— Вот что говорит Господь: составь завещание, потому что ты скоро умрешь, жить тебе осталось недолго.
Тут Хизкия горько заплакал.
— Так говорит Господь, Бог твоего предка Давида: «Я услышал твою молитву и увидел твой плач. Итак, я добавлю тебе пятнадцать лет жизни.
И тень от солнца поднялась на десять ступеней, по которым она спускалась.
схожу я к вратам Шеола,
не прожить мне остаток дней моих!
Господа на земле живых,
и на людей мне не глядеть,
в этом мире не быть среди них*.
унесено прочь, как шатер пастуха,
скатал я жизнь свою, как ткач — полотно,
и Он отрезает ее от станка,
день и ночь приближает мой конец.
но Он, как лев, мои кости крушит,
день и ночь приближает мой конец.
стенаю, как голубь,
устали глаза в небо смотреть —
горько мне, Господи, заступись!
Что Он обещал, то и сотворил.
В горести моей душевной
буду доживать свою жизнь
и тем же моя душа жива —
дал ты мне и здоровье, и жизнь;
любовь Твоя избавила меня
от гибельной ямы,
а все мои грехи
за спину Ты зашвырнул.
не мертвые прославляют Тебя,
и уповают на истину Твою
не те, кто нисходят в гроб.
как сегодня это делаю я,
и пусть отец поведает сыновьям
об истине Твоей!
и во все дни нашей жизни
песни наши будут звучать
в Господнем Храме».
— Пусть принесут пласт смокв и обложат ими нарыв, тогда Хизкия поправится.
— Какое дашь ты знамение, что я еще приду в Господень Храм?*