1 Как людям, знакомым с законом, конечно, известно вам, братья, что закон над человеком властен, покуда тот жив?
2 Замужняя женщина, скажем, с живым только мужем законом связана; когда же супруг умирает, она от закона, который привязывал ее к мужу, освобождается.
3 Если при живом еще муже сойдется она с другим мужчиной,[1] то будет считаться прелюбодейкой. Но если умрет ее муж, она с ним законом не связана[2] больше и, выходя за другого замуж, не нарушает тем самым супружеской верности.
4 Так и вы, братья мои, смертью тела Христова стали «мертвы» для претензий Закона; и ныне вправе принадлежать Другому — Тому, Кто из мертвых был воскрешен, дабы впредь приносить нам плод Богу.
5 Когда мы жили по плоти,[3] нашим телом владели греховные страсти, возбуждаемые Законом,[4] и мы приносили свой плод смерти.
6 Ныне же умерли мы для Закона, которым были связаны, от него мы свободны, и потому теперь мы в новом служении, служении по Духу,[5] а не так, как встарь, по букве.
7 Что же скажем: греховен Закон?[6] Вовсе нет! Но если бы не Закон, я бы даже не знал, что такое грех. Я не знал бы желания, если бы Закон не говорил: «Не пожелай».[7]
8 Грех ведь в самой заповеди нашел повод к тому, чтобы возбудить во мне всякие недобрые желания: без Закона грех мертв.
9 Когда-то я жил без Закона, но вот пришла заповедь — грех ожил,
10 а я умер. И та заповедь, что должна была вести меня к жизни, обернулась для меня смертью,[8]
11 ибо грех нашел в заповеди для себя возможность обольстить меня, а потом через нее же и убить.
12 Нет сомнения, что сам-то Закон свят, и всё, что велит он, свято, праведно и хорошо.[9]
13 Но неужели это доброе принесло мне смерть? Конечно же, нет! Грех сделал это. Так должна была открыться его истинная природа.[10] Когда грех использовал доброе, чтобы умертвить меня, он через заповедь стал более грешен, чем когда-либо.
14 Совершенно очевидно, что Закон духовен, но я человек, я из плоти и продан в рабство греху.
15 Мне поступки мои непонятны: я делаю не то, что хочу, а то, что ненавижу.
16 Но если я делаю вовсе не то, что хочу, не признаю ли я тем самым, что Закон хорош?
17 Тогда получается, что не я такие поступки совершаю, а завладевший мною[11] грех.
18 Знаю я, что во мне, в плоти[12] моей, ничего доброго нет. Как ни хочется мне делать доброе, я не в силах.[13]
19 И выходит: то хорошее, что хотел бы я делать, не делаю я; а злое, которого не хочу, я совершаю.
20 Но если делаю то, чего [я] не хочу, значит, это уже не я действую, а грех, который во мне.
21 Здесь я вижу закон:[14] стоит мне захотеть какое-то сделать добро, тотчас злое у меня наготове.
22 В душе[15] я радуюсь закону Бога,
23 но в теле моем видится мне действие иного закона, того, что воюет с законом, который умом я своим признаю. Этот, овладевший моим телом закон есть закон греха. Он и делает меня своим пленником.
24 Несчастный я человек! Кто избавит меня от сего тела, из-за греха смерти подверженного?
25 Кто, кроме Бога?! Благодарю Его через Господа нашего Иисуса Христа!
Итак, сам по себе, умом своим, служу я закону Бога, природой же плотской — закону греха.
Итак, сам по себе, умом своим, служу я закону Бога, природой же плотской — закону греха.
