НОВАЯ ЖИЗНЬ В ХРИСТЕ (5:1 — 8:39)
С пятой главы начинается центральная часть письма. По мнению Р. Лонгенекера, это и есть духовный дар апостола Павла, обещанный римлянам. Главная ее тема — любовь Бога, Христос как посредник этой любви и примирение как следствие этой любви.
ЖИЗНЬ В МИРЕ С БОГОМ (5:1-11)
1 Оправданные за веру, мы теперь в мире с Богом — благодаря Господу нашему Иисусу Христу. 2 Это Он привел нас путем веры к благодатному единению с Богом, в котором мы живем. И мы гордимся надеждой на то, что будем участвовать в Славе Божьей. 3 Но не только этим. Мы гордимся и страданиями, потому что знаем: из страданий рождается стойкость, 4 из стойкости — твердость, из твердости — надежда.
5 А надежда не подведет, потому что Бог изливает Свою любовь в наши сердца — через Святого Духа, данного нам. 6 Потому что, когда мы еще были слабы, Христос умер в назначенное Богом время за нас нечестивых. 7 Вряд ли кто умрет даже за праведника (хотя, впрочем, за хорошего человека, может, кто и пойдет на смерть). 8 Но Бог показал нам всю силу Своей любви к нам, потому что Христос умер за нас, когда мы были грешниками! Мы прощены благодаря жертвенной смерти Христа — 9 тем более теперь будем спасены от гнева. 10 Ведь будучи еще врагами, мы примирились с Богом через смерть Его Сына — тем более теперь, уже примиренные, будем спасены через Его жизнь. 11 Но это не все! Мы гордимся Богом благодаря нашему Господу Иисусу Христу, через которого мы обрели примирение.
5:1 мы теперь в мире — в некоторых рукописях: «так будем в мире».
5:1 Рим 3:24,28 5:2 Еф 2:18; Еф 3:12 5:3 Иак 1:2-3; 1Пет 1:5-7 5:5 Пс 22(21):5; 25(24).20; Евр 6:18-19 5:8 Ин 3:16; 1Ин 4:10 5:9 Рим 1:18; Рим 2:5,8 5:10 Рим 8:7-8
Ст. 1 — Оправданные за веру, мы теперь в мире с Богом — благодаря Господу нашему Иисусу Христу — Этот стих подхватывает то, о чем говорилось в предыдущей главе. Греховное человечество находилось в недолжных, враждебных отношениях с Богом, отвернулось от Бога, поклоняясь не Творцу, но тварным существам, как язычники, или самодовольно кичась своей праведностью и презирая других, как евреи. Не Бог враждует с человеком, но человек восстает против Бога.
Мы — это христиане. Будучи истинными сынами Авраама, мы оправданы Богом за веру. Конечно, вера в Христа — нечто качественно иное, чем вера Авраама. Та была лишь прообразом, предчувствием, своего рода пророчеством, в то время как христианская вера есть исполнение Божьего обещания Аврааму.
Инициатором примирения выступает Бог. Некоторые «видят в этих терминах [мир и примирение] обозначение перемены, совершившейся в отношении Бога к человеку: Бог перестал враждебно относиться к человеку и стал милостив к нему... Но с этим мнением нельзя согласиться. Только у греков объектом примирения являлся бог, а субъектом человек, т. е. человек умилостивлял бога, и в силу этого бог примирял себя самого с человеком. У Апостола же Павла, напротив, не человек примиряет Бога с собою, а Бог — человека, мир водворяется в душе человека, а не Бога, потому что Бог и не мог враждовать с человеком. “Бог не враждует против нас, но мы против Него. Бог никогда не враждует (Златоуст к 2Кор V, 20)”»[52].
Мир — см. коммент. на 1:7. Отныне христиане пребывают в мире с Богом, то есть вступили с Ним в «такие отношения, при которых им больше не угрожает гнев Божий»[53]. Тема мира особенно важна, потому что она была понятна римским адресатам апостола. Павел пишет им в начале правления императора Нерона, когда тема благоденствия и мира во всей империи стала государственной идеологией и патриотическом лозунгом. Надо помнить о том, что первое пятилетия Нерона было действительно многообещающим, люди были счастливы, потому что наконец-то на троне воссел философ. А для Павла император и его чиновники не более чем слуги Бога. Лишь Он — правитель и примиритель[54]. Господь — см. коммент. на 1:4. Благодаря Иисусу Христу — дословно: «через Иисуса Христа». Посредником в этом вселенском примирении выступает Иисус Христос, Он одновременно есть посредник и жертва, скрепляющая этот великий Новый Договор о мире. «Иногда Радостную Весть представляют так, что она опасно приближается к кощунству. Особенно часто так изображают весть Павла. Иногда Евангелие представлено так, как если бы был контраст между суровым и злым Богом и кротким любящим Христом, как если бы был контраст между Богом, который желает осудить, и Христом, который желает спасти... Иногда Евангелие представляют таким образом, что как будто Иисус Христос сделал что-то, чтобы изменить отношение Бога, как будто Он переменил гнев Бога на любовь, как будто Он убедил уже поднятую Божью руку не наносить задуманный удар»[55].
Ст. 2 — Это Он привел нас путем веры к благодатному единению с Богом, в котором мы живем — Если попытаться перевести эту фразу дословно, она будет выглядеть примерно так: «через которого мы получили доступ благодаря вере к этой милости, в которой мы [сейчас] стоим». Она, конечно, очень корява, но только так можно понять образ, присутствующий в ней. Апостол использует здесь метафору доступа к монарху в его покои, куда раньше вход был воспрещен. Но теперь Христос ввел нас туда. Слово «харис» в этом контексте обозначает «(царскую) милость, благорасположение».
И мы гордимся надеждой на то, что будем участвовать в Славе Божьей — Дословный перевод: «Мы хвалимся надеждой на Славу Бога». Но так как греческий глагол может выступать здесь как в форме изъявительного наклонения, так и сослагательного в значении повелительного, возможно иное понимание: «Так давайте хвалиться надеждой на Славу Бога». Апостол сознательно употребляет слово «хвалиться», которое раньше имело отрицательное значение (2:17,23; 3:27; 4:2). Там у него был негативный смысл, потому что люди хвалились собой, своей избранностью, своей праведностью. Хвастовство в Библии есть нечто однозначно плохое. Но Богом можно и должно хвалиться. Хвалиться Богом — то же, что радоваться Ему, это форма нашего доверия к своему Творцу и Спасителю. Как говорит пророк Иеремия: «Кто хочет похвалиться, пусть похвалится Господом» (Иер 9:24). Слава Бога — см. коммент. на 3:23. Согласно еврейской традиции, первые люди до грехопадения были причастны к Божественной Славе, но лишились ее из-за того, что, нарушив волю Бога, совершили первый грех. Но сейчас эпоха Адама проходит, наступила эра Христа, и мы снова становимся причастными к Славе, можем участвовать в Божественной жизни.
Ст. 3-4 — Но не только этим. Мы гордимся и страданиями, потому что знаем: из страданий рождается стойкость, из стойкости — твердость, из твердости — надежда — Павел утверждает, что, кроме этого, у христиан есть еще одна причина для того, чтобы хвалиться. Хвалиться страданиями кажется чем-то противоестественным, но это только на первый взгляд. Это вовсе не значит, что христиане — мазохисты и сознательно стремятся к страданиям, как это делали средневековые аскеты. Во-первых, страдания — это повседневная реальность их жизни. Если даже в то время, когда Павел писал это письмо, христиан не подвергали гонениям, как это будет позже, все равно многие из них испытывали нравственные страдания из-за непонимания родных и друзей, из-за разрыва самых дорогих уз, из-за клеветы и нападок. Но это можно понимать и как страдания, связанные с апокалиптическими ужасами последних дней перед концом мира и Судом. Страдающий христианин знает, что его ждет награда от Бога. Он убежден в том, что земные страдания ничего не стоят по сравнению с теми небесными дарами, которые его ждут. Апостол сказал об этом так: «Страдания наши легки и мимолетны, а приносят они нам огромную, полновесную, вечную славу, которая многократно перевешивает страдания (2Кор 4:17). Ср. Рим 8:18; Иак 1:2-4; 1Пет 1:6-7. Христианин не боится земных невзгод, потому что в основании его жизни лежит мир с Богом. Христос сказал об неизбежности страданий Своим последователям, чтобы они шли за Ним с открытыми глазами и были готовы даже к смерти, так что, страдая, они подражают Христу.
Но, кроме того, на первый план выходит и другая идея, широко распространенная в христианской среде того времени: страдания есть испытание их веры. В древности оно часто понималось как форма божественного воспитания — в том случае, если человек сбился с пути и его нужно образумить (см. Сир 18:13; Притч 3:11-12; 2Мак 6:12; ср. Евр 12:5-11)[56]. Ср. 1Кор 9:24-25. О них много говорится в Новом Завете. Почти все 1-е Письмо Петра посвящено теме христианских страданий, где апостол объясняет их причины, их неизбежность и необходимость стойкого перенесения.
Далее Павел использует привычный для риторики прием, широко распространенный в христианской проповеди: автор выстраивает цепочку качеств, которые вытекают друг из друга (см. Прем 6:17-19, но особенно Иак 1:2-4; 2Пет 1:5-7). Из страданий рождается... — дословно: «страдания производят...» Стойкость — это качество, которое означает мужество, терпение, выносливость, непоколебимость. Твердость — практически то же, что и стойкость, это нечто прошедшее испытание, испытанность. Это метафора связана с проверкой качества драгоценных металлов, которые подвергались переплавке, чтобы удалить из них примеси и избавиться от подделок — ср. русское «проба». См. также 1Пет 1:7. Оба эти качества высоко ценились у воинов, а раннехристианские писатели и особенно Павел часто использовали военную лексику. Надежда — см. коммент. на 4:18. Казалось бы, надежда выбивается из этого ряда. Греки вряд ли бы так завершили эту цепочку. Но евреи и христиане, возлагавшие упования на Бога, видели то, что скрывается за горизонтом земной жизни.
Ст. 5 — А надежда не подведет — Когда наступит конец мира, а с ним вместе Суд Божий, нам не придется стыдиться себя и своей веры. Не подведет — дословно: «не посрамит, не разочарует, не принесет стыда, не покроет позором». Это привычный для Библии глагол, он встречается множество раз, особенно в псалмах (см. Пс 22:5 (21:6); 25(24).2-3, 20; 31(30).1; ср. Ис 28:16; Ис 50:7; Ис 54:4). Ведь люди в те времена жили в культуре стыда и чести.
Потому что Бог изливает Свою любовь в наши сердца — Так как сердце в библейской антропологии означало разум и истинную сущность человека, любовь Бога понимается как внутренний духовный опыт, воспринимаемый нами на глубочайшем уровне нашего бытия. Интересно отметить, что в Библии чаще всего говорится о том, что изливается гнев. Но Новый Завет открыл нам лицо любящего Бога, который изливает любовь. Через Святого Духа, данного нам — В Письме галатам любовь стоит на первом месте в перечне свойств единого плода Святого Духа (5:22). Святой Дух есть одновременно залог и доказательство того, что Бог нас любит. Каждому христианину даруется Святой Дух, что является знаком того, что уже занялась заря будущего Века, что исполнились пророчества Исайи, Иезекииля и Иоиля. Получив Святого Духа, христиане на собственном опыте убедились в любви к ним Бога, а это основа их спокойствия в настоящем и уверенности в будущем. В библейской традиции любовь понимается не как эмоция. Любовь Бога к человеку означает защиту и спасение, это деятельная любовь, имеющая целью дарование нам вечной жизни вместе с Ним. О Святом Духе тоже часто говорится, что он изливается (см. особенно Иоиль 36:28-29, а также Деян 2:17-18, 33; Тит 3:6). По мнению Джеймса Данна, употребление этого глагола свидетельствует о том, что апостол не стремится к четкому различению между даром Святого Духа и излиянием Божьей любви.
Некоторые комментаторы предполагают, что дар Святого Духа в терминологии Павла означает христианское крещение, но вряд ли апостол имел в виду именно это.
Ст. 6 — Потому что, когда мы еще были слабы, Христос умер в назначенное Богом время за нас нечестивых — В этом стихе (и в последующих ст. 8 и 9) Павел объясняет, как именно Бог стал инициатором примирения. Он любил нас и тогда, когда мы были слабыми. Это слово призвано указать на естественную человеческую слабость в сравнении с силою Бога (см. также 8:26; 1Кор 15:43; ср. Прем 9:5). Мы, будучи грешниками, не были способны сделать что-либо, заслуживающее вечности. Любовь Бога проявилась в том, что Он отдал за нас на смерть Своего собственного Сына. Он полюбил нас еще тогда, когда мы как объекты любви были весьма непривлекательны, мы ее не заслуживали, будучи нечестивыми. Христос умер в назначенное Богом время — то есть в эсхатологическое время, когда подходит к концу этот век (см. также коммент. на 5:3).
Ст. 7 — Вряд ли кто умрет даже за праведника (хотя, впрочем, за хорошего человека, может, кто и пойдет на смерть) — Апостол поправляет себя. Все-таки в человеческой истории известны случаи, когда человек отдавал свою жизнь за дорогого и близкого ему человека, за друга. Ведь даже грешник иногда способен на нравственный подвиг. Но такие случаи исключительны. Более характерно для евреев то понимание, которое было высказано в Сир 12:1-7: «Если делаешь добро, знай, для кого оно, и за твою доброту будет тебе благодарность. Делай добро набожному, получишь воздаяние, если не от него, то от Всевышнего... Дай набожному, но не помогай грешнику, делай добро смиренному, но не давай нечестивцу... Дай хорошему, не помогай грешнику». Интересно, праведник и хороший человек — это синонимы или Павел говорит, что за хорошего человека кто-нибудь готов пожертвовать жизнью, но не за праведника? Ведь известно, какими не очень приятными людьми могут быть иные праведники... Тем более, что в те времена праведниками обычно назывались люди, строго соблюдавшие Закон Моисея.
Ст. 8а — Но Бог показал нам всю силу Своей любви к нам, потому что Христос умер за нас, когда мы были грешниками! — Апостол повторяет мысль, высказанную в ст. 6. Слабые и нечестивые здесь названы грешниками.
Ст. 8б-9 — Мы прощены благодаря жертвенной смерти Христа — тем более теперь будем спасены от гнева — Павел применяет аргумент, который в логике называется a fortiori, а по-еврейски каль-ва-хо́мер («легкое и тяжелое»). Если Бог дал нам высшее доказательство Своей любви на Голгофе, если мы благодаря смерти Христа уже здесь и сейчас прощены Богом, то тем более Бог простит нас — уже оправданных, примиренных и получивших дар Святого Духа, который преображает нашу жизнь. Прощены — буквально: «оправданы». Некоторые толкователи предпринимали попытки увидеть разницу в понятиях оправдания и примирения, но сейчас все большее количество ученых склоняется к мысли, что разные слова употреблены скорее в стилистических, чем в богословских целях. См. экскурс Оправдание.
Будем спасены — Если раньше апостол употреблял прошедшее время, указывая на уже свершившиеся события, о спасении он говорит в будущем времени, потому что Суд ожидает нас всех в будущем, когда первые могут стать последними, а последние первыми (Мф 19:30; Мк 10:31). В 1-м Письме коринфянам Павел употребляет причастия настоящего времени: «спасаемые» и «погибающие» (см. 1Кор 1:18). Бог дает шанс на спасение всем, но человек свободен и может отказаться от него. Кроме того, спасение — не единовременное событие. Прав У. Баркли, говоривший о том, что «процесс спасения продолжается и никогда не заканчивается, пока мы не увидим Его лицом к лицу и будем такими, как Он»[57].
«В этой фразе апостола мы вновь видим указание на процесс оправдания-спасения. Оно начинается смертью Христа, когда мы были грешниками, но теперь оно продолжается жизнью Его, жизнью Его в нас и среди нас. Его сила и благодать освящают верующего человека, очищают от греха и делают праведным, все более и более вводя человека в присутствие Божие, облекая в славу Божию»[58]. Благодаря жертвенной смерти — дословно: «Его кровью». Так как в Библии кровь считается носительницей жизни, то пролитием крови называлась всякая смерть, даже бескровная. Кровь Христа — это в Новом Завете всегда Его жертвенная искупительная и заместительная смерть. Гнев — это обвинительный приговор Бога на последнем Суде, недаром в 2:5 День Суда назван Днем гнева.
Ст. 10 — Ведь будучи еще врагами, мы примирились с Богом через смерть Его Сына — тем более теперь, уже примиренные, будем спасены через Его жизнь — Слабые, нечестивые (ст. 6) и грешники (ст. 8) теперь названы врагами Бога. Апостол употребляет ряд синонимов, делая каждый последующий еще сильнее и выразительнее, так что получается крещендо. «Бог не стал ждать, когда мы сделаем первый шаг к Нему, но Сам в акте чистого милосердия дал нам способ восстановить отношения с Ним»[59]. Если мы были прощены и примирены с Богом через смерть Христа, то, прощенные и примиренные, мы уже сейчас причастны к Его жизни, живем в Христе. Оправданный и примиренный с Богом грешник уже не сможет оставаться во власти греха, ведь «мы для греха умерли!» (6:2).
Ст. 11 — Но это не все! Мы гордимся Богом благодаря нашему Господу Иисусу Христу — Стих 11 завершает эту часть письма. Мы хвалимся Богом, хотя мы живем во времена, для которых характерны страдания и беды. Если в 2:17 подвергались критике те, кто хвалился Законом и Богом, здесь наша гордость Богом объяснима, потому что на Голгофе мы увидели любящий лик Бога. Наш Господь — посредник во всем, что делает Бог. И мы благодарим Бога и хвалимся Им тоже через посредничество Иисуса Христа. Через которого мы обрели примирение — см. ст. 5:10.
АДАМ И ХРИСТОС (5:12-21)
12 Итак, грех вошел в мир через одного человека, а с грехом смерть; и так смерть перешла на всех людей, потому что все согрешили. 13 И до того, как был дан Закон, грех был в мире, но там, где нет Закона, грех не ставится в вину. 14 Но и от Адама до Моисея смерть царила — даже над теми, кто сам не согрешил грехом Адама.
Адам — прообраз Другого, Того, кто должен был прийти. 15 Но преступление Адама нельзя равнять с Божьим даром. Из-за преступления одного человека погибло множество людей. А Божий дар — Его дар многим через одного Человека, Иисуса Христа — неизмеримо больше. 16 Дар Бога нельзя равнять с грехом одного человека: единственная вина — и обвинительный приговор, множество преступлений — и благодатный дар полного оправдания.
17 Ведь если из-за одного преступления, совершенного одним человеком, воцарилась смерть — тем более, благодаря одному Человеку, Иисусу Христу, будут жить и царствовать с Богом те, кто получил щедрый дар Божьей доброты, дающей оправдание. 18 Действительно, как преступление одного принесло осуждение всем людям, так и праведное деяние одного избавляет от вины всех людей и дарует им жизнь.
19 Если неповиновение одного сделало множество людей грешниками, то повиновение одного сделает множество людей праведниками. 20 Закон пришел, чтобы увеличить преступления. Но где возрос грех, там во много раз больше возросла Божья доброта, 21 и как грех воцарился, принеся с собой смерть, так и Божья доброта воцарится, чтобы избавить нас от вины и дать вечную жизнь через Иисуса Христа, Господа нашего.
5:12 перешла на всех людей — в некоторых рукописях: «пришла ко всем людям». 5:17 дар полного оправдания — в ряде рукописей: «дар и полное оправдание».
5:12 Быт 2:17; Быт 3:6,19; Рим 6:23 5:13 Рим 4:15 5:14 1Кор 15:21-22,45 5:18 1Кор 15:22 5:19 Ис 53:11 5:20 Рим 4:15; Рим 7:8; Гал 3:19 5:21 Рим 6:23
Этот отрывок, по мнению многих, представляет собой завершение вводной части письма (1:18 — 5:11). Здесь Павел переходит от описания катастрофического состояния человечества к Божественному исцелению, к роли Закона в Божьем замысле, к будущей надежде верующих. Если в предыдущей части акцент был на вине за грех и на осуждении, то текст 5:12 — 8:39 имеет дело со свободой от силы греха. Новая жизнь в Христе побеждает грех. Христианское богословие, начиная с Августина, было сосредоточено на ст. 12-14 как базисе для теории первородного греха, но апостол Павел гораздо более заинтересован в том, что он излагает в ст. 15-21. Отрывок имеет хиастическую[60] форму, в центре которого ст. 17. Ст. 18-19 указывают на сходство поступков. Павла интересуют не сами личности, но то, что они сделали. Тема, которой посвящен этот отрывок, не нова для апостола. Он уже высказал ее, причем в гораздо более краткой форме, в 1-м Письме коринфянам: «Потому что как смерть пришла через человека, так и воскресение мертвых — через человека. И как все, сопричастные Адаму, умирают, так и все, сопричастные Христу, будут возвращены к жизни» (15:21-22).
Ст. 12 — Итак, грех вошел в мир через одного человека, а с грехом смерть — Павел неоднократно говорил и в последующих главах этого письма будет продолжать говорить о грехе. Но сейчас он возвращается ко времени возникновения греха, к самым его истокам. Это рассказ Книги Бытия о том, как первый человек Адам проявил непослушание и нарушил волю Бога, сорвав плод с древа познания добра и зла[61], потому что пожелал стать «как Бог». Эта история была хорошо известна адресатам Павла, поэтому он ее не пересказывает в деталях. Для апостола грех — некая могущественная темная сила, почти персонифицированная, на это указывает и глагол «вошел». Грех понимается Павлом не только как дурной поступок, но и как неверная ориентация жизни. Грех пронизывает все бытие человека, потому что человек родился в мир, окутанный грехом, словно паутиной. Грех, совершенный Адамом, часто называется «первородным», то есть первым, из которого проистекают все остальные греховные поступки. Мир — здесь в значении «человечество». Имя первого человека — Адам, что по-еврейски значит и «человек», и «человечество». Это важно для понимания дальнейшего текста. Современные Павлу еврейские богословы считали, что речь идет именно о человечестве, потому что Адам, по их мнению, был создан из земной пыли, собранной со всех четырех сторон света, а это свидетельствует о единстве всего человечества в Адаме. «Тело» Адама, таким образом, включало в себя всех людей[62]. Правда, были и другие объяснения того, как возник грех[63]. Кроме того, Павлу важно подчеркнуть, что Адам — один человек, потому что в этом отрывке апостол проводит параллель между двумя отдельными личностями — между Адамом и Христом. Павел не обсуждает источник возникновения греха, он лишь указывает на факт греха. Возможно, он разделяет еврейскую идею корпоративной солидарности: Адам представляет все человечество.
Итак, смерть непосредственно связана с грехом. У некоторых современников Павла было мнение, что первые люди были бессмертны, но совершенный ими грех отнял у них бессмертие. Интересно отметить, что в Книге Мудрости Соломона причиной смерти является дьявол: «смерть вошла в мир по зависти дьявола» (2:24; ср. 2Кор 11:3).
И так смерть перешла на всех людей — Грех отделил человека от Бога непреодолимым барьером и принес ему смерть, которая перешла на всех потомков Адама. Есть споры о том, как следует понимать эту смерть — как физическую или духовную. Вероятно, имеется в виду и то, и другое: это и отпадение от Бога (духовная смерть), и наказание за грех (физическая смерть). Что есть смерть? Жизнь — это соединение четырех отношений: а) с Богом; б) с другими людьми; в) с природным миром; г) с самим собой. Смерть — это нарушение или потеря этой целостности. В Быт 3:8 рассказано, что после грехопадения люди прячутся от Бога, так что нарушена первая связь. Люди осознали себя нагими, и это означает, что нарушена связь с себе подобными. Нарушение первыми людьми воли Бога навлекает проклятие на землю и на рожающую женщину: нарушена связь с природой. В Быт 3:10 человек говорит Богу, что он боится, ему стыдно своей наготы: нарушена связь с самим собой. И, как вершина всего, людей постигает физическая смерть. И так то есть смерть вошла не через Адама, а через грех.
Потому что все согрешили — Апостол объясняет, почему грех и смерть, войдя в мир через одного человека, распространились на всех. Это один из самых трудных и спорных текстов, предмет горячих дискуссий со времен раннего христианства и до наших дней. Споры идут о точном значении греческого сложного союза «эф хо», и в зависимости от его значения изменяется и перевод. Есть самые разные точки зрения, но наиболее распространенными из них являются три. 1) Согласно первой, союз следует переводить «в котором». Она принадлежит Августину, считавшему, что грех передается через сексуальный акт и зачатие. Поскольку в Адаме содержится семя всех его потомков, все люди наследуют грех и смерть, говоря современным языком, на генетическом уровне, и грех становится как бы «биологическим фактором» (ср. Евр 7:10). Люди унаследовали от Адама его испорченную греховную природу. Это мнение было длительное время распространено в западной Церкви. Тогда перевод будет: «в котором [Адаме] все согрешили». 2) Иоанн Златоуст и некоторые другие (например, Иоанн Дамаскин) понимали этот союз как союз причины, отсюда перевод: «потому что все согрешили». 3) Некоторые восточные Отцы Церкви видели здесь следствие: «так что все согрешили». Кстати, в греческой литературе, например, у Плутарха, у этого союза тоже следственное значение. «Возможно, Павел рассматривает общность нашего с Адамом греха в “юридическом” смысле: Бог наделил грех Адама представительским правом, и потому он засчитывается как грех всех людей и является причиной их смерти»[64]. Хотя споры не окончены, все же подавляющее большинство современных исследователей полагает, что наиболее верным является причинное значение союза. Тем более что в письмах Павла встречается этот союз еще несколько раз и всюду имеет значение причины (2Кор 5:4; Флп 3:12; Флп 4:10).
Еще еврейские богословы, современники Павла, утверждали, что люди умирают не из-за греха Адама, а по причине своего собственного. Вот что говорится в апокрифическом Апокалипсисе Варуха: «Потому что, хотя Адам согрешил первым и навлек смерть на всех тех, кто жил в его время, все же... каждый, кто был рожден от него, приготовил сам для себя грядущий гнев. Адам, следовательно, не причина, разве только для себя, но каждый из нас становится своим собственным Адамом» (2Вар 54:15,19). Павел тоже не объясняет, как адамов грех «повторен» каждым, но подразумевает это. В любом случае для Павла важно, что все люди — грешники и в силу своего происхождения от Адама приговорены к смерти. Такова безутешная ситуация, в которой находилось человечество до прихода Христа.
Павел не пересказывает историю падения, не упоминает ни о Змее, ни о Сатане, не объясняет, почему Бог позволил греху войти в мир. Важно одно: грех и смерть вторглись в мир, они не часть сотворенного Богом мира. Грех и смерть не естественные вещи, поэтому Бог хочет вернуть вселенную к тому порядку, который был Им для нее задуман. Смерть — это враг (1Кор 15:26). Смерть не непобедима, ведь Павел знает о воскресении Иисуса. После греха Адама смерть стала характерным признаком человеческого бытия, так что даже человек, идеально исполнявший Закон, умирал. Когда явился Закон, он не смог одолеть эту ситуацию, напротив, он ухудшил ее, грехи теперь стали преступлениями.
Этот стих не завершен, он обрывается. Надо помнить, что апостол не писал свои тексты, а диктовал, так что здесь одна мысль незаметно сменила другую и предложение осталось незаконченным. Оно будет продолжено в ст. 18.
Ст. 13 — И до того, как был дан Закон, грех был в мире — Хотя Закон был дан Моисею лишь спустя множество столетий (согласно еврейской традиции — через три тысячи лет), казалось бы, в отсутствие Закона нет и его нарушения (см. 4:15 и комментарий). Но грех, совершенный Адамом и каким-то образом унаследованный его потомками, все равно существовал.
Но там, где нет Закона, грех не ставится в вину — Этот стих представляет собой настоящую загадку. Если грех не ставится в вину, почему тогда существует смерть? Может быть, мысль очень проста: греша, люди не понимают, что их проступок является нарушением Закона, потому что он не существует. В 1:18-21 апостол говорил о том же: язычники, не имеющие Закона, все равно повинны смерти за свое поведение. Пока не было Закона, грех не считался преступлением, но это не значит, что Бог игнорировал грех. Ведь был и потоп, и уничтожение Содома. Возможно, Павел имеет в виду существовавшее в еврейской традиции деление греха на сознательный и несознательный, то есть совершенный по неведению. Филон Александрийский говорит очень похожую вещь: «Пока Божественный Разум не вошел в нашу душу, все ее дела были свободны от вины».
Ст. 14а — Но и от Адама до Моисея смерть царила — даже над теми, кто сам не согрешил грехом Адама — Следовательно, невзирая на то, что не все грешили точно таким же грехом, как Адам, и что еще не существовало Закона, люди все равно находились во власти смерти. Это подчеркнуто глаголом царила. Смерть воспринимается как некое одушевленное существо, обладающее колоссальным могуществом. От Адама до Моисея — то есть и в тот период, когда Закона не было. Казалось бы, ситуация, в которой находится человечество, безнадежна. «Причиной краха старого творения, как и старого человека, Адама, был грех. Грех никогда не мог быть частным делом, он разлагал весь народ, который состоял из людей, рожденных вне истинных отношений с Богом, и был осужден постоянно ухудшать эти взаимоотношения, вне зависимости от того, игнорировали ли они их бездумно или из эгоистических соображений старались исправить. Людей можно уподобить планетам, сдвинутым с центра своих орбит. Они, вероятно, уже не могли держаться верного курса. Чем больше они стремились к жизни для себя, тем больше они покидали Бога и погружались в смерть. Их участь могло бы изменить лишь новое творение, с самого начала»[65].
Ст. 14б — Адам — прообраз Другого, Того, кто должен был прийти — В библейской традиции было широко распространено представление о том, что какие-то личности или события прошлого предвозвещают, указывают на будущее, а иногда повторяются на более высоком уровне[66]. Это синонимические прообразы. Например, прообразами Христа могут выступать Авель, Исаак, Давид и другие. Но бывает и наоборот, когда личности могут быть противоположными, и тогда их можно назвать антонимическими прообразами, или антитипами. В данном случае между Адамом и Христом есть сходство, заключающееся в том, что оба они — родоначальники своих эпох (век Адама и век Христа); каждый из них сыграл решающую роль в судьбе тех, кто им принадлежит. Но они одновременно и противоположности, о которых будет говориться дальше. Так как человеческое состояние не есть результат постепенного ухудшения, но причина деградации — событие, случившееся на заре человеческой истории, то преображение этого состояния требует преодоления того, что случилось в начале. Нужно уничтожить саму причину греха. Именно поэтому Адам назван прообразом Того, кто должен прийти. Это Христос.
Это предложение может быть понято по-иному: «[грехом Адама], который есть прообраз будущего».
Ст. 15 — Но преступление Адама нельзя равнять с Божьим даром — Начиная с этого стиха, Павел использует риторический прием «от малого к большому» (см. коммент. на 3:19). Он показывает, что Бог не просто прощает грех, но дарует людям неизмеримо больше. Божья мера иная, чем человеческая. Из-за преступления одного человека погибло множество людей — Деяния и последствия деяний Адама и Христа противоположны. Поступок Адама — это преступление, навлекшее бедствия и смерть не только на него, но и на все человечество. Грех и смерть поразили множество людей — Это не значит, что кто-то из людей сумел избежать смерти, речь идет обо всех. Но в семитских языках слова «многие, множество» употреблялись в инклюзивном («включающем») значении, обозначая множество безотносительно к количеству, а не в эксклюзивном («исключающем») значении, как в русском и в других европейских языках, где слово «многие» подразумевает «но не все» (ср. Мк 10:45).
А Божий дар — Его дар многим через одного Человека, Иисуса Христа — неизмеримо больше — Если с Адамом связываются грех — осуждение — смерть, то с Христом праведность — оправдание — жизнь, а это дар Бога (см. 3:21-26). Многим — то же, что «множеству» (см. выше). Павел называет Христа Человеком, противопоставляя Его первому человеку Адаму. Апостол не хочет употреблять семитизмы, не понятные большинству его римских адресатов, иначе он назвал бы Иисуса Сыном человеческим. Ведь это словосочетание, означающее «человек», постоянно употреблял Иисус по отношению к себе.
Ст. 16 — Дар Бога нельзя равнять с грехом одного человека: единственная вина — и обвинительный приговор, множество преступлений — и благодатный дар полного оправдания — Здесь повторяется содержание предыдущего стиха, но объясняется, что именно означает «неизмеримо больше». Если единственное преступление Адама повлекло за собой множество преступлений его потомков и обвинительный приговор в виде физической и духовной смерти, то через Христа Бог даровал грешникам полное оправдание. Новая жизнь в Христе побеждает грех Адама.
Ст. 17 — Ведь если из-за одного преступления, совершенного одним человеком, воцарилась смерть — тем более, благодаря одному Человеку, Иисусу Христу, будут жить и царствовать с Богом те, кто получил щедрый дар Божьей доброты, дающей оправдание — Апостол понимает, что возвышенное богословие, которое он здесь излагает, трудно воспринять обычному человеку. Поэтому он, как хороший педагог и психолог, вновь и вновь повторяет одну и ту же мысль, слегка варьируя ее и уточняя. Щедрость Божьего дара апостол испытал на собственном опыте. Ведь на дамасской дороге он не только был прощен в силу Божьей доброты, но и получил дар апостольства. Так и люди, поверившие в Христа и полностью положившиеся на Бога, получат неизмеримо больше, чем просто прощение: они будут жить и царствовать вместе с Богом. Бог не только возвращает человеку потерянный им Рай, но делает его соправителем Бога. Недаром существует богословское понятие «обо́жение».
Ст. 18 — Действительно, как преступление одного принесло осуждение всем людям, так и праведное деяние одного избавляет от вины всех людей и дарует им жизнь — Если в предыдущих стихах Павел употреблял слово «множество», то теперь он говорит обо всех людях (см. коммент. на ст. 15). Конечно, речь идет не о том, что абсолютно все будут спасены вне зависимости от их желания и выбора. В ст. 17 ясно сказано, что это те, кто получил дар Божьей доброты. Бог предлагает спасение всем, но не все принимают его и отвечают на Божье предложение верой. Но мысль апостола сосредоточена здесь не на том, кто будет спасен, а кто нет. Ему важно показать, что Христос — истинный образ Бога, и Адам должен был бы быть таким же, но он потерял все, совершив грехопадение. Для Павла самое важное в его рассуждениях — это солидарность всех с тем, кто является представителем эпохи. В эпоху Адама все адамовы, в эпоху Христа все получили возможность принадлежать Христу. Жизнь — это вечная жизнь вместе с Богом. В ст. 18-19 видна параллельная структура.
Ст. 19 — Если неповиновение одного сделало множество людей грешниками, то повиновение одного сделает множество людей праведниками — Апостол объясняет, в чем различие между Адамом и Христом. Первый проявил неповиновение воле Бога, он сам захотел стать как Бог, то есть стал богоборцем. Будучи творением, он противопоставил себя Творцу. Христос же, будучи Сыном Божьим, проявил сыновью любовь тем, что исполнил волю Отца, взойдя даже на крест. Это и значит повиновение. Повиновение, или послушание — одно из самых важных слов в богословии апостола (см. коммент. на 1:5). Об этом Павел скажет в более позднем письме так: «Он, по природе Бог, не держался за равенство с Богом, но добровольно лишился всего, приняв природу раба и человеком родившись. Он был во всем человеку подобен, но еще больше себя умалил и так был послушен, что принял и смерть саму — смерть на кресте» (Флп 2:6-8). Люди, жившие и живущие «в Адаме», получили грех и смерть, но тот, кто соединился с Христом, кто, обретя веру, живет «в Христе», тот получает то же, что и Христос. Значит ли это, что поверивший человек автоматически становится праведником? Апостол, конечно, снова напоминает нам об Аврааме, веру которого Бог признал за праведность. Но вера в Христа неизмеримо выше и глубже веры Авраама, который является лишь прообразом верующего.
Очень многие люди, называющие себя верующими, искренне убеждены в том, что вера — это некое знание, например, о том, что Бог существует. И дальше этого их вера не идет. Но вера в библейском смысле (и в павловом тоже!) означает верность и преданность своему Господу и желание следовать Ему во всем. Христиане должны быть святы, как свят Бог. Они освободились от власти греха. Конечно, никто еще не совершенен, но верующий уже перестал быть рабом у греха. Об этом апостол будет подробно говорить в следующей главе письма. Но есть и дополнительный оттенок: праведниками в еврейской традиции назывались только евреи, соблюдавшие Закон. В новую эпоху, когда Закон изжил себя, все люди, включая язычников, могут стать праведниками.
Ст. 20 — Закон пришел, чтобы увеличить преступления — Апостол снова возвращается к теме Закона, что показывает, как важна эта тема для его богословия. Кроме того, и этот стих — один из самых трудных и спорных в письме. См. также коммент. на 4:15. Закон пришел — Подобно греху и смерти, Закон тоже не часть творения, но вошел во вселенную позже. Чтобы увеличить преступления — Возможно иное истолкование, ведь греческий союз «хи́на», который обычно вводит придаточные предложения цели, в языке этого времени начинает приобретать также значение следствия (есть много примеров такого употребления в греческой литературе и в Новом Завете). Таково, например, понимание и в синодальном переводе («таким образом»). Тогда смысл отчасти меняется: «так что преступления умножились». В этом случае апостол констатирует результат, а не цель.
Но все же большинство толкователей придерживаются мнения, что апостол говорит о цели Закона. Что Павел имеет в виду? Одни комментаторы отвечают на этот вопрос так: людям всегда сладок и желанен запретный плод; когда Закон запрещает что-либо, у человека появляется желание нарушить приказ и получить запретное. Так думали и некоторые Отцы. В своей «Исповеди» Августин рассказывает о том, как он подростком лазил в чужие сады воровать груши, хотя в его собственном саду груши были даже лучше. А вот что говорит Ориген: Закон «продвигает похоти плоти и ведет людей пленными, склоняя их к желаниям и излишествам, так что грех изобиловал в них». С ним согласен и Августин: через Закон «грех возрастает, потому что желание становится более жгучим в свете запрета. Теперь грех искушает нас, но не контролирует. Хотя грех потерял свою власть над нами, мы часто впадаем в грех, он не утратил свою силу обмана. Он все же лев рыкающий». До некоторой степени мысль о соблазнительном характере запретного верна. Но вряд ли нормальный человек возжаждет воровства или убийства только потому, что они запрещены.
Вторая точка зрения такова: до появления Закона многие люди не знали, что своими поступками они нарушают Закон, но теперь, когда они об этом узнали, получилось так, что количество того, что стало называться преступлениями, возросло. То есть Закон не только не справился с тяжким положением, в котором находилось человечество, но еще усугубил его, потому что теперь грехи стали преступлениями. Нарушение Закона усиливает грех, делая его сознательным нарушением воли Бога.
Но возможна и иная точка зрения. Во-первых, число грешников увеличилось потому, что таковыми стали считаться все язычники, которым не было дано Закона. Во-вторых, даже самые благочестивые люди, строжайшим образом соблюдавшие все заповеди (а к таким, несомненно, относился Савл-Павел), могли, сознательно или бессознательно, гордиться тем, что Бог дал им Закон, и презирать всех тех, у кого Закона или не было (язычники), или кто недостаточно, по их мнению, его соблюдал. То есть они полагались не на Бога, а на Закон (см. 2:17). А это грех законничества, который постоянно обличал Иисус во время Своей земной жизни.
Кроме того, и в Ветхом, и в Новом Завете есть идея, трудно постигаемая современными людьми. Это идея ожесточения. Некогда Бог ожесточил фараона, чтобы тот не отпускал народ Израиля (Исх 10:27; ср. Рим 9:17-18). Возможно, целью Закона было такое же ожесточение, после которого люди осознают необходимость спасения, недостаточность собственных усилий для его достижения и понимание того, что все люди, включая язычников, дети Божьи, которых Бог любит. Евреи и язычники — все от Адама и в силу этого грешники. И все, кто придет к Богу с ясным пониманием этого, будут Им прощены благодаря смерти Иисуса Христа.
«Павел ясно дает понять, что он имеет в виду, говоря о соблюдении Закона и о нарушении Закона. Можно пренебречь таким важным требованием, как обрезание, и исполнять Закон; можно соблюдать букву Закона, включая обрезание, — и преступать Закон. Это не раввинистический и никакой иной вид ортодоксального иудаизма. Новое христианское убеждение Павла в том, что Иисус, которого Закон отверг, распял и проклял, есть воскресший Господь на небесах, привел его к переоценке религии и в частности Закона, являвшегося фундаментом его собственной национальной религии, — к переоценке гораздо более радикальной, чем она иногда воспринимается. У него не только новая вера и новое богословие. В их свете он пришел к заключению, что старая вера — Ветхий Завет и иудаизм — значит нечто иное, чем все то, что он раньше о ней думал. Она не была закрытой системой, самодостаточной, требующей только строгого и беспрекословного подчинения. Тем, у кого есть глаза, чтобы видеть, она указывала вперед — на Христа и на Евангелие... То, что Павел верил, что евреи-нехристиане заблуждаются в чем-то очень важном, очевидно. Но равным образом очевидно и то, что он продолжал считать их своими сородичами и жаждал их спасения (9:1-3; 10:1). Он был менее терпим к тем, кто пытался извлечь выгоду из того и другого и использовать обе веры. Он был истинным радикалом»[67].
Но где возрос грех, там во много раз больше возросла Божья доброта — Новая жизнь в единении с Христом делает то, чего не смог сделать Закон: она побеждает адамов грех и смерть. Недаром в этом отрывке апостол постоянно употребляет слова «щедрый дар» (буквально: «изобилие дара»). Этим он подчеркивает, что Бог всегда поступает парадоксально: Он прощает грешников вместо того, чтобы их уничтожить, Он дает не «мерой», а неизмеримо больше, чем может представить себе человек.
Ст. 21 — И как грех воцарился, принеся с собой смерть, так и Божья доброта воцарится, чтобы избавить нас от вины и дать вечную жизнь через Иисуса Христа, Господа нашего — Этот стих обобщает все то, что было сказано апостолом выше. Эпоха Адама, которую можно было бы назвать эпохой царствования греха и смерти, сменится царством вечной жизни. Божья доброта — см. экскурс Божья доброта. Все это делает Бог через Иисуса Христа, Господа нашего. Именем нашего Господа будут заканчиваться также шестая, седьмая и восьмая главы.
Примечания
[52] Толковая Библия, т. 3, с. 439.
[53] Новый Библейский Комментарий, часть 3, с. 410.
[54] D. Georgie. «God Turned Upside Down — Roman Missionary Theology and Roman Political Theology» in Paul and Empire.
[55] W. Barclay. The Mind of Paul, p. 40.
[56] Похожее высказывание есть у Платона (Государство, 380а-в.) Особенно часто говорили о страданиях стоики, рассматривая страдания как своеобразную тренировку, которая помогает приобрести силу, стойкость, выносливость и вырабатывает характер. Об этом говорил, например, знаменитый философ-стоик Сенека. Эпиктет же сравнивал страдания с подготовкой атлетов и говорил, что нельзя стать олимпийским чемпионом, не пролив пота.
[57] У. Баркли. Толкование Послания к Римлянам, с. 87.
[58] В. Лапшин. Читая апостола Павла: Послание к Римлянам, с. 116-117.
[59] Новый Библейский Комментарий, часть 3, с. 411.
[60] Хиастическая — от слова «хиазм», которое образовано от названия греческой буквы «хи». Хиазм — риторическая фигура, вид параллелизма, при котором два (или больше) параллельных члена расположены в обратном порядке, например, в стихотворении: а б б а.
[61] Словосочетание «добро и зло» означает «все».
[62] J. A. Fitzmyer. Romans, р. 412.
[63] В еврейской традиции виновником падения человечества считался Адам, лишь в позднейшее время заговорили и о Еве, иногда делая ее единственной виновницей (ср. Сир 25:24; Прем 2:24; 2Вар 54:19; 1Тим 2:14). Правда, иногда первым грехом объявлялась похоть сынов Божьих, падших ангелов (Быт 6:1-4). Здесь Ева не упомянута, потому что Адам — представитель всего человечества.
[64] Новый Библейский Комментарий, часть 3, с. 412.
[65] С. К. Barrett. A Commentary on the Epistle to the Romans, p. 111.
[66] Существовал метод толкования Священного Писания, называвшийся типологией (от греч. «тю́пос» — «тип, прообраз»). Прообразы (личности, события, ситуации, изречения и т. п.), запечатленные в одних книгах Библии, толкуются как символы, указывающие на личности и события в других книгах Библии. См. А. Мень, Библиологический словарь, т. 2, с. 499.
[67] С. К. Barrett. The Epistle to the Romans, p. 195.