„О Тир! Ты говоришь:
„Я — корабль величавый!“[3]
Пределы твои
далеко простираются в море,[4]
лучше прежнего украсили тебя зодчие.
На борта твои
пошли сенирские кипарисы,
а на мачту —
ливанский кедр.
Из дубов башанских
сделали тебе весла,
палубу — из кипрского самшита[5]
и слоновой кости.
Разноцветные египетские ткани
стали тебе парусами —
они же и флагами тебе служили,
а из голубого и пурпурного полотна
с побережья Элиши
сшили тебе полог.
Жители Сидона и Арвада
служили у тебя гребцами,
а кормчими твоими
были искусные тирские мореплаватели.
Были у тебя
опытные мастера из Библа,[6]
те, что швы твои конопатили.[7]
Стекались к тебе
все морские корабли с мореходами,
чтобы вести с тобой торговлю.
В войске твоем
служили персы, лидийцы и ливийцы,
свои щиты и шлемы
развешивали они на стены твои,
придавая тебе величие.
Воины[8] Арвада и Хелеха[9]
стерегли твои стены,
а на башнях стояли
дозорные из Гаммада.
Развешивали они
свои малые щиты по стенам,
лучше прежнего украсили тебя.
Переполнены и загружены были
хранилища твои
посреди морей.[14]
И вот гребцы твои вывели тебя
в открытое море,
но вихрь с востока погубит[15] тебя
посреди морей.
Твое богатство, твои товары,
твои грузы,
твои корабельщики и кормчие,
те, кто твои конопатил швы
и кто торговал твоим товаром,
и все воины,
а с ними и всё полчище
находящихся с тобой —
все сгинут посреди морей
в день твоего падения!
От вопля твоих кормчих
содрогнутся окрестности городов,
сойдут на сушу со своих кораблей
все гребцы,
морские корабельщики и кормчие
и во весь голос о тебе зарыдают,
посыпая прахом головы,
заплачут горько,
бросившись наземь.[16]
В знак траура обреются они наголо,
в рубище облачатся
и от глубокой скорби зарыдают о тебе
горьким плачем.
В неутешном горе они сложат о тебе
погребальный плач:
„Кто подобен Тиру,
уничтоженному среди моря?
Когда с морей прибывали твои товары,
насыщал ты многие народы.
Великое твое богатство, твоя торговля
обогащали земных царей.
А теперь ты в глубине вод,
штормом[17] разбит,
товары твои и полчище твое
вместе с тобой утонули!“
Ужаснулись твоей участи
все жители побережий,
содрогнулись цари,
страх исказил их лица.
Иноземные торговцы заохают,[18]
заслышав о тебе:
страшна твоя участь,
ты сгинул навеки!“»