Толкование Псалма 37
Этот псалом — песнь печали. В надписи, соответствующей стих 1, помимо указания на автора, читаем: В воспоминание. При более полном переводе с еврейского это звучало бы как «В воспоминание о субботе». Некоторые богословы читают эту надпись как «В воспоминание о покое (субботнем)»; исходя из содержания псалма, фраза может быть понята как лаконичное указание на молитву страждущего к Богу о ниспослании покоя.
Свое мучительное физическое состояние и гонения на него со стороны его врагов псалмопевец сознает как наказание, ниспосланное ему свыше за совершенный им грех. Искренне каясь в нем перед Господом, он умоляет Его о сострадании и избавлении.
А. О наказании Господнем (37:2−13)
Пс 37:2−3. Давид молит Господа не обличать его столь «яростно» и, наказывая его, умерить Свой гнев, ибо терзающая его боль, подобная боли от вонзившихся в тело стрел, — нестерпима.
Пс 37:4−9. Образ «руки Божией, тяготеющей над ним» (стих 3), получает развитие в стихе 4: это гнев Божий, поразивший Давида какой-то столь тяжкой болезнью, что нет места в плоти его, которое не болело бы, и даже в кости его проникла эта боль. Он сознает, что грехи его — велики, и в нынешнем своем состоянии ощущает их как тяжелое физическое и нравственное бремя, которое ему приходится нести. В стихах 6−9 — подробности о «страданиях тела», сопряженных с моральными страданиями, как от сознания своей вины, так и от потери уважения со стороны окружающих (следующие стихи): Я… кричу от терзания сердца моего (стих 9).
Пс 37:10−13. В стихе 10 — выражение страстного упования страдальца на Господа, пред Которым открыты все желания его и Который слышит все его стоны и вздохи (воздыхание его). Свет очей Давида оставил его (стих 11); фраза может быть понята как буквально (от болезни ослабло зрение царя), так и в переносном смысле — все, что было благого в жизни Давида: сила, здоровье, преданность друзей и ближних, а главное — милость Божия, сопутствовавшая ему, — всего этого больше нет у него. В этой связи высказывают мысль, что таинственная болезнь, изнурившая Давида, оттолкнула от него даже его близких, которые увидели в ней знак Божией кары. Враги же царя, «искавшие души его», восприняли ее как «свидетельство» собственной правоты и усилили козни против него (стих 13).
Б. Упование страдальца (37:14−23)
Мотив покаяния и надежды на то, что, в конце концов, Господь услышит Давида и сжалится над ним, звучит во второй части псалма с особой силой.
Пс 37:14−19. Видя, как сети клеветы и заговора все более стягиваются вокруг него, Давид реагирует на это, как глухой… и немой, вероятно, потому, что и в этом видит часть Божиего наказания. В сложившейся ситуации он целиком уповает на Господа, а в устах своих ответа… не имеет (стихи 14−15). Он лишь надеется, что Господь не даст его врагам, которые стремятся показать, что они выше его — теперь, когда «нога его поколебалась», восторжествовать над ним, хотя он и близок к падению (стихи 16−18). Ибо он всем сердцем сознает грех свой и сокрушается о беззаконии своем (стих 19). Полагают, что более всего преследовало Давида «сокрушение» о его грехе с Вирсавией, о гибели Урии, и что Пс 37 был, следовательно, написан в дни заговора, который готовил против отца Авессалом.
Пс 37:20−23. Жалоба на врагов, которые живут и укрепляются, и воздают ему злом за добро (для государства в целом, как и для многих своих подданных в отдельности, Давид действительно был добрым царем). Не оставь же меня, Господи, молит он в завершение псалма, но поспеши на помощь мне… Спаситель мой.
