1. ПЕРВАЯ РЕЧЬ ЕЛИФАЗА (главы 4−5)
а. Его упрек Иову (4:1−6)
Иов 4:1−2. Сознавая, что своими словами не облегчит, но усугубит страдания Иова, Елифаз, тем не менее, решается высказать их — ради торжества истины, как он понимает ее.
Иов 4:3−5. С похвалой отозвавшись о том, что, вот, он, Иов, наставлял… и… поддерживал… укреплял… многих ослабевших душевно и духовно, что он находил для таковых слова утешения и совета, Елифаз вслед за тем упрекает Иова: А теперь, когда несчастье пришло к тебе, ты изнемог… упал духом. Утешавший других себя утешить не может… Елифаз, видимо, не вполне сознавал, что тому, кто страдает, нелегко «наставить и поддержать» самого себя. Сделать это по отношению к Иову следовало бы тому же Елифазу!
Иов 4:6. В этих словах Елифаза можно усмотреть упрек, однако, не вполне искренний и даже произнесенный с известной иронией. Ведь надеждою и упованием для Иова были его богобоязненность… и непорочность. А теперь он говорит так, словно больше не боится Бога! (сравните 15:4). Упрек Елифаза мог сочетаться и с «напоминанием» Иову: коль скоро он всегда почитал Бога, пусть положится на Него и теперь.
Но в форму ироничного ли упрека или напоминания Елифаз облекает свою исходную мысль, противоположную утверждениям Иова (и это видно из стиха 7): лишь грешников постигают беды и несчастья, и раз они стали уделом Иова, он не может считать себя праведником, пострадавшим незаслуженно. Елифаз таким образом олицетворяет в книге дух традиционного благочестия, исходящего из закона воздаяния.
б. Рассуждения Елифаза относительно страданий (4:7−11)
Иов 4:7−9. В этих и последующих стихах он излагает свою «теорию страданий»: невинный не погибает, праведных не искореняют, но только те, кто сеяли зло, пожинают его (сравните Притч 22:8; Ос 8:7; 10:13). Уподобив «сеющих зло» земледельцам, Елифаз и об уничтожении «злых всходов» говорит, прибегая к той же метафоре: «дуновение Божие» и «дух гнева Его», от которых они погибают (стих 9), подобны знойному ветру пустыни, сжигающему урожай на корню (сравните Иер 4:11; Иез 17:10).
Однако теория Елифаза легко опровергается фактами: те, кто не делают зла, нередко страдают, а злые — живут припеваючи. В этом-то и состояла мысль Иова, которая проходит через всю книгу. Надо сказать, что, хотя в Ветхом Завете явно ставится ударение на зависимости участи людей от их поступков, есть в Библии и немало «опровержений» закона прямого воздаяния. (к примеру, Лк 13:4−5; Ин 9:1−3; 1Пет 2:19−20. От ред.)
Между тем, Елифаз, в подтверждение своей теории, апеллирует к жизненному опыту Иова (стих 7) и ссылается на собственные наблюдения (стих 8), но это не делает ее намного убедительней.
Иов 4:10−11. Здесь видят образ некогда сильной и многодетной семьи Иова: подобная семейству львов, она, тем не менее, погибла, сокрушена, рассеяна.
в. Елифаз рассказывает о своем видении (4:12−21)
Иов 4:12−16. Желая придать авторитетность своим богословским представлениям, Елифаз рассказывает о ночном видении, которое было послано ему. Внезапно, среди сумятицы мыслей, какая бывает, когда человек вдруг пробудится от тревожного сна (здесь передано как среди размышлений о ночных видениях) Елифаз будто бы услышал слово, произнесенное шепотом (по-русски передано как нечто; стих 16), от чего объял его ужас, и он содрогнулся до костей. Дух прошел над ним, продолжал Елифаз, и волосы у него стали… дыбом от страха. Затем дух остановился, но облик его был трудно различим (стих 16), однако, Елифаз ощутил тихое веяние (сравните 3Цар 19:12) и услышал голос…
Иов 4:17−21. Если ночное видение действительно посетило Елифаза, то в поставленном ему вопросе: человек праведен ли пред Богом? (такой перевод еврейского меэлоах некоторые богословы предпочитают фразе в сравнительной степени: человек праведнее ли Бога? Стих 17; сравните Чис 32:22) — уже содержится негативный ответ, подтверждаемый в стихе 18: если даже ангелы не вполне чисты и совершенны и имеют недостатки в глазах Бога, так что Он им не доверяет, то люди тем более.
Многообразно описывает Елифаз обреченность человека смерти (как следствие его греховности): тело его сотворено из праха земного, и жизнь его скоротечна, словно жизнь моли (стих 19), так что он умирает, не достигши мудрости (т. е. не научившись бояться Бога; сравните 28:28).
Повторим, что рассказ Елифаза о его ночном видении призван был подтвердить его теорию страдания как воздаяния за грех.
