Народ, живущий[2] во тьме,
увидел свет великий —
свет воссиял для тех,
кто ныне обитает в стране мрака.[3]
Ты приумножил народ сей, Господи,
и дал им великую радость,[4]
и радуются они перед Тобой,
как радуются окончанию жатвы
или при разделе добычи ликуют,
ибо Ты избавил их от тягостного ярма
и от бремени, что на плечи их давило,
и сломал жезл угнетателя их,
как во дни победы над Мидьяном.[5]
И всю обувь воинов, в походах сношенную,
каждый плащ, обагренный кровью,
сожжению предадут,
бросят в пищу огню.
Ибо для нас родилось дитя,[6]
сын нам дарован обетованный,
на плечи коего владычество ляжет.
И нарекут ему имя:
Чудный Советник, Могучий Бог,
Вечный Отец, Правитель, созидающий мир.
Его владычество возрастать будет,
и мирному царствию не будет конца
на престоле Давида.
Он укрепит и утвердит его
справедливостью и праведностью,
отныне и вовеки!
Безраздельной любовью к народу Своему[7]
ГОСПОДЬ Воинств свершит это.
Изрек ГОСПОДЬ Слово Свое против Иакова,
достигло оно Израиля,
знал об этом весь народ Ефрема
и все обитатели Самарии.
Но они говорили надменно, кичливо:
«Обрушились кирпичи, а мы заново отстроим из камня,
срублены смоковницы, а мы кедрами их заменим!»
Но ГОСПОДЬ укрепит врагов Рецина,[8]
недругов на него поднимет:
сирийцы с востока, филистимляне с запада
пожирают его, разевая пасть свою;
но на этом Божий гнев не иссякает,
рука Его всё еще простерта.
Народ же не повернется
к Тому, Кто поразил его,
не обратится к ГОСПОДУ Воинств.
Потому отсечет ГОСПОДЬ у Израиля голову его и хвост,
срубит и пальмовую ветвь, и тростник — в одночасье;
старцы и знать — вот голова,
пророки-лжеучители — вот хвост.
Вожди сбивают народ с пути,
и блуждает он, ведомый ими;
Владыка Господь недоволен юношами их,
не пожалеет Он сирот и вдов —
все они Его отвергли и зло творят,[9]
в устах их — сквернословие;[10]
потому и не иссякает гнев Его,
рука Его всё еще простерта.
Разгорелось нечестие, как пожар,
всё пожирает на своем пути: колючки и терн,
сжигает лесные заросли,
и дым столбом восходит.
Земля яростью ГОСПОДА Воинств обожжена,
стали люди пищей огню,
и никто не щадит брата своего.
Справа схватит — не наестся,
слева проглотит — не насытится,
каждый поедать станет плоть ближнего своего:[11]
Манассия поедать будет Ефрема,
и Ефрем — Манассию,
а оба они — Иуду.[12]
Но и на этом Божий гнев не иссякает,
рука Его всё еще простерта.
