснили оковами ноги его, Пс 114:18. Так что, мучения, которые рабы Божьи терпели в прежние времена, они терпят и в наше время! Свидетельство тому «Книга мучеников», повествующая о страданиях мучеников в царствование королевы Марии.

Стихи 25-34. Из этого отрывка мы узнаем о том, как были сорваны злые намерения гонителей Павла и Силы.

I. Гонители хотели привести благовестников в уныние и лишить их мужества, сделать так, чтобы дело Божье стало им не под силу, и таким образом отвратить их от него. Однако здесь мы видим, что апостолы были все так же бодры духом и воодушевлены.

1. Апостолы держались бодро, на удивление бодро. Эта темница никогда прежде не видела таких поистине радостных и незлобивых заключенных (которые оставались таковыми, несмотря на жесточайшее обращение с ними стражей), как эти. Рассмотрим нынешнее положение апостолов. Перед римскими преторами несли пучки прутьев, перевязанные ремнями, с воткнутыми в них топориками фасции и секиры. От избиения этими прутьями апостолы испытывали резкую, жгучую боль, ибо на хребтах их орали оратаи, проводили длинные борозды свои. Множество глубоких ран, оставленных на телах апостолов, сильно болели, так что они, по-видимому, стенали от боли и воспаления кожи, содранной на спине и плечах. Но это было еще не все, ведь затем они должны были ожидать секиры. Их Господа вначале избили, а затем уже распяли; то же самое могло случиться и с ними. Между тем апостолов держали во внутренней темнице, причем их ноги находились в колодах (считается, что колоды не только удерживали, но и сдавливали ноги, отчего те сильно болели). И все же около полуночи, когда апостолам, казалось бы, следовало приложить все старания к тому, чтобы заснуть, Павел и Сила, молясь, воспевали Бога.

(1) Они вместе молились и просили у Бога поддержки и утешения в их стесненном положении, чтобы Он посетил их в темнице, как Иосифа, и пребывал с ними. Они просили умножить их утешения во Христе, как умножились их страдания ради Него. Они просили употребить в деле благовестия даже их кости и кожу, разодранную прутьями и заставлявшую их теперь так стенать. Они просили за своих гонителей, чтобы Бог простил их и спас их души. Происходило же все это не в урочный молитвенный час, а в полночь, и не в молитвенном доме, а в темнице. Однако молиться уместно всегда и везде, вот почему их молитва была угодна Богу! Из тьмы и глубины бед нам дано взывать к Богу. Когда наше сердце возносится к Богу, тогда уже перестает быть важным то, в каком месте и в какое время мы молимся. Вместе мы страдаем, вместе мы и молимся. Злостраждет ли кто из вас? пусть молится. Никакие переживания, какими бы мучительными она ни были, не должны отвращать нас от молитвы.

(2) Молясь, они воспевали Бога. Они хвалили и славили Бога, ведь Бога нужно благодарить за все. Поводов хвалить и славить Бога у нас всегда предостаточно, если предостаточно благодарности в наших сердцах. Да и что может помешать детям Божьим воспевать Бога, если подземные темницы и ножные колоды не могут воспрепятствовать им славить Его? Апостолы славили Бога за то, что Он удостоил их чести пострадать за имя Его, и так чудесно поддержал их, и помог им в мучениях, и дал им испытать великую сладость и силу Своих утешений. Более того, они не только славили Бога, но и воспевали Его псалмами, гимнами, или духовными песнопениями, сочиненными либо Давидом, либо их современниками, либо самими апостолами, как Дух давал им провещевать. Страдающим христианам следует непрестанно молиться, поэтому апостолы, находясь в страданиях, молились. Радующимся христианам следует воспевать псалмы (Иак 5:13), поэтому апостолы, радуясь в страданиях, веселясь, как должно ради Бога, воспевали псалмы. Это значит, что пение псалмов является евангельской заповедью, которая должна соблюдаться всеми верными христианами, причем соблюдение этой заповеди должно не только выражать их радость в день триумфа, но смягчать и облегчать их скорби в день смятения. Была полночь, но несмотря на это апостолы воспевали псалмы по примеру сладчайшего псалмопевца Израиля (Пс 118:62): В полночь вставал славословить Тебя...

(3) Здесь наше внимание обращается на то, что узники слушали их. Узники не слышали их молитв, однако слышали, как они распевали псалмы.

[1] Из прочитанного становится ясно, с каким сердцем они славословили Бога. Они пели так громко, что, даже звучавшее под землей, их пение было слышно по всей темнице; более того, от их пения проснулись все узники: к полуночи, надо полагать, все они уже спали. Псалмы нужно воспевать от всего сердца. Святые призваны громко и радостно воспевать на ложах своих, Пс 119:5. Однако евангельская благодать и здесь не останавливается, показывая пример пения апостолов в темнице, причем в ножных колодах.

[2] Апостолы понимали, что узники услышат их пение, но все равно пели громко, потому что не стыдились ни своего Господа, ни того, что они являются Его служителями. Зачем христиане, которым должно воспевать Бога во время общей семейной молитвы, оправдывают свое пренебрежение этой заповедью тем, что их могут услышать соседи, когда безбожники, страшными голосами выкрикивающие богохульства, никого и никогда не стесняются?

[3] Узники были вынуждены слушать темничные псалмы Павла и Силы и, когда отворились все двери темницы, с готовностью восприняли это чудесное зрелище, явленное им ради Павла и Силы. Посредством этого чудесного утешения, которым все они были утешены, было засвидетельствовано о том, что Тот, Которого проповедуют апостолы, есть утешение Израилево. Да услышат и вострепещут все узники, думающие и дальше противиться Ему, и да услышат и восторжествуют все верные Его, и да утешатся тем, что написано надеющимся на Господа пленникам, Зах 9:12.

2. Бог ободрил Своих служителей чудесным знамением, ст. 26.

(1) Неожиданно произошло великое землетрясение. Насколько сильным оно было, нам не сообщается, однако для того места оно было достаточно сильным, для того чтобы поколебалось основание темницы. Узники, возможно, смеялись и насмехались над Павлом и Силой, внимая их полуночному богослужению, когда приблизилось их потрясение, которое должно было заставить их уверовать в то, что эти люди являются любимцами неба и на них призирает Бог. Мы знаем, что молитва известных нам праведников уже однажды была услышана, в знак чего тогда поколебался молитвенный дом, гл 4:31. Здесь же поколебалась темница. В этих землетрясениях была явлена сила Господа, для того чтобы показать людям Его негодование в ответ на оскорбления, нанесенные Его служителям, и указать тем, чья вера зиждется на земле, на немощь и неустойчивость всего того, на что они надеются, и научить народ тому, чтобы, хотя бы и потряслась земля, он не убоялся.

(2) Двери темницы отворились, и колоды спали с ног узников. ...И у всех узы ослабели. Возможно, слыша молитвы и песнопения Павла и Силы, все узники изумились, начали прославлять апостолов и говорить по существу то же самое, что говорила о них известная нам служанка: «Воистину, сии человеки – рабы Бога Всевышнего». Для того чтобы узники утвердились в своем высоком мнении об апостолах, все они стали свидетелями и участниками этого чуда, и вот у всех узы ослабели. Как впоследствии Господь даровал Павлу всех плывущих с ним (гл 27:24), так и ныне Он даровал ему всех заключенных с ним в темницу. Таким образом, пишет Гроций (Grotius), Бог подал всем узникам удостоверение того, что благовестники Евангелия являются благословением для человечества, так как они проповедуют пленным освобождение и узникам – открытые темницы, Ис 61:1. Et per eos solvi animorum vincula – И так они как бы ослабили узы душ.

II. Противники хотели остановить победное шествие Евангелия, так чтобы уже никто не принял его. Они надеялись разогнать собрание христиан на берегу реки, так чтобы уже никто не открывал своего сердца перед Богом. Но вот даже и в темнице к Богу обращаются новые души. Здесь мы видим начатки побед, одержанных Господом, и то, как темничный страж, сам являющийся служителем гонителей христиан, становится служителем Христа. По всей видимости, к Богу обратились некоторые из узников, если не все вообще. Поистине, чудо, сотворенное над их телами в тот момент, когда были расторгнуты их узы, совершилось также и над их сердцами. См. Иов 36:8-10; Пс 116:14-15.

1. Темничный страж пришел в ужас, боясь поплатиться за побег узников своей жизнью, но Павел успокаивает его, ст. 27, 28.

(1) Страж пробудился. Разбудили его, по всей видимости, шум, произошедший от сотрясения земли и от открытия запоров темничных дверей, а также крики радости и восторга узников, которые вдруг в темноте обнаружили, что их узы ослабели, и призывали друг друга засвидетельствовать о том, что ощущает каждый из них. Этого было достаточно, для того чтобы разбудить человека, чей служебный долг требовал неустанного бдения. Пробуждение темничного стража символизирует пробуждение от духовного сна его совести. Евангелие призывает: «Встань, спящий» (Еф 5:14), «встань, как Иона» (Иона 1:6).

(2) Увидев двери темницы распахнутыми, страж предположил (и это вполне естественно в его ситуации), что узники разбежались; но что теперь будет с ним? Ведь он знал жестокий римский закон, по которому не так давно были осуждены стражники, поставленные стеречь Петра и упустившие его, гл 12:19. Нечто подобное произошло и в случае с пророком, которому было сказано: «Стереги этого человека; если его не станет, то твоя душа будет за его душу...» (3Цар 20:39,42). Римские юристы после этого случая в своей трактовке закона De custodia reorum – Об охране преступников (стража подвергается тому же наказанию, к которому приговорен сбежавший по ее вине преступник) старательно исключали чудо как возможное объяснение факта побега заключенных.

(3) В страхе он извлек меч, чтобы умертвить себя и таким образом избежать ожидавшей его более ужасной участи, то есть казни, одновременно помпезной и постыдной, казни, которой он, несомненно, заслуживал как виновный в побеге узников как не следивший за ними лучше. И то обстоятельство, что воеводы приказали ему особо строго стеречь Павла и Силу, заставляло его думать, что они поступят с ним весьма жестоко в том случае, если апостолы совершат побег из темницы. Философы обыкновенно допускали самоубийство. Сенека прописывал самоубийство в качестве последнего средства, к которому может прибегнуть скорбящий. Стоики и доныне, вопреки претенциозным заявлениям об обуздании страстей, прибегают к этому «целебному» средству. Эпикурейцы, предающиеся чувственным удовольствиям, предпочитают во избежание страданий заканчивать жизнь самоубийством. Этот темничный страж не видел никакого греха в насильственном приближении своей смерти. Вера же Христова удостоверяет свое происхождение от Бога тем, что заставляет соблюдать закон творения: она возрождает человека, дает ему силу и утверждает его на Божьих путях, обязывает человека бережно относиться к своей душе и наставляет его мужественно, во имя собственного же блага, хранить ее от гибели.

(4) Павел удержал темничного стража от самоубийства, ст. 28. Он возгласил громким голосом, не только для того, чтобы тот услышал его, но и для того, чтобы привлечь его внимание, говоря: «Не повреди себе; не делай себе никакого зла». Все наставления слова Божьего, направленные против греха, против проявлений греха всякого рода и против всяких подступов к греху, исполнены одного и того же смысла: «Не делай себе никакого зла. Мужчина, женщина, не вредите себе, не губите себя, не делайте себе никакого зла, и тогда никто не навредит вам. Не грешите, ибо ничто кроме греха не может причинить вам вред». Что же касается тела, то нас предостерегают от грехов, причиняющих вред телу, и наставляют не иметь ненависти к своей плоти, но питать и греть ее. Пусть темничный страж не боится отвечать за побег узников, ибо все они здесь. Удивительно, как так получилось, что из той разношерстной компании действительно никто не воспользовался представившейся возможностью для побега, и это после того, как чудесным образом были ослаблены колоды и отворены двери. Узников удержало от побега охватившее их чувство изумления, и, понимая, что свобод, они получили по молитвам Павла и Силы, они не желали никуда уходить до тех пор, пока их не побудили покинуть темницу. Бог и здесь явил Свою силу, с такой же легкостью связав дух каждого узника, с какой освободил их от уз.

2. Темничный страж пришел в ужас, боясь потерять и душу, но Павел успокаивает его и здесь. За одной заботой последовала другая, гораздо более серьезная: ему помешали свести счеты с жизнью, и это заставило его думать о том (если проследить за ходом его мыслей), куда бы привела его смерть и что случилось бы с ним по ту сторону смерти. Весьма уместно было подумать об этом человеку, который был только что исторгнут из огня, словно головня, и уже одной ногой стоял во рву погибели. По всей видимости, пробудиться ему помог весь ужас греха, который он готов был совершить.

(1) Как бы то ни было, но в итоге сердце темничного стража пришло в сильное смущение. Дух Божий, посланный для того, чтобы утешать (что полностью соответствует природе Утешителя), вызывает в его душе ужас и выводит его из состояния апатии. Здесь не сказано, пытался ли он затворить отворившиеся темничные двери. Возможно, он и забыл сделать это, как та самарянка, которая под действием сказанных ей слов Христа пришла к осознанию своей греховности и оставила водонос свой, позабыв о колодце. Во всяком случае, страж потребовал огня, вбежал во внутреннюю темницу и в трепете припал к Павлу и Силе. Грешники предстают перед Ним, осознают всю свою нечистоту и уже не могут не приходить в ужас и потрясение, вдруг обнаружив всю свою нищету и опасность своего положения. Темничный страж, ужаснувшись и затрепетав, припадает не к кому-нибудь, а конкретно к Павлу, ведь так однажды случилось и в жизни самого апостола. В свое время он тоже, подобно этому темничному стражу, гнал добрых людей, заключая их в темницу. Павел влек христиан в темницу, а этот темничный страж охранял их. Когда же, подобно этому стражу, Павел осознал свой грех, тогда он пришел в страх и ужас объял его. Вот почему, помня об этом, апостол мог с особым чувством беседовать с темничным стражем.

(2) В этом смущении темничный страж припал к Павлу и Силе, желая получить облегчение. Заметьте:

[1] С каким благоговением и почтительностью он обратился к ним. Так как свет в темницу не проникал, он потребовал огня, чтобы все увидели, в каком он был ужасе, и в трепете припал к апостолам, пораженный тем, каким плохим представилось ему его нынешнее состояние, и готовый сокрушиться под тяжестью охватившего его ужаса. Он припал к ногам апостолов, потому что трепетал в духе перед ними, и перед образом Божьим в них, и перед тем что им поручил Бог. Возможно, он слышал, как та самая служанка говорила об апостолах как о рабах Бога Всевышнего, которые возвещали путь спасения, и потому теперь темничный страж выражал свое преклонение перед ними именно как перед рабами Бога. Он упал перед апостолами на колени и, подобно кающемуся грешнику, начал умолять их пощадить его за причиненные им обиды. Подобно молящемуся, он также попросил их наставить его в том, что ему теперь делать. Страж обратился к апостолам, почтительно назвав их государями, kuvrioi – господами. До этого момента они были мошенниками и негодяями, а он – их господином; теперь же они были государями, господами, теперь Павел и Сила были для него повелителями. Возрождающая благодать делает человеческий язык языком верных христиан и служителей. О, как прекрасны для обличенных в грехе ноги тех, кто благовествует им Христа, пусть даже ноги этих униженных благовестников и забиты в колоду.

[2] Насколько серьезным был вопрос темничного стража. ... Что мне делать, чтобы спастись?

Во-первых, отныне вопрос личного спасения стал для него вопросом первостепенной важности, взволновавшим его так, как никогда прежде. Он спрашивает апостолов о том, что ему делать, не для того, чтобы превзойти в чем-то других, стать богатым и великим в этом мире. Нет, вместо этого он спрашивает: «...что мне делать, чтобы спастись?»

Во-вторых, он не спрашивает апостолов о том, что должны делать другие люди. Он ревнует о себе: «Что я должен делать?» Он печется только о своей дорогой душе: «Пусть другие угождают себе, как им угодно. Ты же мне скажи, что следует сделать мне, как должен поступить я».

В-третьих, он считает, что обязательно должен что-то сделать, употребить какие-то личные усилия для того, чтобы обрести спасение. Спасение же не есть нечто само собой разумеющееся, оно не приходит само собой, поэтому для того, чтобы спастись, необходимо подвизаться, вступать в бой и принимать страдания. Он не спрашивает: «Что теперь со мной будет?», но: «Что мне делать, чтобы со страхом и трепетом совершить свое спасение?». Павел говорит об этом в своем послании к церкви в Филиппах, членом которой этот темничный страж впоследствии стал. Возможно, апостол принял тогда во внимание его трепетную просьбу в той ситуации и потому объявил, что нужно не только просить о спасении (как тот и поступил), но и совершать свое спасение в святом трепете, Фил 2:12.

В-четвертых, он выражает готовность сделать все, что от него потребуется. «Скажите, что я должен сделать, и я сделаю. Государи, укажите мне любой путь, только бы он был прямым и верным, и, хотя бы он был тернистым, узким и крутым, я все равно последую этим путем!»

Примечание: раз и навсегда осудившие свой грех и подлинно ревнующие о своем спасении безоговорочно сдаются на милость победителя, Иисуса Христа, и предоставляют Ему полную свободу действий, и рады уверовать во Христа на Его условиях; Христос для таких душ становится выше всяких условий.

В-пятых, он живо интересуется тем, что ему теперь делать, и жаждет узнать, как ему теперь следует поступить, поэтому он задает свой вопрос именно тем людям, которые, по его мнению, могли дать на него исчерпывающий ответ. Если вы настоятельно спрашиваете, то обратитесь, и приходите, Ис 21:12. Обращающим свои лица к Сиону следует спрашивать о пути туда, Пер 50:5. Поскольку сами мы не сможем отыскать этот путь, Бог открыл нам его в Своем слове, поставил Своих служителей для того, чтобы помогать нам исследовать Писания, и пообещал дать Духа Святого просящим у Него для того, чтобы Он направлял нас на этом пути спасения.

В-шестых, он вывел их вон, чтобы они услышали его вопрос и ответили на него уже на воле, а не в темнице, где их беседа была бы принужденной, и чтобы они имели возможность наставить его, хотя он и являлся их темничным стражем, в такой же свободе духа, в какой они прежде наставляли других людей. Он выводит их из темницы в надежде, что они в свою очередь выведут его из другой, намного худшей, темницы.

(3) Апостолы с великой готовностью наставили его в том, что он теперь должен был делать, cт. 31. Они были всегда готовы ответить на подобные вопросы. Продрогшие, израненные и сонные, апостолы не стали медлить с этим делом, назначать стражу более удобное время и место и приглашать его прийти к ним в следующую субботу на место их собраний у реки, чтобы уже там и тогда рассказать ему обо всем. Но как железо куют, пока оно горячо, так и Павел с Силой взялись за дело тотчас же, пока дух темничного стража находился в добром расположении и его сердце горело добрым огнем. Теперь, когда Бог брался за дело, апостолы должны были быть Его споспешниками. Павел и Сила не выговаривают стражу за грубое и жестокое обращение с ними, за то, что он превысил свои полномочия; все было прощено и забыто, и теперь они рады указать ему, как своему лучшему другу, путь спасения. Они не торжествуют победу над ним, хотя он и в трепете, а указывают ему наравне с другими путь спасения: «Веруй в Господа Иисуса Христа...» Можно было бы подумать, что им следовало бы сказать ему: «Прежде всего, покайся в том, что ты плохо обращался с нами». Нет, они на это не смотрят и легко отвергают все ради его веры во Христа. Вот для служителей пример того, как нужно обнадеживать кающихся грешников, как надо помогать приходящим к Христу людям и как следует брать их за руку, не тяготясь желанием отомстить им за все то зло, которое они им причинили, а ища славы Христовой больше, нежели своей собственной. Вот суть всего Евангелия, благодать завета, изложенная всего в нескольких словах: Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой. Здесь:

[1] Обещано блаженство. «Спасешься ты; ты не просто спасешься от вечной смерти, но и обретешь вечную жизнь и благословение. Ты человек бедный, тюремщик или надзиратель, скромный и низкого звания в этом мире, но разве это может быть преградой на пути к твоему спасению? И, хотя ты являешься великим грешником и гонителем праведников, Бог во имя Христа прощает тебе все твои преступления. Твое окаменевшее сердце оживет и насладится благодатью Христа, и тогда ты не умрешь для вечности по причине твоего преступления и от твоей болезни».

[2] Требуется исполнить только одно условие. Веруй в Господа Иисуса Христа. Мы должны принять то свидетельство, которое Бог дал в Евангелии о Своем Сыне, и согласиться с тем, что оно верно и всякого принятия достойно. Мы должны принять то, что Бог примиряет Себя с этим миром через Посредника, и уверовать во Христа, закланного вместо нас, и предать Ему себя, для того чтобы держаться Его, и учиться у Него, и спасаться Им. Таков единственный и верный путь спасения. Иного пути спасения, кроме Христа, нет, и спастись Христом, не веруя в Него, невозможно. Человек, вставший на этот путь, уже никогда не заблудится, ибо только этот путь к спасению определил Бог, и верен Обещавший. Такова Благая весть, которая должна быть возвещена всякому творению: кто будет веровать, спасен будет.

[3] Благая весть распространяется и на все семейство темничного стража. ...Спасешься ты и весь дом твой. Другими словами, «Бог во Христе станет Богом твоим и твоего потомства, как однажды стал Богом Авраама. Веруй, и придет спасение дому твоему» (см. Лук 19:9). «Те из твоих домашних, которые еще пребывают в младенческом возрасте, вместе с тобой причислятся к зримой Церкви и пойдут путем спасения. Те же из твоих домашних, которые уже выросли, обретут средства к спасению и, сколько бы их ни было, если они уверуют в Иисуса Христа, будут спасены. Все они приглашаются к Христу на тех же самых условиях».

(4) Они еще и еще наставляли темничного стража и его домашних в учении Христа, ст. 32. И проповедали слово Господне ему и всем, бывшим в доме его. Темничный страж, смею предположить, был ранее совершенно чужд Христу, поэтому для того, чтобы он уверовал, ему надлежало рассказать об Иисусе, Иоан 9:36. Так как суть Благой вести можно изложить всего в нескольких словах, апостолы в скором времени уже достаточно хорошо наставили темничного стража, для того чтобы на законном основании крестить его. Служители Христа должны быть всегда во всеоружии слова Божьего, чтобы самим жить им и уметь наставлять и увещевать любого пожелавшего услышать и принять это слово, для того чтобы последовать его указаниям. Апостолы обратились со словом не только к темничному стражу, но и ко всем, бывшим в доме его. Глава дома должен заботиться о каждом из своих подопечных, чтобы все они на равных правах пользовались средствами познания и благодати и чтобы им возвещалось слово Господне, так как душа и последнего из его рабов так же драгоценна для Господа, как и душа самого господина, ибо за все души Бог заплатил одну и ту же цену.

(5) Темничный страж и его домашние немедленно крестились и таким образом приняли христианство, покорились его законам и получили его привилегии, и все это после того, как торжественно заявили, как тот евнух, о своей вере в то, что Иисус Христос есть Сын Божий. Темничный страж немедленно крестился сам и все домашние его. Ни самому стражу, ни его домашним не потребовалось время, для того чтобы решить для себя вопрос стоит ли им налагать на себя узы крещения; также Павел и Сила не установили сроков для испытания их искренности, чтобы решить для себя вопрос их крещения. Дух благодати потрудился в их сердцах и внезапно обратил их в такую твердую веру, что всякое прекословие было исключено. Павел и Сила узнали от Духа, что это Бог потрудился в сердцах новообращенных, поэтому у них не было причин для сомнений и колебаний. Однако этот эпизод совершенно не оправдывает такой стремительности в решении вопроса крещения в обычных случаях.

(6) После этого темничный страж стал относиться к Павлу и Силе с особым почтением, потому что он не знал, как расплатиться с ними за то зло, которое он причинил им, и тем более за то добро, которое он получил через них. Взяв их в тот час ночи, так как он ни одну лишнюю минуту не желал оставлять их во внутренней темнице, он:

[1] Омыл их раны, чтобы снять воспаление и облегчить боли, смыть следы крови, оставшиеся после избиений. Вполне вероятно, что он омыл их раны целительным бальзамом и помог этим израненным людям, как тот добрый самарянин, возливая масло и вино.

[2] И, приведши их в дом свой, он радушно принял их в лучшей комнате своего дома и приготовил для них лучшие постели. Он не знал, чем еще угодить им, как не знал накануне чем еще навредить им.

[3] Он предложил им трапезу, наилучшую из тех, которые могли быть предложены в его доме. Этим он показывал, как его душа приветствовала Благую весть. Они проповедали ему слово Божье и преломили для него и его домашних хлеб жизни. Он же, пожав столь обильно от посеянного ими духовного, вполне законно заключил, что им следовало пожать от его телесного, 1Кор 9:11. Разве мы не для того владеем домами и столами, чтобы ими служить Господу и Его народу?

(7) Из дома темничного стража доносился шум голосов, радующихся обретенному спасению. Таких ночей, исполненных истинного ликования, в нем еще никогда не было. Страж возрадовался со всем домом своим, что уверовал в Бога. Никто в доме темничного стража не отказался от крещения, так что никто не нарушил общей гармонии. Наоборот, все проявили единодушие в том, чтобы принять Евангелие, и это умножило их радость. Или же это место можно истолковать еще и так: он, уверовав в Бога, праздновал со всем домом своим – navoiKEi, радуясь, обходил темничный страж все помещения своего дома. Заметьте:

[1] Вера темничного стража во Христа названа здесь верой в Бога, из чего следует, что Христос – это Бог и что Его Евангелие не только не уводит нас от Бога, как сказано: Пойдем вслед богов иных... (Втор 13:2), но и, прежде всего, ведет нас к живому Богу.

[2] Вера темничного стража вызвала в нем ликование. Кто верой отдает себя вместе со своими домашними Богу во Христе, тот воистину может радоваться. После обращения евнух продолжил свой путь, радуясь; возрадовался и темничный страж. Обращение народов в Ветхом Завете характеризуется как радостное событие, Пс 66:5; 95:11. Ибо, веруя в Него, мы радуемся радостью неизреченною и преславною. Веровать во Христа – значит радоваться во Христе.

[3] Он демонстрировал свою радость всем и каждому. От избытка сердечной радости уста темничного стража славили Бога и воодушевляли всех уверовавших в Него. Вкусившие утешений веры должны делать все посильное, для того чтобы их вкусили также и их ближние. Один ликующий христианин должен заставлять ликовать многих.

Стихи 35-40. В этом отрывке рассказывается о том, как: I. Был получен приказ об освобождении Павла и Силы, ст. 35, 36.

1. Приказ об освобождении Павла и Силы издали воеводы, которые без всяких на то оснований наказали апостолов днем ранее. Этот приказ посту пил, едва настал день, во свидетельство либо того, что воеводы восприняли ужасное землетрясение, произошедшее в полночь, как знамение в пользу узников, либо того что совесть мучила их за их отношение к узникам и не давала им покоя. Пока узники в оковах славили и воспевали Бога, их гонители метались в постелях, душевно страдали и жаловались на свою истерзанную совесть больше, чем узники – на свои истерзанные спины, отчего и приказали освободить апостолов прежде, чем те успели потребовать своего освобождения. Ныне Бог возбуждал к Своим рабам сострадание во всех, пленявших их, Пс 115:46. Воеводы послали городских служителей, ραβδουχοςb> – ликторов, носивших фасции, жезлоносцев в процессии, помощников преторов, исполнивших приговор воевод, вынесенный апостолам, со словами о том, что им теперь можно идти, и просили их извинить их. Ликторам было приказано отпустить тех людей. Воеводы, по всей видимости, имели желание погубить апостолов, однако Бог обратил их сердца и гнев во славу Свою так, что и остаток его Он укротил, Пс 75:11.

2. Этот приказ апостолам объявил темничный страж, ст. 36. Воеводы прислали отпустить вас... Некоторые высказывают предположение, что темничный страж своевременно оповестил воевод о случившемся в его доме прошедшей ночью, почему и получил приказ об освобождении узников. ...Итак выйдите теперь и идите с миром. Так темничный страж расставался не только со своими гостями, но и со своими узниками. Двери его дома были открыты для них, теперь же он с радостью освободил их из темницы. Бог Своей благодатью без труда обратил бы к Себе и воевод, как обратил темничного стража, так что и они тоже уверовали бы и были бы крещены, однако Бог избирает бедных мира, Иак 2:5.

II. Павел обвинил воевод в нарушении их прав как граждан Римской империи, ст. 37. Павел заявил городским служителям: «Нас, Римских граждан, без суда всенародно били и бросили в темницу, поправ законы и правосудие, а теперь тайно выпускают, полагая таким образом компенсировать нанесенные нам обиды? Нет, пусть придут и сами выведут нас, пусть они публично признаются в том, что поступили с нами несправедливо». По всей видимости, до воевод дошла информация о том, что эти двое людей имеют римское гражданство, так что они поняли, что в своей ярости вышли за установленные законом рамки; именно это и заставило воевод приказать городским служителям отпустить узников. Итак, заметьте:

1. Павел не заявлял о своем римском гражданстве до наказания, несмотря на то что подобное заявление, весьма вероятно, предотвратило бы его наказание: апостол не хотел, чтобы о нем думали, что он страшится страданий за веру, которую проповедует. Марк Туллий Цицерон в одной из своих речей, обращенных против Верреса, говорит, что некто Ганий, которого Веррес приказал побить палками в Сицилии, будучи избиваем, все время напоминал о своих гражданских правах, восклицая: Civis Romanus sum – Я римский гражданин. Не так поступил Павел: его утешение в беде было превосходнейшим.

2. Однако Павел все же заявил о своем римском гражданстве после наказания, чтобы вследствие этого прославилось то дело, во имя которого он и принял эти страдания, и чтобы мир узнал, что благовестники – это не те презренные люди, за которых их обычно принимают, и что они достойны лучшего с собой обращения. Апостол повел себя с воеводами таким образом, чтобы они смягчились в отношении христиан, живущих в Филиппах, и после этого случая лучше с ними обращались. И для того, чтобы в сердцах людей сложилось доброе мнение о вере Христовой, они должны были убедиться в том, что у Павла имелась прекрасная возможность отомстить воеводам, ведь он мог возбудить против них дело и призвать их к ответу, но он, тем не менее, не воспользовался этой возможностью, что должно было послужить к большей славе того доброго имени, которым он назывался. Итак:

(1) Павел дает понять воеводам, как легко он и Сила могли бы защититься и что сам Павел достаточно грамотен юридически, для того чтобы это сделать.

[1] Воеводы били римских граждан. Существует мнение (правда, не все с ним согласны), что Сила, также как и Павел, был римским гражданином. Павел был римским гражданином, а Сила был с ним. Как lex Procia, так и lex Sempronia (Гай Семп-роний Тудиан, римский историк II в. до Р. Хр., автор Libri magistratum Магистрата, произведения, посвященного вопросам управления и др. – Прим. переводчика.) совершенно четко запрещают liberum corpus Romani civis, virgis aut aliis verberibus caedi – свободное тело римских граждан подвергать избиению прутьями или иным образом. Римские историки приводят перечень городов, лишенных привилегий за нанесение оскорблений римским гражданам. И далее мы увидим, что Павел однажды избрал такую защиту, гл 22:25,26. Бесполезно было говорить воеводам, что они побили посланников Божьих и любимцев Неба; указать же им на то, что они опозорили римских граждан, – значило привести их в ужас: как это похоже на поведение тех, кто страшится гнева императора больше, чем гнева Божьего. Кто оскорбляет римского гражданина, аристократа, титулованное лицо, пусть даже по неведению, по ошибке, тот должен не оправдываться, а покориться и лишь восклицать: Peccavi – Виноват. Но кто гонит христиан только за то, что они следуют за Христом, тот проявляет упорство, думая, что может делать все это безнаказанно, хотя Бог сказал, что касающийся их касается зеницы Его ока, и хотя Сам Христос предупредил об опасности соблазнить одного из малых сих.

[2] Воеводы били апостолов без суда, indicta causa – без беспристрастного слушания, не проведя тщательного расследования всего, что было возведено на них, да к тому же лишив их права защищаться. Основополагающий принцип правосудия гласит: Causa cognita possunt multi absolvi, incognita nemo condemnari potest – Выслушав, можно оправдать многих; судить же, не выслушав, нельзя никого. Служители Христа не подверглись бы такому наказанию, если бы сами они и их дело стали предметом беспристрастного судебного разбирательства.

[3] Обстоятельством, отягощавшим вину воевод, было то, что они творили беззаконие на виду у всех, открыто, всенародно. Таким образом, чем больше они бесчестили мучеников за веру, тем больше оснований было у служителей прибегнуть к защите со стороны правосудия и закона.

[4] Они бросили апостолов в темницу по собственному произволу, на основании своего собственного устного определения, не предъявив им никакого обвинения.

[5] Затем они тайно выпускали их; им не хватило ни дерзости, чтобы упорствовать в своем беззаконии в отношении апостолов, ни честности, чтобы сознаться в своем жестоком обращении с ними.

(2) Павел настаивает на том, что воеводы должны признать свою вину, притом всенародно, и, воздавая тем самым должное, оправдать благовестников так же открыто как совсем недавно обесчестили их, что сделало их наказание тем более постыдным: «Пусть придут и сами выведут нас, и засвидетельствуют, что мы не сделали ничего плохого, за что нас можно было бы избить прутьями и забить в ножные колоды». Не честь с такой твердостью отстаивал здесь Павел, а справедливость, и не столько в отношении себя, сколько в отношении дела Божьего: «Пусть они сами явятся сюда и положат конец народному брожению, признав, что мы отнюдь не являемся возмутителями города».

III. Воеводы исполнили требование Павла и оправдали его и Силу, ст. 38, 39.

1. Они ужаснулись, когда услышали, что Павел – римский гражданин (хотя, возможно, они знали об этом и раньше). Воеводы испугались того, что у Павла найдутся друзья, которые непременно донесут властям о содеянном ими беззаконии, и тогда их ждут большие неприятности. Гонители часто преступают даже гражданский закон, бывая нередко бесчеловечными, поступая противно естественному закону, но, впрочем, всегда оставаясь падшими, греховными, противящимися закону Божьему.

2. Воеводы, пришедши, извинились пред ними, однако не ради торжества закона, а ради сокрытия беззакония и ради того, чтобы апостолы никому ничего не говорили. Воеводы вывели их из темницы, понимая, что заключили апостолов несправедливо, и отпустили их, для того чтобы они тихо и мирно удалились из города. Так фараон и рабы его, бросившие вызов Богу и Моисею, явились к Моисею и, кланяясь ему, говорили: «Выйди ты и весь народ...» (Исх 11:8). Бог может посрамить врагов Своего народа за их ненависть и злобу, затаенные против него, Ис 26:11. Иерусалим время от времени становился тяжелым камнем для народов, пытавшихся поднять его, так как эти самые народы очень хотели низложить его, Зах 12:3. Тем не менее, если бы покаяние воевод было искренним, они не просили бы апостолов уйти из города (похожим образом и народ Гадаринской окрестности просил Христа удалиться из их пределов), а старались бы уговорить их остаться в нем, чтобы апостолы указали им путь спасения. Многие люди из числа тех, кто еще не утвердился в необходимости принять веру Христову, убеждены в том, что преследовать христиан нельзя или, по крайней мере, нельзя преследовать людей за то, что они принимают христианство. Такие люди принужденно воздают хвалу Христу и Его служителям, поклоняются пред ногами их и познают, что Он возлюбил их (Отк 3:9), но все же при этом они не идут дальше, ибо не желают проявить к Христу непритворного внимания и унаследовать Его любовь.

IV. Павел и Сила отправились из Филипп, ст. 40. Они вышли из темницы только тогда, когда честь и достоинство их были законным образом защищены, и не раньше, хотя они и были наказаны незаконно, а затем:

1. Апостолы распрощались с друзьями. Они пришли к Лидии, где, судя по всему, собирались ученики, для того чтобы молиться о них, и увиделись с братиями или же посетили их дома, каждого в отдельности (что не должно было занять много времени, так как христиан-филиппийцев было тогда еще немного), и поучали их, рассказывая им (как сказано в одном из греческих комментариев) о том, что Бог сотворил с ними и как призрел на них в темнице. Они убеждали их неуклонно держаться Христа и исповедания своего упования, несмотря ни на какие трудности, ожидавшие их в будущем, и заверяли их в том, что все в итоге послужит им во благо, благо вечное. Новообращенных христиан необходимо особо ободрять, ибо радость пред Господом будет во многом подкреплением для них.

2. Апостолы покинули Филиппы. ...И отправились. Мне, впрочем, непонятно, почему они так поступили. Отпущенные из темницы на свободу с таким почетом, они теперь, несомненно, могли продолжить свой труд в этом городе в условиях меньшей опасности от властей, по крайней мере, в течение какого-то времени. Однако, как я думаю, они отправились из этого города, исполняя повеление своего Учителя (Map 1:38): «Пойдем в ближние селения и города, чтобы Мне и там проповедовать, ибо Я для того пришел». Павел и Сила пришли в Филиппы, сердцем откликнувшись на чудесный зов; между тем, придя сюда, они не увидели обильного плода от своих трудов в этом городе и потому вскоре покинули эту местность. И все же они не напрасно провели здесь время, и если вначале здесь было .мало, то впоследствии будет весьма много. Ныне апостолы заложили фундамент церкви в Филиппах, которой суждено было стать знаменитой, иметь собственных епископов и диаконов а также рядовых членов, проявивших к Павлу особое великодушие, что видно из Послания Павла к Филиппийцам, гл 1:1; 4:15. Поэтому пусть проповедники не падают духом, когда не находят скороспелых начатков от своих трудов на ниве благовестия; семя, посеянное на пашне, кажется вначале погребенным под глыбами земли, но в свое время оно непременно взойдет, и тогда взору предстанет прекрасная нива.

Нашли ошибку в тексте? Выделите её и нажмите: Ctrl + Enter

Толкование Мэтью Генри на Деяния апостолов, 16 глава

Обратите внимание. Номера стихов – это ссылки, ведущие на раздел со сравнением переводов, параллельными ссылками, текстами с номерами Стронга. Попробуйте, возможно вы будете приятно удивлены.


2007-2020, сделано с любовью для любящих и ищущих Бога. Если у вас есть вопросы или пожелания, то пишите: bible-man@mail.ru.