Библия › сравнение
Деяния, 25
Деяния, 25 глава
Перевод Библии Десницкого + Библия. Синодальный перевод
Прибыв в свою провинцию, Фест через три дня отправился из Кесарии в Иерусалим.
Фест, прибыв в область, через три дня отправился из Кесарии в Иерусалим.
Там к нему явились первосвященники и предводители иудеев с жалобой на Павла и настойчиво его
Тогда первосвященник и знатнейшие из Иудеев явились к нему с жалобою на Павла и убеждали его,
просили, чтобы он явил свою милость и вызвал Павла в Иерусалим (они сговорились устроить засаду и убить его на дороге).
прося, чтобы он сделал милость, вызвал его в Иерусалим; и злоумышляли убить его на дороге.
Но Фест им ответил, что Павел содержится в Кесарии, куда он вскоре отправится сам.
Но Фест отвечал, что Павел содержится в Кесарии под стражею и что он сам скоро отправится туда.
— Пусть те из вас, кто могут, — сказал он, — отправятся вместе со мной и представят свое обвинение, если есть за этим человеком некая вина.
Итак, сказал он, которые из вас могут, пусть пойдут со мною, и если есть что-нибудь за этим человеком, пусть обвиняют его.
В Иерусалиме он пробыл не больше восьми-девяти дней и вернулся в Кесарию. На следующий день он сел в судейское кресло и велел привести Павла.
Пробыв же у них не больше восьми или десяти дней, возвратился в Кесарию, и на другой день, сев на судейское место, повелел привести Павла.
Когда тот появился, его обступили иудеи, пришедшие из Иерусалима, и стали обвинять во многих и тяжких преступлениях, но доказать их не могли.
Когда он явился, стали кругом пришедшие из Иерусалима Иудеи, принося на Павла многие и тяжкие обвинения, которых не могли доказать.
Павел сказал в свою защиту: — Я не сделал ничего дурного ни против иудейского закона, ни против Храма, ни против Цезаря.
Он же в оправдание своё сказал: я не сделал никакого преступления ни против закона Иудейского, ни против храма, ни против кесаря.
Фест хотел угодить иудеям и потому предложил Павлу: — Согласен ли ты отправиться в Иерусалим, чтобы я там рассмотрел твое дело?
Фест, желая сделать угождение Иудеям, сказал в ответ Павлу: хочешь ли идти в Иерусалим, чтобы я там судил тебя в этом?
Но Павел ответил: — Я предстал перед судом Цезаря, и на нем меня и должно судить, а перед иудеями я ни в чем не провинился, как ты и сам прекрасно знаешь.
Павел сказал: я стою перед судом кесаревым, где мне и следует быть судиму. Иудеев я ничем не обидел, как и ты хорошо знаешь.
Если я совершил некое преступление, достойное смертной казни, то готов умереть, но если я не сделал ничего такого, в чем они меня обвиняют, то никто не вправе меня им выдать. Требую, чтобы меня судил Цезарь!
Ибо, если я неправ и сделал что-нибудь, достойное смерти, то не отрекаюсь умереть; а если ничего того нет, в чём сии обвиняют меня, то никто не может выдать меня им. Требую суда кесарева.
Фест посоветовался со своим окружением и вынес решение: — Ты потребовал суда у Цезаря — к Цезарю ты и отправишься.
Тогда Фест, поговорив с советом, отвечал: ты потребовал суда кесарева, к кесарю и отправишься.
Прошло еще несколько дней, и в Кесарию прибыли царь Агриппа с Береникой, чтобы поприветствовать Феста.
Через несколько дней царь Агриппа и Вереника прибыли в Кесарию поздравить Феста.
Когда они уже провели там довольно много дней, Фест сообщил царю о деле Павла: — Здесь есть один заключенный, оставшийся еще от Феликса.
И как они провели там много дней, то Фест предложил царю дело Павлово, говоря: здесь есть человек, оставленный Феликсом в узах,
Когда я был в Иерусалиме, мне на него жаловались иудейские первосвященники и старейшины, требуя сурового приговора.
на которого, в бытность мою в Иерусалиме, с жалобою явились первосвященники и старейшины Иудейские, требуя осуждения его.
Я им ответил, что не в обычае римлян выдавать человека на смерть прежде, чем обвиняемый встретится лицом к лицу с обвинителями и воспользуется возможностью произнести речь по сути дела в свою защиту.
Я отвечал им, что у Римлян нет обыкновения выдавать какого-нибудь человека на смерть, прежде нежели обвиняемый будет иметь обвинителей налицо и получит свободу защищаться против обвинения.
Когда они собрались сюда, я без малейшего промедления на следующий же день сел в судейское кресло и велел привести этого человека.
Когда же они пришли сюда, то, без всякого отлагательства, на другой же день сел я на судейское место и повелел привести того человека.
Они его обступили, но не выдвинули обвинений ни в одном из преступлений, которых я бы ожидал.
Обступив его, обвинители не представили ни одного из обвинений, какие я предполагал;
У них были с ним какие-то разногласия относительно их религии и еще об умершем Иисусе, о Котором Павел утверждал, что Он жив.
но они имели некоторые споры с ним об их Богопочитании и о каком-то Иисусе умершем, о Котором Павел утверждал, что Он жив.
Я не понимал, как мне это расследовать, и спросил, согласен ли он отправиться в Иерусалим и там предстать перед судом по этому делу.
Затрудняясь в решении этого вопроса, я сказал: хочет ли он идти в Иерусалим и там быть судимым в этом?
Но Павел потребовал, чтобы его дело представили на рассмотрение императора, так что я приказал стеречь его до тех пор, пока я не отправлю его к Цезарю.
Но как Павел потребовал, чтобы он оставлен был на рассмотрение Августово, то я велел содержать его под стражею до тех пор, как пошлю его к кесарю.
Агриппа сказал Фесту: — Я тоже хотел бы послушать этого человека. — Завтра, — ответил тот, — ты его услышишь.
Агриппа же сказал Фесту: хотел бы и я послушать этого человека. Завтра же, отвечал тот, услышишь его.
На следующий день Агриппа с Береникой прибыли с торжественной процессией и вошли в зал заседаний вместе с трибунами и городской знатью. По приказу Феста был приведен и Павел.
На другой день, когда Агриппа и Вереника пришли с великою пышностью и вошли в судебную палату с тысяченачальниками и знатнейшими гражданами, по приказанию Феста приведён был Павел.
Фест сказал: — Царь Агриппа и все, кто здесь собрался! Перед вами человек, по поводу которого ко мне обращалось множество иудеев и в Иерусалиме, и здесь. Они кричали, что его нельзя оставлять в живых.
И сказал Фест: царь Агриппа и все присутствующие с нами мужи! вы видите того, против которого всё множество Иудеев приступали ко мне в Иерусалиме и здесь и кричали, что ему не должно более жить.
Но я не нашел за ним никаких преступлений, достойных смертной казни, а поскольку он потребовал суда у императора, я решил его туда и отправить.
Но я нашёл, что он не сделал ничего, достойного смерти; и как он сам потребовал суда у Августа, то я решился послать его к нему.
Но я не знаю, что именно мне написать об этом государю, поэтому я вывел его перед вами и прежде всего перед тобой, царь Агриппа, чтобы после рассмотрения этого дела мне было что о нем написать.
Я не имею ничего верного написать о нём государю; посему привёл его пред вас, и особенно пред тебя, царь Агриппа, дабы, по рассмотрении, было мне что написать.
Ведь мне кажется неразумным отправлять на суд заключенного, не разъясняя сути обвинений.
Ибо, мне кажется, нерассудительно послать узника и не показать обвинений на него.