* комментарии на стихи 1−2а находятся в конце предыдущей, 21-ой главы.
Поведение Павла до обращения
Он сказал: я Иудеянин, родившийся в Тарсе Киликийском, воспитанный в сем городе при ногах Гамалиила, тщательно наставленный в отеческом законе, ревнитель по Боге, как и все вы ныне. Я даже до смерти гнал последователей сего учения, связывая и предавая в темницу и мужчин и женщин, как засвидетельствует о мне первосвященник и все старейшины, от которых и письма взяв к братиям, живущим в Дамаске, я шел, чтобы тамошних привести в оковах в Иерусалим на истязание (22:2г-5)
Павел начал с опровержения ложного обвинения в том, что он действовал против еврейского народа (ср. Деян 21:28), решительно заявив: «Я Иудеянин». Апостол не только не был антисемитом, но и имел безупречные еврейские рекомендации. Хотя он был рожден среди еллинствующих иудеев диаспоры в Тарсе Киликийском, Павел был воспитан в этом городе (Иерусалиме). Более того, он был воспитан при ногах Гамалиила — наиболее почитаемого раввина того времени и одного из величайших раввинов древности (для большей информации о Гамалииле см. Acts 1:12, MacArthur New Testament Commentary [Chicago: Moody, 1994], 172). Как ученик Гамалиила, Павел получил тщательные наставления в отеческом законе. Он был внимательно и полностью наставлен в законе Ветхого Завета и раввинских традициях и был когда-то фарисеем, безупречным перед законом (ср. Флп 3:5−6). Учитывая это, обвинения в том, что он выступал против закона (Флп 21:28), были нелепыми. Он был убежден в том, что закон свят, праведен и добр (см. Рим 7:12).
При этом то, чему учил Павел, было не просто академическим упражнением. Он заявил народу, что он «ревнитель по Боге, как и все вы ныне» (ср. Рим 10:2). Великодушно приписывая их яростному нападению на него лучшие побуждения, Павел объяснял это их рвением о Боге. Но его рвение намного превосходило их рвение, поскольку Павел «до смерти гнал последователей сего учения (христианства, ср. Деян 9:2; Деян 19:9, 23; Деян 24:14, 22), связывая и предавая в темницу и мужчин и женщин». Он был злейшим преследователем христиан от момента мученической смерти Стефана до своего обращения. Его репутация как преследователя христиан была хорошо известна, что Павел и подтвердил, обращаясь к галатам: «Вы слышали о моем прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал Церковь Божию и опустошал ее» (Гал 1:13).
Если кто-то еще сомневался в его рвении о Боге, то Павел мог обратиться за свидетельством к первосвященнику и старейшинам (синедриону), «от которых и письма взяв к братиям (иудеям нехристианам), живущим в Дамаске», он шел, «чтобы тамошних привести в оковах в Иерусалим на истязание». Рвение Павла было таким, что высшие иудейские власти выбрали его для осуществления арестов и выдачи христиан даже в таком отдаленном городе, как Дамаск.
Поведение Павла до его обращения опровергало ложные обвинения, выдвинутые против него. Он не только не был врагом этого народа, но «преуспевал в Иудействе более многих сверстников в роде моем [его], будучи неумеренным ревнителем отеческих моих [его] преданий» (Гал 1:14). Никто не имел права ставить под сомнение его уважение к Богу и Его закону.
Обстоятельства обращения Павла
Когда же я был в пути и приближался к Дамаску, около полудня вдруг осиял меня великий свет с неба. Я упал на землю и услышал голос, говоривший мне: Савл, Савл! что ты гонишь Меня? Я отвечал: кто Ты, Господи? Он сказал мне: Я Иисус Назорей, Которого ты гонишь. Бывшие же со мною свет видели, и пришли в страх, но голоса Говорившего мне не слышали. Тогда я сказал: Господи! что мне делать? Господь же сказал мне: встань и иди в Дамаск, и там тебе сказано будет все, что назначено тебе делать. А как я от славы света того лишился зрения, то бывшие со мною за руку привели меня в Дамаск. Некто Анания, муж благочестивый по закону, одобряемый всеми Иудеями, живущими в Дамаске, пришел ко мне и, подойдя, сказал мне: брат Савл! прозри. И я тотчас увидел его. Он же сказал мне: Бог отцов наших предъизбрал тебя, чтобы ты познал волю Его, увидел Праведника и услышал глас из уст Его, потому что ты будешь Ему свидетелем пред всеми людьми о том, что ты видел и слышал. Итак, что ты медлишь? Встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа (Иисуса) (22:6−16)
Показав абсурдность обвинения, будто бы им двигала вражда к еврейскому народу, Павел выступил в защиту своих действий. Бог Израиля владычески, могущественно вошел в его жизнь и изменил его, сделав из главного преследователя христианства его главного поборника. Павел действовал, повинуясь Ему.
Рассказ о драматическом обращении Павла приводится в Деяниях трижды (ср. Деян 9:1 и далее; Деян 26:4−18), что подчеркивает его значение. В самом деле, обращение Савла из Тарса было значительным поворотным пунктом и в истории церкви, и в мировой истории. Поскольку толпа внимательно слушала, Павел подробно изложил события, произошедшие в тот знаменательный день на дамасской дороге.
Выполняя миссию по возвращению христиан в Иерусалим для их наказания (ст. 5), Павел около полудня приблизился к Дамаску. Указание времени дня, которое отсутствует в рассказе, приведенном в гл. 9, подчеркивает, насколько великим был свет, который вдруг осиял Павла и его спутников. Пылающая слава прославленного, возвеличенного Иисуса Христа затмила даже яркое полуденное солнце (Деян 26:13). Лишившись дара речи от ужаса, Павел упал на землю и услышал голос, говоривший ему: «Савл, Савл! что ты гонишь Меня?». Упав ничком, ошеломленный и ослепленный, Павел мог лишь пробормотать: «Кто Ты, Господи?». Ответ Господа: «Я Иисус Назорей, Которого ты гонишь», шокировал и напугал его. Павел сразу же понял, насколько неправ он был. Тот, Кого он презирал и отвергал как шарлатана, богохульника и ложного Мессию, был в действительности Господом славы. То, что Иисус Назорей говорил с Павлом с небес, было известием, которое внесло беспокойство в слушавшую его толпу, потому что они также презирали и отвергали Его. Возможно, некоторые из тех, кто кричали о Павле: «Смерть ему!» (Деян 21:36), много лет назад кричали то же самое об Иисусе Христе (ср. Лк 23:18; Ин 19:15).
Зная, что некоторые из толпы спросят, действительно ли ему явился Господь, Павел упомянул о свидетелях, подтверждающих его слова. Бывшие с ним на дороге, рассказал он, свет видели. На мгновение ослепленные его яркостью, они в ужасе пали на землю вместе с Павлом (Деян 26:14), но, в отличие от него, могли встать (Деян 9:7). Неспособные слышать голос Говорившего, они безмолвно стояли в страхе, в то время как Иисус обращался исключительно к Павлу. Хотя некоторые предполагают противоречие между ст. 9 и 9:7, это не так. Поскольку слова Иисуса Христа предназначались только для Павла, он один понимал их; его спутники лишь слышали звук (ср. Ин 12:29). Точно так же, несмотря на то что спутники Павла тоже видели свет (ст. 9), только он различал Личность Иисуса Христа (Деян 9:7; ср. Деян 9:17, 27; Деян 22:14; Деян 26:16; 1Кор 9:1; 1Кор 15:8). Тем не менее те, кто сопровождал Павла в этот важный день, могли свидетельствовать о подлинности того, что произошло. Они видели ослепляющий свет и слышали звук голоса Иисуса Христа, говорившего к Павлу. Следовательно, то, что произошло с Павлом, не могло быть поставлено под сомнение как субъективное заблуждение или ложь.
Ошеломленный восхитительной встречей с Господом Иисусом Христом, гордый фарисей мог лишь смиренно спросить: «Господи! что мне делать?». В ответ Господь сказал ему: «Встань и иди в Дамаск». Павел должен был продолжить свое путешествие в Дамаск, но теперь уже как слуга Господа, а не Его противник. А после прибытия туда ему будет сказано все, что назначено делать. Он был, как сказал Господь Анании, «избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое перед народами и царями и сынами Израилевыми» (Деян 9:15).
Итак, поскольку Павел «от славы света того лишился зрения», то бывшие с ним за руку привели его в Дамаск. Павел, наконец, достиг цели своего путешествия, но при обстоятельствах, которые он едва ли мог представить себе, когда начинал его. В Дамаске он встретил некоего Ананию, которого Господь послал ему (Деян 9:11−12). Хотя Анания был одним из видных христиан Дамаска, Павел сказал о нем враждебно настроенной еврейской аудитории, что он муж благочестивый по закону, одобряемый всеми иудеями, живущими в Дамаске. Свидетельство Анании христианина было бы подозрительным для еврейских слушателей; свидетельство же преданного члена иудейской общины служило еще одним доказательством правдивости истории Павла.
Анания пришел неохотно (ср. Деян 9:13−14) к Павлу и, подойдя, сказал ему: «Брат Савл! прозри». Павел заявил, что Бог чудесным образом вернул ему зрение, и Павел тотчас увидел его. Анания рассказал Павлу, что Бог сказал ему в видении (Деян 9:15): «Бог отцов наших предъизбрал тебя, чтобы ты познал волю Его, увидел Праведника и услышал глас из уст Его, потому что ты будешь Ему свидетелем пред всеми людьми о том, что ты видел и слышал».
Заявление Анании о том, что «Бог отцов наших предъизбрал тебя», подчеркивает, что Бог всемогущ в спасении. «Никто не может прийти ко Мне, — провозгласил Иисус, — если не привлечет его Отец, пославший Меня» (Ин 6:44; ср. Мк 13:20; Еф 1:4; Кол 3:12; 2Фес 2:13; 2Тим 2:10; Тит 1:1; 1Пет 1:1−2). Господь также владычески избирает тех, кто служит Ему (Лк 6:13; Ин 13:18; Ин 15:16, 19; Деян 1:2). Он избирает Павла, чтобы тот познал волю Его, увидел Праведника (мессианское название, Ис 53:11; Деян 3:14; Деян 7:52), услышал глас из уст Его (ведущий к спасению Павла) и был Ему свидетелем пред всеми людьми о том, что Павел видел и слышал. Поразительное обращение Павла из Тарса — неопровержимое свидетельство владыческого замысла Бога.
Но владычество Бога в избрании служителей не освобождает их от ответственности за надлежащий ответ. Поэтому Анания наставлял Павла: «Итак, что ты медлишь? Встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа Иисуса». Некоторые ошибочно ищут в этом стихе подтверждение концепции возрождения через крещение (ложное учение о том, что крещение необходимо для спасения). Несмотря на то что крещение — это акт послушания, необходимый для всех христиан, он не спасает. Павел ясно понимал это. Римлянам он писал:
Но что говорит Писание? «Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоем», то есть слово веры, которое проповедуем. Ибо если устами твоими будешь исповедовать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься, потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению (Рим 10:8−10).
Павел проповедовал, что спасение происходит от веры в сердце (ср. Деян 16:31; Рим 3:28) и публичного признания этой веры (ср. Мф 10:32; Рим 10:13). Он, конечно, не считал, что слова Анании означают, что крещение спасает.
В Деян 10:44−48 ясно объясняются взаимоотношения крещения и спасения. Лишь после того как Корнилий и его друзья получили Духа Святого (показывающего, что они спасены), Петр повелел им креститься (Деян 10:47). Крещение, таким образом, следует за спасением и не является его причиной. (Для дальнейшего обсуждения вопроса о возрождении благодаря крещению см. MacArthur, Acts 1 — 12, 73−75.)
Если слова, сказанные Ананией в ст. 16, понимать правильно, то они полностью соответствуют новозаветному учению о том, что спасение происходит исключительно благодаря вере. Фразу «омой грехи твои» следует связывать с фразой «призвав имя Господа Иисуса», поскольку связывание ее со словом «крестись» оставляет деепричастие epikalesamenos (призвав) без антецедента. Грехи Павла были омыты не крещением, а призыванием имени Господа (ср. Рим 10:13). Буквальный перевод этого стиха гласит: «Поднимись, крестись, омой грехи свои, призвав имя Его». Оба требования указывают на то, что Павел уже призвал имя Господа, что является действием, которое дает спасение. Крещение и омовение грехов следует за этим.
Рассказывая об обстоятельствах своего обращения, Павел поменялся ролями со своими противниками. Он поступал, лишь повинуясь Богу; поэтому предъявленные ему обвинения предъявлены Богу. Продолжение его свидетельства подкрепляет эту мысль.
Поручение Павлу после его обращения
Когда же я возвратился в Иерусалим и молился в храме, пришел я в исступление, и увидел Его, и Он сказал мне: поспеши и выйди скорее из Иерусалима, потому что здесь не примут твоего свидетельства о Мне. Я сказал: Господи! им известно, что я верующих в Тебя заключал в темницы и бил в синагогах, и, когда проливалась кровь Стефана, свидетеля Твоего, я там стоял, одобрял убиение его и стерег одежды побивавших его. И Он сказал мне: иди; Я пошлю тебя далеко к язычникам (22:17−21)
После своего обращения и короткого периода служения в Дамаске (Деян 9:20−25) Павел провел три года в Аравии (Гал 1:17−18). Когда же Павел возвратился в Иерусалим, он молился в храме. Это еще одно доказательство того, что он не отверг свое еврейское наследие, как ложно утверждали его обвинители. Пребывая в храме, Павел пришел в исступление. Ekstasis (исступление) указывает на уникальный опыт апостола перехода от области нормальных чувств к сверхъестественной реальности для получения божественного откровения. Слово дважды используется для описания видения Петра в Иоппии (Деян 10:10; Деян 11:5).
Пребывая в этом состоянии, Павел увидел Господа и услышал, как Он сказал: «Поспеши и выйди скорее из Иерусалима, потому что здесь не примут твоего свидетельства о Мне». С момента своего прибытия в город Павел бесстрашно провозглашал веру, которую когда-то пытался уничтожить (Деян 9:28−29). Шокирующий поворот Павла от преследования христиан до проповедования христианства оскорбил неверующих иудеев, которые посчитали его отступником и богохульником. Узнав о заговоре с целью убить его, христиане отправили его из Иерусалима в родной город Тарс (Деян 9:30). Очевидно, это слово воскресшего восславленного Христа убедило Павла оставить город. Но даже тогда, не желая добровольно уйти, он протестовал: «Господи! им известно, что я верующих в Тебя заключал в темницы и бил в синагогах, и когда проливалась кровь Стефана, свидетеля Твоего, я там стоял, одобрял убиение его и стерег одежды побивавших его». Павел ошибочно полагал, что наблюдение за коренным преобразованием, которое Господь совершил в его жизни, убедит неверующих иудеев в истинности Благой Вести. Однако Господь знал лучше и повторил Свое указание Павлу оставить город, говоря ему: «Иди; Я пошлю тебя далеко к язычникам». Теперь Господь пояснил то, что было скрыто в словах Анании, — что Павел будет «Ему свидетелем пред всеми людьми» (Деян 22:15; ср. Деян 9:15), Он назначил его апостолом для язычников.
И обращение, и поручение Павла были, несомненно, владыческими деяниями Бога. Сделав эти деяния основой своей защиты перед толпой, апостол заставил обороняться толпу. Поскольку он лишь действовал в повиновении Богу, то как могли они подвергать его действия сомнению, не говоря уже о том, чтобы осуждать его?
Действия людей
До этого слова слушали его; а за сим подняли крик, говоря: истреби от земли такого! ибо ему не должно жить. Между тем как они кричали, метали одежды и бросали пыль на воздух (22:22−23)
Толпа слушала Павла до тех пор, пока он не сказал о том, что Бог послал его служить среди язычников. Но тут их интерес пропал, потому что для них было невыносимо предположение о том, что язычники могут быть спасены, не став сначала иудейскими прозелитами. Это делало их духовно равными еврейскому народу перед Богом — наиболее очевидная ересь, которую только могла себе представить толпа.
Их ярость разгорелась вновь: они «подняли крик, говоря: истреби от земли такого! ибо ему не должно жить». Каждому, кто посмеет уравнять язычников и евреев в отношении спасения Божия, не должно быть позволено осквернять землю своим присутствием. Охваченные гневом, «они кричали, метали одежды и бросали пыль на воздух». Евреи, по-видимому, сняли свои одежды, готовясь побить камнями Павла, и разрывали их, выражая свой ужас от его «богохульства», или бросали их и пыль на воздух, выражая свое возмущение. В любом случае расовые предрассудки воспламенили их страсти выше разумных пределов. Они прервали Павла, до того как он смог защитить себя от обвинения, изначально вызвавшего бунт, — что будто бы он привел язычника во внутренний двор храма (Деян 21:28).
Положение Павла
тысяченачальник повелел ввести его в крепость, приказав бичевать его, чтобы узнать, по какой причине так кричали против него. Но когда растянули его ремнями, Павел сказал стоявшему сотнику: разве вам позволено бичевать Римского гражданина, да и без суда? Услышав это, сотник подошел и донес тысяченачальнику, говоря: смотри, что ты хочешь делать? этот человек — Римский гражданин. Тогда тысяченачальник, подойдя к нему, сказал: скажи мне, ты Римский гражданин? Он сказал: да. Тысяченачальник отвечал: я за большие деньги приобрел это гражданство. Павел же сказал: а я и родился в нем. Тогда тотчас отступили от него хотевшие пытать его; а тысяченачальник, узнав, что он Римский гражданин, испугался, что связал его (22:24−29)
Поскольку бунт вспыхнул снова, и тысяченачальник не приблизился к пониманию его причин, он снова повелел ввести Павла в крепость (ср. Деян 21:34). Он ясно дал понять, каким будет его следующий шаг в разрешении этой ситуации, приказав бичевать Павла, чтобы узнать, по какой причине так кричали против него. Бичевание римским flagellum (деревянной рукояткой, к которой были прикреплены кожаные плети, на концах которых были приделаны наконечники из металла и кости) было ужасным испытанием, от которого люди часто умирали (от потери крови или заражения). Иисус Христос вынес бичевание перед распятием (Ин 19:1). Такое избиение превзошло бы все, что ранее вынес Павел. Готовясь к этому, стражи растянули его ремнями, чтобы сделать его тело упругим и усилить эффект бичевания.
К счастью, римские граждане не подлежали наказанию такими грубыми методами в соответствии с законами Валериана и Порциана (F. F. Bruce, The Book of the Acts, The New International Commentary on the New Testament [Grand Rapids: Eerdmans, 1971], 445 n. 34). Поэтому Павел сказал стоявшему сотнику: разве вам позволено бичевать Римского гражданина, да и без суда? Как и перед лицом враждебной толпы, Павел сохранял спокойствие. Он не бросал оскорбления в римлян, но спокойно сообщил им об ужасной несправедливости (и нарушении его прав как римского гражданина), которую они собирались совершить.
Услышав заявление апостола о том, что он римский гражданин, сотник, наблюдавший за его бичеванием, «подошел и донес тысяченачальнику, говоря: смотри, что ты хочешь делать? этот человек — Римский гражданин». Бичевание римского гражданина могло разрушить военную карьеру Лисия или даже стоить ему жизни.
Серьезно обеспокоенный, тысяченачальник, подойдя к Павлу, «сказал: скажи мне, ты Римский гражданин? Он сказал: да». Заявление о римском гражданстве обычно принималось всерьез, поскольку наказанием за ложное утверждение была смерть. Замечание Лисия о своем собственном гражданстве и его цене: «Я за большие деньги приобрел это гражданство», указывает, по-видимому, на облегчение, которое он испытал от того, что не лишился его, бичуя Павла. А может быть, он саркастически сокрушался о том, что римское гражданство настолько обесценилось, что даже такой человек, как Павел, может получить его. Официально римское гражданство не продавалось. Однако, особенно во время царствования императора Клавдия (чье имя Лисий мог взять, получая гражданство), его можно было получить, дав взятку коррумпированным должностным лицам. Павел ответил с большим достоинством: «Я и родился в нем». В отличие от Лисия, Павел получил гражданство не при помощи взятки, а родившись гражданином. И снова Лисий сильно недооценил своего узника.
Обнаружение того, что Павел был римским гражданином, немедленно остановило приготовления. «Тогда тотчас отступили от него хотевшие пытать его; а тысяченачальник, узнав, что он Римский гражданин, испугался, что связал его». Ошеломленный тем, насколько близок он был к тому, чтобы бичевать римского гражданина, Лисий немедленно приказал своим подчиненным освободить Павла. Он был также напуган тем, что был виновен в том, что связал римского гражданина, предварительно не допросив его (что также было незаконно). Теперь, совершенно запутавшись, он решил поставить Павла перед иудейскими судьями, синедрионом (ст. 30).
Поведение Павла во время этого тяжелого испытания являет всем верующим пример того, как давать положительное свидетельство в отрицательных обстоятельствах. Можно отметить несколько принципов.
Во-первых, Павел принял ситуацию такой, какой предопределил ее Бог. Столкновения с преследованиями никогда не вызывали в нем неверия в Божий замысел. В течение некоторого времени он знал, что будет арестован по прибытии в Иерусалим (Деян 20:22−23; Деян 21:4, 10−13). Он спокойно принял это как Божию волю, говоря тем, кто пытался отговорить его идти в Иерусалим: «Я не только хочу быть узником, но готов умереть в Иерусалиме за имя Господа Иисуса» (Деян 21:13).
Во-вторых, Павел использовал возможности, которые давали ему обстоятельства. Толпа собралась не для того, чтобы слушать его проповедь, а для того чтобы избить и убить его. Однако Павел использовал этот случай для провозглашения того, как Божия спасительная сила преобразила его жизнь.
В-третьих, Павел не стремился к обострению отношений со своими преследователями. Он не угрожал враждебной толпе и не хотел мести. Напротив, он вежливо обратился к ним: «Мужи братия и отцы» (Деян 22:1) и даже связал злобное избиение его с благородным мотивом рвения о Боге. Павел использовал указания, которые он ранее дал римским христианам: «Благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте» (Рим 12:14). Он был подобен Господу Иисусу Христу, который, «будучи злословим... не злословил взаимно; страдая, не угрожал, но предавал то Судии Праведному» (1Пет 2:23).
В-четвертых, Павел возвеличивал Господа. В обращенной к толпе речи в свою защиту он акцентировал внимание не на своих впечатляющих рекомендациях и достижениях, но на том, что Бог совершил в его жизни. Это согласовалось с его словами, обращенными к коринфянам: «Хвалящийся хвались Господом» (1Кор 1:31). Возвеличивание Господа также служило оправданию Павла и ставило толпу в положение выступающих против Бога.
И наконец, самое важное то, что Павел придерживался правильной позиции — самоотверженной любви. Эта любовь к другим верующим привела его в Иерусалим (чтобы доставить пожертвования). Эта любовь к его слабым братьям и желание единства церкви привела его в храм. Эта любовь к неспасенным соотечественникам (ср. Рим 9:1−3) побудила его благовествовать враждебной толпе. И эта любовь к Богу побуждала в нем любовь к народу и была причиной того, что он прославлял Его.
Верующие, которые будут использовать эти принципы, будут, подобно Павлу, иметь возможность положительно свидетельствовать в самых отрицательных обстоятельствах.
Павел перед синедрионом
На другой день, желая достоверно узнать, в чем обвиняют его Иудеи, освободил его от оков и повелел собраться первосвященникам и всему синедриону и, выведя Павла, поставил его перед ними. Павел, устремив взор на синедрион, сказал: мужи братия! я всею доброю совестью жил пред Богом до сего дня. Первосвященник же Анания стоявшим перед ним приказал бить его по устам. Тогда Павел сказал ему: Бог будет бить тебя, стена подбеленная! ты сидишь, чтобы судить по закону, и, вопреки закону, велишь бить меня. Предстоящие же сказали: первосвященника Божия поносишь? Павел сказал: я не знал, братия, что он первосвященник; ибо написано: «начальствующего в народе твоем не злословь». Узнав же Павел, что тут одна часть саддукеев, а другая фарисеев, возгласил в синедрионе: мужи братия! я фарисей, сын фарисея; за чаяние воскресения мертвых меня судят. Когда же он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось. Ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни Ангела, ни духа; а фарисеи признают и то и другое. Сделался большой крик, и, встав, книжники фарисейской стороны спорили, говоря: ничего худого мы не находим в этом человеке; если же дух или Ангел говорил ему, не будем противиться Богу. Но как раздор увеличился, то тысяченачальник, опасаясь, чтобы они не растерзали Павла, повелел воинам сойти взять его из среды их и отвести в крепость. В следующую ночь Господь, явившись ему, сказал: дерзай, Павел; ибо как ты свидетельствовал о Мне в Иерусалиме, так надлежит тебе свидетельствовать и в Риме (22:30 — 23:11)
Трагическая тема, которая разворачивается в Деяниях параллельно волнующей истории о растущей церкви, — это тема, посвященная печальной реальности еврейского противодействия церкви и Благой Вести. Наряду с сообщением о проповедовании апостолом Христа Лука отмечает возрастание еврейского противодействия. Отвергнув и уничтожив долгожданного и желанного Мессию, Израиль, как народ, впоследствии отверг и тех, кто проповедовал слово прощения и спасения во имя Его.
Противодействие началось тогда, когда началась церковь, — в день Пятидесятницы, после того как апостолы были крещены и чудесным образом говорили на других языках. Некоторые в толпе передразнивали и высмеивали их, презрительно насмехаясь над ними, как если бы апостолы были пьяными (Деян 2:13).
Это относительно умеренное сопротивление усилилось после проповеди Петра, последовавшей за исцелением хромого (Деян 3:12−26). Еврейские власти были обеспокоены, из-за того что апостолы «учат народ и проповедуют в Иисусе воскресение из мертвых» (Деян 4:2). Желая положить конец этому опасному новому учению, они «наложили на них руки и отдали их под стражу» (Деян 4:3). На следующий день синедрион приказал «им отнюдь не говорить и не учить об имени Иисуса» (Деян 4:18). Но не испугавшись, «Петр и Иоанн сказали им в ответ: судите, справедливо ли пред Богом — слушать вас более, нежели Бога? Мы не можем не говорить того, что видели и слышали» (Деян 4:19−20).
Как сказано в главе 5, противодействие со стороны еврейских лидеров продолжалось, синедрион снова арестовал и заточил в тюрьму апостолов (Деян 5:17−18). Эта отчаянная попытка подавить проповедование Благой Вести потерпела неудачу, когда Бог послал ангела, чтобы чудесным образом освободить их из тюрьмы (Деян 5:19−20). Затем они смело возобновили проповедование в цитадели властей — в храме (Деян 5:21). Дальнейшие угрозы синедриона (Деян 5:28) и даже избиения (Деян 5:40) не удержали апостолов от учения и проповедования Благой Вести (Деян 5:42).
Следующая вспышка преследований затронула Стефана. Этот бесстрашный и сильный проповедник сокрушил своих еврейских оппонентов в споре (Деян 6:9−10), настолько разрушив их планы, что они в конце концов организовали ложное свидетельство, чтобы говорить ложь о Стефане (Деян 6:11). Он также был поставлен перед синедрионом (Деян 6:12−15), где произнес замечательную проповедь в свою защиту и христианской Благой Вести (Деян 7:1−50). Он завершил свою речь язвительным обвинением еврейских лидеров в жестокосердном отвержении истины (Деян 7:51−53). Разъяренные, они вывели его за город и забили насмерть камнями (Деян 7:54−60).
Убийство Стефана послужило катализатором первого широкого преследования церкви (Деян 8:1). Это преследование, которое возглавлял ревностный фарисей Савл из Тарса (Деян 8:3), рассеяло Иерусалимскую церковь (Деян 8:1) и послужило распространению Благой Вести (Деян 8:4).
Дальнейшие преследования, направленные на этот раз против церковных лидеров, исходили от Ирода. Стремясь угодить еврейским властям, он убил Иакова и арестовал Петра (Деян 12:1−3). Петр был чудесным образом освобожден из тюрьмы (Деян 12:7−11), но был вынужден удалиться в другое место (Деян 12:17).
После встречи Павла с прославленным Христом на дамасской дороге он стал главным христианским благовестником. По иронии судьбы, Павел, возглавлявший когда-то преследования христиан, теперь стал самым преследуемым из них. Еврейское противодействие ему сначала возникло в Дамаске, вскоре после его обращения (Деян 9:23). Он сталкивался с преследованиями со стороны неверующих иудеев во время своих миссионерских путешествий. На острове Кипр он противостоял еврейскому ложному пророку (Деян 13:6−8). Неверующие евреи в Антиохии Писидийской, исполненные зависти, противостояли учению Павла (Деян 13:45). Павел сталкивался с враждебностью своих соотечественников в Иконии (Деян 14:2), Листре (Деян 14:19), Фессалонике (Деян 17:5 и далее), Верии (Деян 17:13), Коринфе (Деян 18:6, 12−13), Ефесе (Деян 19:9) и снова в Коринфе, когда он начал свое путешествие в Иерусалим (Деян 20:3), и после прибытия в Иерусалим (Деян 21:27 и далее).
В начале главы 23 снова говорится о преследовании Павла со стороны евреев. Как видно из предыдущей главы, Павел подвергся нападению еврейской толпы на землях храма и был жестоко избит. Лишь вмешательство римских солдат спасло его жизнь. Клавдий Лисий, командир римских сил в Иерусалиме, безуспешно пытался понять, что совершил Павел. Он позволил ему обратиться к озлобленной толпе со ступеней форта Антония. Но упоминание Павлом своего поручения перед язычниками (Деян 22:21) вызвало новую вспышку бунта. После этого Лисий решил использовать жестокий римский метод допроса (бичевание flagellum), чтобы вырвать у Павла признание. Открытие того, что Павел был римским гражданином, помешало этому, поскольку было незаконно так обращаться с римским гражданином.
Теперь совершенно растерянный и озадаченный тем, что же делать дальше, Лисий решил собрать синедрион. Поэтому «на другой день, желая достоверно узнать, в чем обвиняют его Иудеи, освободил его от оков и повелел собраться первосвященникам и всему синедриону и, выведя Павла, поставил его перед ними». Неясно, освободил ли Лисий Павла из тюремного заточения или от оков. Учитывая его тревогу из-за того, что он связал Павла, римского гражданина (Деян 22:29), скорее всего, можно предположить последнее.
Некоторые задают вопрос, имел ли Лисий полномочия, чтобы повелеть собраться первосвященникам и всему синедриону. Но это не был официальный созыв синедриона. Лисий, по-прежнему «желая достоверно узнать, в чем обвиняют Павла Иудеи», естественно, обратился за разъяснениями к наивысшему еврейскому суду. Он не выставил римского гражданина перед синедрионом для суда до определения и оценки выдвинутых против него обвинений. Это слушание не имело формальных признаков суда. Против Павла не были выдвинуты обвинения, против него не выступали свидетели. Более того, нет свидетельств, что собрание происходило на обычном месте сбора синедриона на землях храма. Лисий, выведя Павла, поставил его перед синедрионом где-то за пределами форта Антония. Римские солдаты были готовы спасти Павла (Деян 23:10), если бы ситуация снова вышла из-под контроля.
Представление Павла перед синедрионом — это пятый (и последний) случай, когда этот орган был созван, чтобы дать оценку сказанному Христом. В первый раз сам Иисус Христос предстал перед ним (Мк 14:53−65); во второй — Петр и Иоанн (Деян 4:5−22); в третий раз — после ареста всех апостолов (Деян 5:21 и далее); в четвертый раз происходил суд над Стефаном (Деян 6:12 и далее). Пять раз несравненные глашатаи Благой Вести провозглашали истину перед синедрионом, и пять раз его члены отвергали ее. Этим они не только осудили себя (Ин 3:18), но их отвержение также символизировало отвержение Мессии народом.
Синедрион (от греческого sunedrion, «совет») был правящим религиозным органом иудеев в оккупированном римлянами Израиле. Синедрион обладал абсолютной властью в вопросах, касающихся иудейского закона, его власть в гражданских делах, однако, была ограничена. Римские наместники (такие как Пилат, Феликс и Фест) и назначенные римлянами правители (такие как Ироды) обладали политическим влиянием в Израиле.
Хотя в соответствии с еврейской традицией происхождение синедриона восходит к семидесяти старейшинам, помогавшим Моисею (Чис 11:16), по сути, он возник после изгнания. После иудейского восстания против Рима 66 — 70 гг. по Р. Х.) синедрион утратил остатки своей политической власти. Удаленный из Иерусалима, он возобновил работу в Ямнии, но был вправе рассматривать лишь религиозные вопросы.
Синедрион состоял из трех основных групп. Категория первосвященников состояла из избранного на этот год первосвященника, бывших первосвященников (таких как Анна, Лк 3:2; Деян 4:6), различных должностных лиц (таких как начальник стражи, Деян 5:24) и прочих «из рода первосвященнического» (Деян 4:6). Группа старейшин состояла из священнической аристократии (представителем которой был Никодим, Ин 7:50) и богатых людей (таких как Иосиф из Аримафеи, Мк 15:43). Книжники, по большей мере вышедшие из рядов фарисеев, были экспертами в иудейском законе.
Две основные религиозные фракции доминировали в синедрионе: саддукеи и фарисеи (ср. Деян 23:6). Синедрион обладал собственными полицейскими силами (ср. Деян 5:24−26) и мог определять наказания за нарушения иудейского закона (ср. Деян 5:40). Он, однако, не обладал правом осуществлять смертную казнь (Ин 18:31), за исключением случаев осквернения храма.
Описание Лукой появления Павла перед синедрионом состоит из четырех эпизодов: столкновения, конфликта, победы, утешения.
