Быт 2:1−3. К седьмому дню Бог сотворил небо и землю, и все воинство их. Под «воинством небесным» подразумеваются или ангелы или горящие на небосклоне звезды, которые напоминают «воинские ряды»; «их» означают, однако, что речь идет о воинстве небес и земли, и тут, по-видимому, разумеется все то лучшее, что имеется в обеих сферах. Именно эта мысль передана в Септуагинте, где слову «воинство» соответствует «украшение» (зеба).
Седьмой же день был днем покоя, получившим название субботы. Из построения 2-го и 3-го стихов в еврейском тексте следует, что особое смысловое ударение поставлено в них на числительном «седьмой». Число «семь» часто сопряжено на страницах Священного Писания с «заветом». В англ. языке соответствующий ему глагол «клясться» (свиэ) даже связан с понятием «семь» («севен») этимологически (свиэ-севен). Не удивительно поэтому, что суббота стала знамением Божьего завета с Израилем, заключенным на горе Синай (Исх 31:13, 17).
И благословил Бог седьмой день, и освятил его, потому что им запечатлено было завершение творения. С этого момента субботний покой Бога становится преобладающей темой Писания. Здесь, еще до грехопадения, он соответствует завершенному (и совершенному) творению, освященному и пребывающему в покое. А после грехопадения покой становится целью, стремление к которой не угасает, предметом постоянного вожделения. Цель эта могла осуществиться в условиях теократического правления обетованной землей.
И независимо от того, кем была бы она достигнута — Моисеем или Иисусом Навином, после завоевания им земли, непременным условием ее достижения были вера в Бога и повиновение Ему. Верующие, которые сегодня входят в субботний покой духовно (Евр 4:8−10), некогда станут причастниками его во всей его полноте.
Повесть о сотворении мира, как воспринималась она новым народом, Израилем в дни Моисея, имела колоссальное богословское значение. Ибо Израиль видел в ней параллель тому, что произошло с ним: Бог вывел Свой народ из хаоса и тьмы языческого мира, даруя ему познание истины. Он заверил его в Своей поддержке в борьбе с силами зла, будь то небесными или земными. Он поручил ему быть Его «представителем» на земле и обещал ему покой в условиях теократического правления, т. е. под Своей властью. Именно поэтому повесть о сотворении мира ободряет и вдохновляет верующих во все века.
Б. Порядок событий, начиная от сотворения неба и земли (2:4 — 4:26)
1. СОТВОРЕНИЕ МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ (2:4−25)
Быт 2:4а. Вот происхождение неба и земли — эта фраза служит заголовком к целому разделу библейской предыстории, начинающемуся отсюда (заканчивается 4-ой главой). В то время, т. е. в «шестидневный период», рассмотренный выше.
Быт 2:4б−7. Поражает, что сотворение Адама произошло в условиях, когда земля не произвела еще полевых злаков, т. е. необходимой для человека пищи, и Бог еще не посылал дождя на землю, но влажный пар окутывал ее. Прямо сказано, что в то время, до создания Богом первой человеческой четы, не было на земле никаких людей (и не было человека для возделания земли).
Здесь в еврейском подлиннике впервые встречается имя Иегова (Господь Бог; стих 5). Далее оно употребляется неоднократно, подчеркнуто, и это важно (2:4−5, 7−9, 15−16, 18−19, 21−22). Верховный Творец (Бог) из первой главы — это Яхве (Господь), заключающий завет с Израилем. И это доводилось до сведения народа, дабы он знал, что его Господь сотворил все сущее и, следуя Своему особому замыслу, создал человека.
Здесь обращают на себя внимание два момента: сотворив человека из праха земного, Господь вдунул в него (буквально — «в ноздри его») дыхание жизни. Слово создал в 2:7 — от греческого ясар, применимого к работе художника. Бог как бы уподобляется здесь искусному гончару, придающему задуманную форму сосуду из глины. Человек был создан Им из «земного материала» и является земным. Вопреки мечтам, которые овладеют им позднее, «стать, как боги» (3:5). (Интересно, что этимологически евр. слово адам (человек) родственно слову адамах, означающему «земля»; сравните 3:17.)
Став душою живою, человек превращается в существо духовное, способное к общению с Богом и служению Ему. В свете этого особый смысл обретает его последующее грехопадение. Со времени его каждый из людей нуждается — для возобновления своего общения с Богом — в возрождении или воссоздании («повторном создании»), а для этого необходимо, чтобы Бог «дал» ему Духа Святого.
Быт 2:8−10. Итак, человек был помещен в совершенные условия. Рай (или сад в Едеме) явился местом испытания человека на способность к послушанию. Описание рая (стих 8) и деревьев (стих 9), и реки, вытекавшей из него (стих 10), завершается заповедью: человек мог наслаждаться всем этим, но не должен был есть от запретного дерева (стих 17).
Хотя вначале Бог, возможно, сотворил деревья уже «взрослыми» (1:12), райские деревья Он произрастил позже (2:9). Среди них было два совершенно особых дерева: одно, которое давало жизнь (дерево жизни), и другое — дававшее познание добра и зла при вкушении его плодов. Другими словами, «добро и зло» — как понятия о том, что содействует сохранению жизни или, напротив, уничтожению ее, были бы познаны на опыте в случае вкушения запретного плода (стих 17).
Вероятности катастрофического исхода для человека предстояло увеличиваться с возрастанием его самонадеянности в подходе к жизни и в результате неразумных попыток манипулировать ею... Дерево жизни, с другой стороны, по-видимому, несло в себе средство сохранять и продлевать жизнь Адама и Евы в их блаженном состоянии. Эти деревья росли посреди рая, вероятно, недалеко друг от друга; они «образовывали основу» для предстоявшего первым людям испытания.
Примечательно, что и деревья (стих 9), и река (стих 10), и упоминаемые в стихах 11−12 золото и камень оникс, которые были в раю, станут и «элементами» нового, вечного, творения (Откр 21:10−11, 21; 22:1−2), и это значит, что рай будет восстановлен на новой земле.
Быт 2:11−14. Эти стихи, представляющие отступление от основного текста, описывают богатство известного тогда мира (золото, драгоценные камни, благовонная смола — бдолах). Рай, вероятно, находился в районе Персидского залива, судя по приводимым географическим названиям. И если рельеф этих мест не изменился после потопа, то самыми верными «ориентирами» служат Тигр (в оригинале и в русском тексте — Хиддекель) и Евфрат, т. е. третья и четвертая реки. Первая из четырех рек — Фисон — текла через Хавилу, в северо-центральной части Аравии, на восток от Палестины; вторая — Гихон — протекала в земле Куш, горной местности, называвшейся по аккадски Кассу (располагалась восточнее Месопотамии).
Быт 2:15−17. Назначение человека состояло в осуществлении им духовного служения. Подбор слов в еврейском тексте (стих 15) лишний раз наводит на мысль об этом: и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его («поселить» — нуах — буквально «успокоить»; «возделывать» — абад («служить»). Так что приведенная фраза, возможно, содержит и вторую мысль: какую бы работу ни исполнял человек, она должна быть его служением Богу.
В 16 стихе впервые в Ветхом Завете употреблено савах — глагол, означающий «повелеть» или «заповедать». Первая заповедь Бога, обращенная к человеку, касалась жизни и смерти, добра и зла. И как все последующие Божии заповеди, она содержала в себе, наряду с благословениями, — запрещения. Все блага земли и сопряженные с ними удовольствия были в распоряжении человека, кроме того, что было ему запрещено. Подбор и расположение слов в стихах 16−17 (и это особенно чувствуется в евр. тексте) свидетельствуют о суровости этого запрета: человек может есть плоды от всякого дерева в саду, но, вкусив плод от запретного дерева, он смертью умрет.
Это первое наставление перекликается с теми, которые получит народ Божий при Моисее. Создав человека в соответствии со Своим особым замыслом, Бог одарил его способностью сознавать возложенную на него моральную ответственность. Он поселил первую человеческую чету в саду Едемском, чтобы там, в специально созданных для них условиях, они учились быть послушными Ему, и предупредил их, что они поставлены перед выбором — жизнь или смерть, в зависимости от их послушания или неповиновения слову Его. Наставления, преподанные впоследствии Израилю (записаны во Втор 30:11−20) параллельны этой главной в Быт 2:8−17 мысли.
Быт 2:18−25. Здесь говорится о сотворении женщины и об установлении института брака; для евреев это имело особое значение, т. к. брачные отношения являлись опорой Израильского общества. Мужу и жене Бог предназначил пребывать в духовном единстве, направленном на совместное служение Ему, на исполнение сообща Его заповедей. При наличии этой гармонии общество, благословляемое Богом, процветает.
Адам был один, и это было нехорошо; все остальное в творении было хорошо (сравните 1:4, 10, 12, 18, 21, 25). Когда человек вступил в свою роль представителя Бога на земле (давая имена животным (2:19−20), Адам тем самым свидетельствовал о своем будущем владычестве над ними; сравните 1:28), то начал ощущать свое одиночество (2:20). И тогда Бог усыпил его (стих 21) и, взяв одно из ребер его, сотворил из него жену для Адама (стихи 21−23).
В стихе 18 сказано, что Бог решил дать человеку помощника, подобного ему (иначе говоря, подходящего, как бы дополняющего его помощника). «Помощник» или «оказывающий помощь» — звание не унизительное и часто применяется в Священном Писании по отношению к Самому всемогущему Богу (например, в Пс 32:20; Пс 69:6; Пс 113:17).
«Подобный» применительно к Еве означает и то, что сказанное об Адаме в Быт 2:7 в равной мере относилось и к ней. Их объединяла общая природа, в рамках которой они «дополняли» друг друга. Высшей своей точки это объединение достигло в браке, который сделал их одной плотью (стих 24). «Одна плоть» свидетельствует, кстати, и о том, что Богом брак учреждался как союз двоих — одного мужчины и одной женщины. Поскольку Адам и Ева составляли как физическое, так и духовное единство, и жили достойно, не зная греха, не было нужды давать им здесь указания относительно главенства в семье. Значительно позже апостол Павел будет рассуждать на эту тему, исходя из порядка творения (1Кор 11:3; 1Тим 2:13).
Она будет называться женою, ибо взята от мужа. Еврейское ишша («жена») — производное от иш («муж»). Слово алкен (потому; Быт 2:24) часто встречается в книге Бытия. Следующая за ним фраза стоит в будущем времени, и это свидетельствует, что слова эти были сказаны Адаму непосредственно Богом. Если бы они были сказаны Им израильскому народу через Моисея, то фраза стояла бы в настоящем времени: «Потому оставляет».
Нагота Адама и Евы (стих 25) говорит о том, что они не стеснялись друг друга, не подозревая один в другом нечистых или злых умыслов. Такое общение, исполненное взаимного доверия, нарушилось при грехопадении и лишь в благополучном браке сохраняется до известной степени. «Нагота» имеет тут и буквальный и переносный смысл, свидетельствуя о первоначальной безгрешности первой четы.
